Барон фон дер Зайцев 5 - Андрей Готлибович Шопперт
Сын Перуна за это время успел два раза выстрелить. И всё, рыжекожие кончились. Не, красным этот цвет можно только с бодуна назвать. Чтобы охра стала красной… ну, кирпичной, по крайней мере, те соединения железа в глине нужно прокалить до температуры более тысячи градусов. Нет таких температур у аборигенов. Они не знакомы с железными орудиями или оружием. Медь? Ну, там у ацтеков и майя есть и золотые украшения и медное оружие, но это там на цивилизованном юге, а здесь, на севере, самый настоящий каменный век. Никаких томагавков железных. Только ужасные костяные топоры, жилами животных примотанные к плохообработанной палке.
Иоганн страховал новиков, а те по очереди обезоружили подранков и стали им руки за спиной вязать. Попытавшегося опять уползти прыгуна Егорка в три прыжка догнал и пнув по печени успокоил на время.
Глава 3
Событие седьмое
«У нас нет ружей, но томагавки в наших руках страшнее пуль!!!»
Чингачгук — Большой змей.
Мысль была у Иоганна. Можно и мечтою назвать. Такая… про светлое будущее. Про мир, дружбу, жвачку. Сказывалось коммунистическое воспитание в СССР. Все люди братья, все мирно живут и коммунизм строят. За десятилетия жизни после развала СССР и трёх лет жизни в средневековье это коммунистическое воспитание практически выветрилось. Взяли шампанское налили в фужер, а потом долго болтали в нём вилкой. И нет больше пузырьков, просто кислятина осталась. Но иногда мысли из той поры появлялись. Вот, одна из них пришла в то время, как они в прошлый раз заметили след от костра аборигенов острова «Буяна» у этого озера.
Мысль была такая… М… Вот о реализации барончик не подумал. Ладно, пусть будет так, за железные ножи и топоры купить у местных индейцев несколько молодых девушек и поженить их с желающими осесть здесь ушкуйниками. В глазах-то стояла вполне себе привлекательная индианка (индийка?) из фильмов про Ульзану с Гойко Митичем. Или прекрасная дикарка из фильма «За миллион лет до нашей эры».
И вот теперь, глядя на изрыгающих проклятия и угрозы на их головы, связанных индейцев, Иоганн, во-первых, сильно усомнился в красоте их девушек (индиек этих), а, во-вторых, понял, что мира и жвачки не будет. В этом мире есть либо подчинение, либо истребление. А как же Сибирь? Так в Сибири казаки и всякие другие первопроходцы и облагали местных данью. Пушниной. Мягкой рухлядью. Жвачкой там и не пахло. Что-то не гуляют сейчас вогулы по Екатеринбургу.
Тем не менее, надежда всё ещё, осуществить эту несбыточную мечту, осталась у барончика. И чтобы её воплотить в жизнь, нужно доставить раненых в посёлок и вылечить их. А то ведь с мёртвыми тяжело переговоры вести. Молчат, собаки. Некромант нужен. Так не прислали. Потому, нужно попытаться вылечить аборигенов.
— Ой, неправильно это, Иоганн, нельзя показывать им наше селение. Они потом набег на него устроят.
Чуть не хором стали отговаривать новики барончика мечтателя.
— Так я хочу с ними договориться, чтобы жить в мире, покупать у них шкурки, зря мы что ли сюда кучу ножей и топоров волокли⁈ — не хотел лишаться иллюзий Иоганн. Не, ну среди кореянок или там тувинок полно красивых девушек. Да, красота другая, не русские девушки с толстой косой до колен, но есть ведь. Кому и кобыла невеста. Опять же, как-то договаривались французы или англичане с гуронами, а испанцы крестили индейцев и жили с ними в мире на целом континенте сотни лет.
Девушки, живя в русском поселении, выучат русский, а к ним специально приставленный, обучаемый, ушкуйник начнёт хоть немного гутарить на местном. Глядишь, и не придётся воевать, торговлю удастся вместо войны наладить. Устройство закрытых городков-крепостей и содержание армии, ну, даже стражи, это не дешёвое удовольствие, и, главное, требует огромного количества человеко-часов, которые можно на что полезное потратить.
— Нельзя их всё одно к нам вести! — уперся рогом Андрейка.
Может новик и прав? Блин, это ведь их последний поход. Иоганн решил пройтись до озера, там на берегу болотце одно есть, и на нём он видел в прошлый раз волосинки с мелкими листочками — кустики клюквы, а Иван Фёдорович помнил огромные ягоды канадской клюквы, продаваемые в магазинах в будущем. Там ягоды так ягоды, их кусать можно. Хотелось выкопать немного и к себе перевести, в болота у озера на своих землях посадить. В этом же болоте, вернее, уже рядом с ним, на камнях на берегу, росли другие ягоды, они уже начали созревать и походили на чернику или голубику, но само растение было другим, листья похожи на хвоинки, а само растение — на карликовую ёлочку. Иоганн мог и ошибаться, но кажется это растение называлось шикшей или водяникой. Его тоже хотелось пересадить к себе в баронство, где-нибудь тоже вблизи озера. За этими двумя ягодами сюда и пёрлись километров двенадцать, а то и больше. Но это налегке. А как пятерых раненых заставить столько идти или тащить их. Далековато. Возможно Андрейка и прав, не нужно им показывать эту бухту. Лучше сюда привести лекарей и принести топоры и ножи для обмена.
— Хорошо. Мы с Егоркой тут покараулим этих товарищей, а ты, хлопчик, давай бегом в селение… только это… в общем, Андрейка, ты следы запутай, не на прямую беги, а вкруголя и по камням, где пройдись, и по ручью, чтобы следов не оставлять. Приведи Алену и новгородского ушкуйника Демида, он у них, сам знаешь, за лекаря в отряде. С ранами точно умеет обходиться, по крайней мере, хвастал, что всякие мази лечебные волшебные у него есть. Пусть их захватит. А ты возьми несколько ножей и топоров, что привезли на обмен и… —
