Туман - Евгений Аверьянов

Каждое расширение вызывало в толпе туманников напряжение. Они инстинктивно выпрямлялись, готовые встретить тех, кто выйдет. Каждое сжатие расслабляло ряды, но не полностью — дисциплина оставалась в их движениях. Всё происходило так, будто портал задавал ритм самому городу.

Я чувствовал этот ритм и внутри себя. Сердце непроизвольно подстраивалось под пульс алого овала, и это пугало сильнее всего. Ещё немного — и я начну дышать с ним в унисон, будто становлюсь частью чужой системы. Я заставил себя отвернуться на секунду, вцепившись пальцами в камень, чтобы оторваться от этой иллюзии.

Атмосфера вокруг была зыбкой, непостоянной. Город не казался завершённым, прочным. Всё здесь держалось на дыхании этой алой раны. И если она остановится — рухнет и порядок, и армия, и власть. Но пока портал жил, всё вокруг вращалось вокруг него.

Я прищурился, стараясь оторвать взгляд от алого света и сосредоточиться на том, что происходило вокруг. И тогда заметил то, что раньше ускользало.

Туман на площади был иным, чем в остальном городе. Он не сползал с крыш и не собирался в низинах, как это бывало обычно. Он струился прямо из портала. Каждое дыхание алого овала сопровождалось новым выдохом — тяжёлые клубы мрака медленно расползались по плитам, словно разливалась вязкая жидкость.

Я видел, как этот туман стекал с камня вниз, как поднимался в воздух, заволакивая башни. Он не просто окутывал площадь, он наполнял город, уходил дальше, в переулки и улицы, словно кровь по сосудам. И тогда всё стало на свои места.

Этот портал был не только дверью. Он был источником. Мрак, который окружил материк, начинался именно здесь. Не боги, не проклятие мира, не какая-то непонятная «естественная среда». Нет. Всё шло из этих алых ран.

Я всматривался дольше, и картина становилась всё очевиднее. Когда портал сжимался, туман чуть отступал, словно втягивался обратно. Когда расширялся — клубы снова выползали, накатывая на площадь новыми волнами. Это было дыхание, ритм, и он принадлежал не воздуху и не земле — он исходил от чуждой силы.

В груди похолодело. Я вспомнил собственные шаги вдоль обрывов, тот шёпот в тумане, что звал меня по имени. Теперь было понятно, откуда он идёт. Сам туман не был природным явлением. Он был орудием. И у него был хозяин.

Мысль стала острой, почти болезненной: пока эти порталы открыты, мрак не исчезнет. Даже если убить тысячу туманников, даже если разрушить стены города, туман всё равно будет возвращаться, сочиться из этой раны, растекаться по миру.

Я медленно выдохнул и сжал кулаки. Передо мной был не просто символ власти, а корень самой болезни. Источник, что держал этот мир в цепях.

Глава 6

Я вжал спину в холодный камень и затаился в узком проёме между стенами. Отсюда площадь просматривалась хуже, но достаточно, чтобы наблюдать. И, чем дольше я смотрел, тем сильнее сжималось горло.

Туманники вокруг портала действовали слаженно. Никакой суеты, ни одного лишнего движения. Отряды сменяли друг друга, словно по невидимому расписанию. Одни занимали позиции у арки, другие уходили к башням, третьи патрулировали круг по периметру площади. Их шаги складывались в ритм, и этот ритм совпадал с пульсом портала.

Я видел, как они реагировали на малейшие жесты вытянутых существ. Один знак — и отряд перестраивается, другой — и десятки фигур синхронно меняют направление. Дисциплина была такой, что любой человеческой армии стоило бы позавидовать. Это больше не было подобием племени дикарей. Это был гарнизон, вымуштрованный и подчинённый до последнего дыхания.

Я на мгновение закрыл глаза, проверяя невидимость. Она держалась, но ощущение, что в любой миг завеса может дрогнуть, не отпускало. Туман, клубящийся вокруг портала, скользил ближе, и мне казалось, что он уже ощущает моё присутствие. Как будто сам воздух подозревал лишнего свидетеля.

Напряжение росло с каждой минутой. Я понимал: одного неверного движения хватит, чтобы всё рухнуло. Стоит сорваться камешку под ногами — и сотни глаз обернутся в мою сторону. Стоит хоть одному из этих существ вдохнуть глубже — и они уловят мой запах. Невидимость спасала, но не делала неуязвимым.

Я продолжал наблюдать, стараясь выхватывать детали. Туманники несли ящики, поднимали какие-то каменные плиты, выстраивали барьеры вокруг площади. Всё это выглядело как подготовка. Они не просто охраняли портал, они укрепляли его. Словно знали: это сердце города, и если оно падёт, всё остальное рухнет.

Холодный пот скатывался по спине, и я чувствовал, как каждый новый вдох становится тяжелее. Я уже был слишком близко. И если задержусь ещё дольше, рискую превратиться из наблюдателя в жертву.

Я задержался в тени дольше, чем стоило, и это позволило уловить новые детали. На стенах зданий, что окружали площадь, я заметил символы. Они были выцарапаны грубо, когтями или каким-то острым камнем, но рисунок повторялся снова и снова. Овал, перечёркнутый линиями, расходящимися в разные стороны.

Я уже видел подобные знаки в других переулках, но теперь понял их значение. Это были не просто метки или обереги. Это были схемы. Карты. В каждом символе угадывались линии, словно дороги, и в их узлах стояли такие же овалы, как этот портал.

Пока я вглядывался, мимо прошёл отряд туманников. Их командир бросил пару слов на хриплом языке, и я уловил знакомые отрывки: «ворота», «стены», «север». Я не понимал всего, но достаточно, чтобы сложить картину.

Портал на этой площади был не единственным. Таких ран — десятки, если не больше. Каждый крупный город имел свой. Вместе они образовывали сеть, соединённую невидимыми нитями. Это не случайность, не единичное явление. Это система, охватывающая весь материк.

Мысль ударила, как молот: эти порталы соединяют целые миры. Они — узлы, через которые чужая сила переплетается с нашим пространством. Через них сюда приходят существа, через них льётся туман, через них ломается привычный порядок.

Я ощущал масштаб, и он был пугающим. До этого момента я считал, что имею дело с армией туманников, пусть и дисциплинированной. Но теперь стало ясно: армия — лишь часть. Главное оружие — сеть порталов, разрывающих ткань мира. Пока они существуют, враг может перебрасывать силы, куда пожелает, подчиняя города и страны.

Я стиснул зубы. Всё, что я видел раньше, было лишь подготовкой к этому выводу. Туманники стали пешками потому, что за их спинами открыли двери. И пока двери открыты, эта партия будет идти бесконечно.

Я не мог отвести взгляда от алого овала. Мысли рвались