Барон фон дер Зайцев 5 - Андрей Готлибович Шопперт
— Конечно. Живите, размножайтесь. Всеми благами, что и остальных переселенцев, обеспечим.
Добрый день уважаемые читатели, кому произведение нравится, не забывайте нажимать на сердечко. Вам не тяжело, а автору приятно. Награды тоже приветствуются.
С уважением. Андрей Шопперт.
Глава 21
Событие шестидесятое
Иоганн на листочке нарисовал приблизительную карту этого куска Атлантики. Есть цифры, которые он помнил, и есть которые он вычислил за два плавания. Известно расстояние от Лиссабона до Азорских островов — это полторы тысячи километров. Известно расстояние от Плимута до Ньюфаундленда — это три с половиной тысячи километров. Известна широта Плимута и широта Лиссабона и ещё со школы Иван Фёдорович помнил, что градус широты — это сто одиннадцать километров. Пятидесятая широта у Плимута и тридцать восьмая у Лиссабона, если двенадцать градусов умножить на сто одиннадцать километров, то получится тысяча триста километров. То есть, три размера в трапеции есть. Можно вычислить и расстояние до прямой — Лиссабон-Азоры и под каким углом к югу плыть, чтобы с острова «Буяна» попасть на Азоры.
Иоганн показал эти расчёты лоцману — тёзке. Тот час сидел над ними со свинцовым карандашом, но потом чуть подправил, нарисовав точку на тридцать восьмой параллели, куда они должны попасть, чуть ближе к Америке.
— Пусть будет чуть западнее, лучше пару дней потратить на движение на восток, чем промахнуться.
В общем, получалось, что нужно идти на юго-восток полторы тысячи километров.
Понятно, что капитаном Иоганн взял Автобуса, а артиллеристом тюфянчея Самсона, ну и пять новиков во главе с Андрейкой. Нет, ни малейшего страха перед пиратами и жителями Азорских островов не было. Не было ни страхов, ни жителей, ни пиратов. Совершенно пустынный океан. А вот дальше? Ну, если промахнутся и придётся идти к Лиссабону. Вот там уже есть и пираты и жители.
А если к Юкатану ещё к тому же придётся плыть, то там тоже жители не самые гостеприимные. Но это как бы не самый опасный кусок маршрута. Опасным он становится от Плимута до самой Риги. Вот тут пиратов и идиотов, как сельдей в бочке, ни одно плавание без нападения на них не обходится. Так что, и тюфянчей, и Андрейка с новиками будут совсем не лишними.
Ясно, что надеялся барончик быстро найти эти Азорские острова и вернуться. Чего там плыть полторы тысячи километров, если миль по двести считать в день. Неделя и там. И уже на месте от острова к острову несколько дней и назад неделя, даже в пессимистическом расчёте чуть больше месяца. Вернутся, а тут ещё толком сельхозработы не начались.
Отошли от берега, прошли бухту и вышли в открытый океан. Так-то внутри бухты ветер почти не ощущался, дул себе и дул, а покинули бухту и там волна приличная, и ветер аж завывает в канатах. Зато он точно в корму — северо-западный, и «Шестой», переваливаясь с боку на бок, на крупной волне, прямо полетел в нужную сторону.
— Сможем скорость измерить? — с сомнением посмотрел Иоганн за тем, как переваливается «Шестой» через очередную приличную волну.
— Попробовать можно. Не получится, так не получится, — резонно заметил Иоганн Алефельд.
Лоцман кинул лаг за борт начал считать. Потом через пару минут повторил. Покачал головой и снова кинул.
— Все три раза разное значение получилось. Вот только всё время больше десяти узлов. Хорошо идём. Если такой ветер пару дней продлится, то быстро доберёмся.
Накаркал. Ветер… Не, ну одно точно сбылось. Ветер, как был северо-западным, так им и остался. А вот силу поменял. Силу приобрёл. Настоящая буря получилась. Хорошо, на борту никакой живности, а то бы всё посмывало за борт. Людей в трюм спрятали. Не… Хотя две живности есть и ещё десяток горшков с растениями. Живности — это курица и петух. Иоганн он же малохольный, взбрело ему в голову, попробовать выпустить на Азорских островах, если они их найдут, эту сладкую парочку. Бзик такой — приплывают через пару лет переселенцы, а там сотни курей их встречают и радостно крыльями машут: «Добро пожаловать! Мы тут расплодились! Курятины у вас будет, как у дурочка фантиков. А яичницу есть устанете».
Скорее всего, ничего не получится. Кур этих местные хищники схарчат. Какая-нибудь куница или ласка там точно живёт. А с другой стороны, ну, не получится, так не получится. Не корову же проиграет. Хотя, эвон в Австралии, как кролики размножились. И рыжики. Рыжиков не взял. Зря.
Все почти паруса убрали кроме кливера и стакселя. И их ветер трепал так, будто цель себе поставил — сорвать. А потом неуправляемое судно развернуть бортом к волне и перевернуть. Рулевого привязывали все два дня, что буря свирепствовала, к штурвалу.
Отвязать-то отвязали, но буря как бы кончилась, а как бы и не совсем. Ветер чуть поменял направление и стал более западным, а вот силу изменил не совсем уж кардинально. Как свистел до бури в снастях и волну приличную поднимал, так и продолжил бесчинствовать.
— Бруно, ты хоть можешь выбранного курса придерживаться? — они втроём, с лоцманом ещё, стояли примерно в полдень на мостике и вглядывались в пробивающееся временами в прорехи облаков солнце, — У меня ощущение, что мы сильно на восток склонились, смотри чего компас показывает, и где тени от солнца.
Иоганн Алефельд кивком подтвердил, что разделяет опасения барончика. Вся вычерченная и высчитанная трапеция сейчас по швам трещала. И самое паршивое, что если широту определить и подправить можно, то с долготой это не получится. Нужен хронометр. Ещё и часов нет, наверное.
— Начинает перекашивать сильно катамаран, если идти на юго-восток. Лучше промахнуться, чем потонуть.
А чего ответишь⁈ Они и без того всех пассажиров и незанятую часть команды перебросили в трюм правого корпуса, чтобы их не переворачивало. Но сколько там весят десять человек.
— Ладно, надеюсь, что завтра ветер послабее будет.
Событие шестьдесят первое
Ни завтра, ни послезавтра, ни… четыре дня ветер не менялся. Буря не буря, но приличный ветрина, да ещё и порывами. И он был западный. Автобус, как мог, держал «Шестой» курсом на юго-восток, но Иоганн иногда подходил к компасу и у него выходило, что маловато к югу, сносит их и сносит на Европу.
На пятый день бури и на
