Мёртвые души 7. Иллюзия - Евгений Аверьянов
И вот что зацепило меня сильнее всего — монстры шли вовсе не из центра, а с противоположной стороны. Если бы они появлялись в точке, окружённой городами, всё было бы проще простого: провёл бы линии между ними, нашёл фактический центр и пошёл туда. Но сейчас всё иначе — их направление расплывчато, и понять, откуда именно вылезает эта бесконечная орда, почти нереально.
А ещё больше меня интересовало, куда они потом исчезают. Вот найти место их появления я хотя бы теоретически могу. Но точку, куда они уходят после налёта… это уже задача совсем другого уровня.
Я проснулся ранним утром и первым делом заметил странное — в городе начали появляться люди. По одному, по двое, они спокойно входили через раскрытые настежь ворота, будто ничего необычного в этом не было.
Выскочив за пределы стен, я попытался понять, откуда они идут. Сделал круг вокруг города — и везде та же картина. По полям, по дороге, с разных сторон — шли люди. Лица спокойные, даже довольные, как у тех, кто возвращается домой после недолгой прогулки. Ни усталости, ни тревоги, ни следов бегства.
Я бегал между ними, вглядывался, пытаясь уловить хоть какой-то признак переселенцев или тех, кто пережил осаду. Но всё напрасно — казалось, они прекрасно знали это место, и жили здесь всегда.
И вот тут меня накрыла мысль, что я начал понимать в происходящем ещё меньше, чем раньше.
Я подбежал к одному из идущих мужчин и задал прямой вопрос:
— Ты видел нашествие Орды? Где они? Откуда вы все идёте? Где прятались?
Он посмотрел на меня, словно на больного, и усмехнулся:
— Что за орда? Может, тебе нехорошо? Плохой сон приснился?
Я пошёл к следующей женщине — и услышал то же самое. Никто из них не знал о монстрах, не помнил ни осады, ни боя. Все отвечали одинаково: живут тут всю жизнь, просто возвращаются домой. Кто — с прогулки, кто — с работы, кто — от родственников из соседних посёлков.
Чем больше я расспрашивал, тем яснее становилось — так ничего не выяснить. Либо они врут, либо их память стёрта. В любом случае, придётся искать ответы другими способами.
Я вернулся к старику и без всяких вступлений выдал:
— Что здесь, чёрт возьми, происходит?!
Он поднял на меня усталый взгляд и только пожал плечами:
— Не знаю.
— Не знаете? — я прищурился. — Тогда зачем морочите мне голову? Это всё представление для кого? Откуда берутся орды монстров? Куда пропадают люди?
На этот раз его лицо изменилось — уголки губ дёрнулись, взгляд стал тяжёлым.
— Чужак, — сказал он резко, — ты думаешь, если бы я знал, что здесь творится, я бы продолжал это терпеть? Думаешь, мне нравится сидеть и смотреть, как всё это повторяется снова и снова?
В голосе старика просквозила злость, но и отчаяние, как у человека, который слишком долго живёт в кошмаре, не имея сил его изменить.
Я сбавил тон и решил зайти с другой стороны:
— Ладно, давай без криков. Может, попробуем организовать оборону? Закрыть города, отбить атаку монстров.
Старик только покачал головой.
— Первые раз сто я так и делал, — сказал он устало. — Стены ставили, ловушки готовили, оружие ковали. Но они всё равно прорывались. Ломали стены, рушили дома, людей рвали в клочья. А через месяц… люди возвращались.
— Как часто твари появляются?
— Когда-то между нашествиями проходило лет сто, — старик щурился, словно вспоминал далёкое прошлое. — Потом каждый раз на один день меньше. Я перестал считать, но теперь — примерно год.
Я посмотрел на него с новым уважением… и недоверием. Сколько же он прожил? И главное — как вообще сохранил рассудок?
— Я сюда прибыл за одним кристаллом. Где он — чёрт его знает, но даже если найду его раньше нашествия, хочу понять, что тут творится. Для начала — как ты можешь быть в девяти городах сразу?
Старик поднял бровь:
— Город один. Я его не покидаю.
— А люди, которые возвращаются… что помнят?
— Всё, кроме дня нападения. Чуть удивляются разрушениям, но быстро привыкают.
Я на секунду замолчал, потом предложил:
— А если сделать из них воинов? Подготовить, вооружить… дать отпор.
— Бесполезно.
— Посмотрим, — я сжал кулаки. — Я приложу столько усилий, сколько нужно. Мы прервём эту цепь, и точка.
Я начал агитировать народ учиться держать оружие, строить укрепления, готовиться к обороне. В ответ — взгляды, полные недоумения, словно я предлагаю им биться с привидениями. Старик позже объяснил:
— Поколениями никто не воевал. Они уверены, что им и не с кем. Для них войны не существует.
В их картине мира орды монстров — мой бред, а страдает от них, по их словам, только он один. Он уже привык.
Я не привык. Потратил месяц, чтобы объехать все девять городов, поговорить едва ли не с каждым жителем. И вот что заметил: лица повторяются. Не в переносном смысле, а буквально. Одни и те же люди — в каждом городе. Не только старик живёт в девяти местах сразу. Городские улицы, дома, даже вывески — полные копии друг друга.
Это было уже не похоже на совпадение.
Я выбрал один город и начал, используя магию, возводить вокруг него несколько линий обороны — земляные валы, рвы, уплотнённые барьеры. Люди останавливались, поглядывали, кто-то даже пытался прикинуть, что я делаю, но особо не лезли. Скорее всего, записали в городские чудаки. Зато не выгоняли — уже плюс.
В разговорах со стариком я пытался понять, была ли тут вообще магия. Он только пожимал плечами:
— Фокусников видел, лекарей, травников, гадалок… А вот чтоб маги, как в сказках, да с огненными шарами и стенами из камня по щелчку пальцев — такого не припомню.
И чем больше он говорил, тем сильнее у меня росло чувство, что я тут единственный, кто может хоть что-то противопоставить Орде.
Я провёл несколько вечеров над старыми фолиантами, листая хрупкие страницы и вглядываясь в выцветшие строки. Искомого не находил — ни одного упоминания о подобных нашествиях или странных временных циклах. Словно история этого мира была вырезана из книги и выброшена в огонь.
Зато оборона вокруг города росла на глазах. Каждый день я
