Личное дело - Андрей Никонов

— Неласково вы гостей встречаете, — Сергей пожал плечами и полез в открытую решётчатую створку, которая за ним тут же захлопнулась, на цепь, пропущенную через прутья, повесили амбарный замок.

— Ты хорошо его обыскал? — спросил у румяного один из охранников, черноволосый, с широкими плечами, в офицерском френче.

Тот закивал головой, и сбивчиво начал уверять, что обшарил с ног до головы.

— Не ерепенься, — сказал широкоплечий, обращаясь к Сергею, — плохого тебе не сделают, спросят кое о чём, да отпустят. Подождать придётся, не ты один опаздываешь.

Травин отвернулся, и начал насвистывать чардаш из модной оперетты Кальмана «Марица».

Широкоплечий усмехнулся, и увёл остальных прочь. Сергей подождал несколько минут, разглядывая соседа. Хромой тяжело дышал, на губах пузырилась кровь, в крови была левая половина лица, глаз заплыл, ухо превратилось в мясистую красную котлету. Чтобы увидеть Травина, ему пришлось бы развернуться со стулом.

— Эй, — наконец позвал его Сергей, — Георгий Павлович, ты как, живой, или списать тебя можно со счетов?

Хромой попробовал повертеть головой, охнул.

— Это я, — представился молодой человек, — Сергей Травин. Ты мастер в гости звать, что ни приглашение, то сюрприз. Ещё раз спрошу, надо тебя вытаскивать, или тут останешься?

— Что-то ты больно весёлый, — прохрипел Хромой, — думаешь, тебя тут в живых оставят?

— Ну раз сразу не прикончили, значит, зачем-то нужен.

— Дурак, — собеседник сплюнул, ощупал языком дырку на месте зуба, — спрашивать начнут, вся твоя весёлость испарится. Всё, отстань от меня, дай подохнуть по-человечески.

— Если есть такое желание, спорить не стану, — Сергей отвернулся, оглядываясь.

Потолка в помещении не было, вверху виднелись стропила из брёвен, на которых лежала дощатая обрешётка, сквозь щели в полусгнившей дранке проглядывало небо, слуховые окна располагались на высоте в три метра, дверь была только одна.

— Интересно, как они отсюда животных выводили? — скорее у самого себя, чем у Хромого, спросил Травин. — Значит, думаешь, мне не стоит ждать, когда тут хозяева появятся?

Собеседник как мог, рассмеялся.

— Чудак ты, — сказал он, с усилием выговаривая слова, — прикончат нас, а ты всё шутишь. Хотя даже жаль тебя, по глупости здесь оказался, в чужие дела влез.

— Тут, понимаешь, какая штука, не пойму я, кто мне больше полезен будет, ты или эти тюремщики. Вдруг они больше твоего о моём деле знают, тогда ты мне вроде, как и не нужен.

Хромой промолчал.

— Во сколько ты свою жизнь оцениваешь, гражданин Пастухов? — тихо спросил Сергей.

— Что?

— Ты говорил, что вопросы мои стоят дорого. Твоя жизнь это покроет?

— Возможно.

— Давай без предположений. Я тебя отсюда вытаскиваю, а ты мне всё рассказываешь без утайки, — предложил Травин, — если не помрёшь. Но тебя вроде снаружи отделали, отлежишься.

— Их здесь шестеро, — Хромой попытался высморкаться, но сделал себе только хуже, из носа потекла кровь, он запрокинул голову, — только чтобы посмотреть, как ты с ними сладишь, соглашусь.

— Обещаешь? — уточнил Сергей.

— Слово офицера, если вытащишь, всё без утайки расскажу. Только вот поможет тебе это, или нет, уже от меня не зависит.

— Справедливо. Как только увидишь, что дело пошло, падай.

Травин подошёл к калитке, подёргал цепь, та, хоть и была ржавой, но всё ещё сохраняла прочность. Он снял пальто и пиджак, размотал бинт на левой руке, бритву засунул в карман брюк, отлепил от кожи отмычку, и начал ковыряться в замке. Металл лязгал о металл, Сергей матерился, и почти провернул язычок, когда широкоплечий в сопровождении румяного появился из-за двери. Молодой человек тут же прекратил попытки открыть калитку, спрятал отмычку в карман и отвернулся.

— Гляди, Мотя, какой затейник, — весело сказал широкоплечий, демонстративно поправляя рукоять револьвера за поясом, — а ты говоришь, обшарил всего. Приедет хозяйка, я доложу. Вы, господин хороший, давайте-ка сюда свою мандолину, ни к чему она вам. Мулёк ломануть дело тонкое, опыта требует.

Сергей вздохнул, протянул через прутья отмычку. Широкоплечий, ухмыляясь, схватил её, попытался вырвать, почувствовал, как что-то тянет его вперёд, бьёт лицом о решётку, и это было последнее, что он ощутил в своей жизни. Травин, притягивая его к клетке, пнул калитку ногой, замок дёрнулся, едва держащаяся дужка соскочила с цепи, Сергей выхватил из кармана бритву и полоснул широкоплечего по шее, а потом, держа его, словно щит, выдернул из-за пояса револьвер.

— Погоди, — торопливо заговорил румяный, вздёрнув руки вверх, — я помогу, выведу тебя, ходы знаю, только пощади.

Травин выстрелил в него, чудом попав точно в лоб, потом забросил обоих на верх клетки, и вскарабкался вслед за ними.

— Пора падать. Раз, два, три, четыре, — начал считать он.

Хромой оттолкнулся посильнее, и вместе со стулом свалился на сено. Дверь распахнулась, в помещение вбежали двое, с двустволками, Сергей расстрелял их, словно в тире. Ещё один, поумнее, с винтовкой, прикрыл створку, выдвинул ствол и пытался поймать Травина в прицел. За стеной послышался глухой удар, тень промелькнула в грязном стекле слухового окна, и пропала, кто-то додумался поставить лестницу. Двое раненых ворочались на полу, одному пуля попала в плечо, другому в живот, но оба были в сознании.

— Сейчас подъедут, — закричали из-за двери, — лучше сдавайся, сволочь, на портянки пустим живьём.

— Эй, Хромой, — вполголоса позвал Травин, — ты корейца видел? Который у тебя вчера переметнулся?

— Ким? Нет, не было его здесь.

— Значит, их не шестеро.

Сергей прицелился, в револьвере оставалось ещё три патрона, кучностью оружие не обладало, но в окно с десяти метров он рассчитывал попасть. Дождался, когда тень снова упадёт на стекло, теперь уже объёмная, и всадил туда две пули. Сразу за звоном стекла послышался крик, а потом стук упавшего тела. Один патрон, и минимум два человека снаружи, и ещё двое недобитков внутри.

— Одна пуля осталась против четырёх, — Хромой заворочался, пытаясь повернуться поудобнее, — Манька с собой ещё двоих привезёт, не меньше, что дальше станешь делать?

Травин не ответил. Бандит, оставшийся за дверью, раненые, и те, что приедут с Манькой, его мало беспокоили, стрелять они кое-как умели, но в остальном особой опасности от них Сергей не видел. Кореец, который почти незаметно крался в тумане так, был опытнее и умнее. Молодой человек швырнул румяного на соседнюю