Легион закаляется - Марк Блейн
— Все центурионы — ко мне, немедленно! — приказал я, и через несколько минут в башне собрались все командиры подразделений.
— Противник готовит генеральный штурм, — объявил я без предисловий. — По масштабам приготовлений это будет самая мощная атака за весь месяц. Всем подразделениям занять позиции по плану номер три. Резервы сосредоточить в центральной казарме. Магам подготовить защитные заклинания максимальной мощности.
Центурион Гай Молодой поднял руку: — Господин, если они бросят пять тысяч против наших трёх, то даже с укреплениями нам будет тяжело.
— Именно поэтому мы не будем играть по их правилам, — ответил я. — Противник ожидает, что мы распределим силы равномерно по всему периметру. Вместо этого мы сконцентрируем оборону на наиболее вероятных направлениях атаки. Пусть прорвутся в одном месте — мы их встретим глубоко эшелонированной обороной.
План был рискованным, но единственно возможным в сложившихся условиях. Я разместил основные силы на восточной и северной стенах, оставив западную и южную под защитой минимальных гарнизонов. Если противник угадает слабые места, последствия могут быть катастрофическими. Но если план сработает, атакующих ждёт кровавая встреча.
Сигналы боевой тревоги разнеслись по крепости, поднимая людей на позиции. За полчаса хаотичная повседневная жизнь гарнизона превратилась в строгий порядок боевой готовности. Лучники заняли позиции на стенах, копейщики выстроились за баррикадами, маги начали подготовку защитных ритуалов.
В восемь утра противник начал артиллерийскую подготовку. Интенсивность обстрела превзошла всё, что было ранее — снаряды падали каждые несколько секунд, превращая крепость в ад из камня, дыма и воплей. Я понял: это не просто обстрел, а попытка подавить волю защитников морально, прежде чем начнётся настоящая атака.
— Всем укрыться! Отвечать огнём только по команде! — кричал я, перебегая от одной позиции к другой под градом снарядов.
Артподготовка продолжалась два часа, после чего рога противника протрубили сигнал атаки. Из траншей поднялись тысячи воинов, устремившись к стенам крепости с диким рёвом. Земля дрожала под ногами атакующих, а их боевые кличи заглушали все остальные звуки.
Я видел, что мои предположения оправдались — основной удар пришёлся именно на восточную стену, где я сосредоточил главные силы.
То, что показалось мне сосредоточением сил на одном направлении, оказалось лишь прелюдией к более сложному плану «Серого Командира». Когда основные силы атаковали восточную стену, с остальных направлений одновременно начались вспомогательные атаки, превратившие оборону крепости в четырёхстороннее сражение.
С севера на крепость обрушилась волна из тысячи воинов с осадными лестницами и таранами. Западную стену штурмовали восемьсот лучников под прикрытием больших щитов, засыпая защитников тучей стрел. На юге семьсот копейщиков пытались прорвать оборону в том самом месте, где я оставил минимальный гарнизон.
— Господин, нас атакуют со всех сторон! — доложил запыхавшийся курьер, прибежавший с западной стены. — Центурион Марк просит подкреплений!
Я оказался перед дилеммой, которую и планировал создать «Серый Командир». Резервы можно было направить только на одно направление, оставив остальные без поддержки. Любой выбор означал риск прорыва в другом месте.
— Передайте Марку: держаться любой ценой. Резерв направляется на север, — принял я решение, основанное на быстром анализе угроз.
Северная стена представляла наибольшую опасность из-за концентрации осадной техники противника. Если враг прорвётся там, он сможет зайти в тыл основным силам на восточной стене. Западная и южная атаки выглядели скорее отвлекающими, хотя и достаточно серьёзными.
Сотня легионеров из резерва устремилась на северную стену под командованием центуриона Гая Молодого. Я лично координировал их действия, понимая, что от удержания этого участка зависит судьба всей обороны.
На северной стене разгорелся ожесточённый бой. Противник применил новую тактику: под прикрытием больших щитов воины подносили к стене связки хвороста, поджигали их и пытались создать задымление, ослепляющее защитников. Одновременно другие группы устанавливали штурмовые лестницы и лезли на стены под прикрытием дыма.
— Магии! Рассеять дым! — приказал я, и боевые маги начали заклинания управления ветром.
Через несколько минут дым от костров развеялся, открыв атакующих для стрел защитников. Но противник уже успел забросить на стену несколько десятков воинов, которые вели ожесточённые рукопашные схватки с легионерами.
На западной стене центурион Марк организовал оборону против лучников противника, используя переносные щиты и маневр. Его люди перебегали от бойницы к бойнице, отвечая прицельными выстрелами на массированную стрельбу врага. Потери были умеренными, но боеприпасы тратились быстро.
Южный участок, где командовал капитан городской стражи Октавий, держался благодаря умелому использованию местности. Узкий подход к стене позволял небольшому гарнизону сдерживать превосходящие силы, но долго так продолжаться не могло.
Я понимал: одновременная оборона четырёх направлений истощает силы гарнизона быстрее, чем планировалось. Нужно было переломить ход сражения, иначе даже при отражении этого штурма следующий может оказаться роковым.
* * *
Переломным моментом в четырёхчасовом сражении стала координированная контратака, которую я провёл на восточной стене. Вместо пассивной обороны я решил нанести удар по наиболее опасной группе противника, которая сумела закрепиться на зубцах стены.
— За мной! — крикнул я, выхватив меч и устремившись к месту прорыва.
Двадцать лучших легионеров последовали за мной, образуя ударный клин. Я применил магию усиления, ускоряющую движения и придающую силу ударам. В рукопашной схватке на узком участке стены мои навыки из прошлой жизни оказались решающими — комбинации восточных боевых искусств с западной фехтовальной школой ставили противников в тупик.
За десять минут ожесточённого боя участок стены был очищен от врагов. Успех на главном направлении воодушевил защитников остальных участков и деморализовал нападающих.
Центурион Гай Молодой, воодушевлённый моим примером, организовал контратаку на северной стене. Его люди сбросили штурмовые лестницы противника и забросали атакующих самодельными зажигательными снарядами. Пожары в рядах противника заставили его отступить от стены.
На западном участке центурион Марк применил хитрость: приказал части лучников скрытно спуститься со стены и зайти в тыл вражеским стрелкам. Внезапный удар с фланга рассеял плотные построения противника и заставил его прекратить обстрел.
Капитан Октавий на юге использовал момент замешательства врага для вылазки. Его ополченцы выскочили из ворот, атаковали растерявшийся отряд копейщиков и отбросили их от стены с большими потерями.
Система связи, созданная мной, позволила координировать все эти действия почти одновременно. Сигнальщики на башнях передавали приказы мгновенно, а резервы перебрасывались точно туда, где они были нужнее всего.
К полудню атаки противника на всех направлениях захлебнулись. Воины «Серого
