Барон фон дер Зайцев 5 - Андрей Готлибович Шопперт

Чёрт его знает, как там решат те, кто будет здесь разбираться, но если разбойников этих тут рядом с рыцарями разложить, то вполне на битву, на нападение разбойников на копьё рыцарское похоже. Полегли все? Лучника нет, и дыры непонятные в рыцарях, ну, значит, не все бандиты погибли, и их надо найти и покарать. Повесить до смерти.

— Ребя, давайте мы бандитов аккуратно поднимем, чтобы непонятно было, что их тащили, и бросим рядом с рыцарями. Ну и одного — двух тут оставим. И всё, уходим. Теперь местные точно не осмелятся тут мародёркой заниматься, а осмелятся им же хуже. Теперь тут битва настоящая получается. Сегодня же думаю до магистра дойдёт. А нам нужно быстрее уходить. Катамаран судно заметное. Желательно, чтобы на глаза никому не попасться, до света подальше уплыть.

Событие сороковое

Чем закончилось это приключение барона Людвига фон Эрлихсхаузена, Иоганн не узнал ни через неделю, ни через месяц. На обратном пути они зашли в Пернов (нем. Pernau) и распродали там немного кружек и чашек с мультяшными героями, мыла пару сундуков продали и одну картину с тигром. Всё это в основном, не чтобы прибыль получить, а для отмазки глаз, если кто-то поинтересуется, куда это такой приметный кораблик ходил, то есть сотни очевидцев их пребывания и торговой деятельности в Пернове.

Вернулись они, Иоганн погрузился в семейную жизнь и подготовку ко второму путешествию в Америку, и всё ждал либо гонца из Риги с вызовом к архиепископу, либо, что ещё хуже, гонца от самого ландмейстера из Ревеля, а то и очередного копья оттуда с предписанием доставить схизматика на суд пред его светлые очи. Но неделя прошла — тихо. Вторая — ничего. Четвёртая, а власти словно забыли про барона фон дер Зайцева, и даже Иоганн Валленроде не вызывает его и не сообщает, что там с его графским титулом, и что король Ягайло ответил на письмо. Тишина. Нет, так-то понятно, что средние века и почты России нет, как и интернета высокоскоростного. Но уж письмо от Риги до Кракова не может больше месяца ходить. Или может?

Сколько до Кракова от Риги? Ну, они до деревни Танненберг чуть не месяц добирались. А Краков раза в два дальше. Получается, туда-обратно, если коней не до смерти загонять, а путешествовать вместе с торговцами, то месяца три с лишним только на дорогу в оба конца. Да ещё сколько там Ягайло будет соображать. Ха, так он о радостном известии поспешит сообщить Великому князю Витовту, всё же князь Давид Городецкий — это его подданый. И без Витовта принимать решения не будет. Это ещё плюсом три месяца. То есть, раньше, чем к концу лета каких-то известий от родичей новых и ждать не стоит. А возможно, что и дольше. Непонятный брак с непонятным бароном из вражеского ордена. Тут надо подумать. Не спеша взвесить всё.

А письмо, отправленное в Боровск с купцами к княгиням, матерям девушек? А кто сказал, что сёстры короля у русских остались после исчезновения девушек. Да они вполне могут тоже в Краков податься к брату или в Вильно к Витовту. Искать должны дочерей. Матери же? Кто он им, этот Витовт, двоюродный брат или дядя? Да не важно. Вполне могли отправиться. Чего им теперь сидеть в варварской Московии и ждать татарских набегов? В Вильно точно спокойней, чем в Московском княжестве. А не найдя дочерей там, могли и к брату в Краков отправиться.

Письмо же Валленроде к королю римскому Сигизмунду, который ещё пока не стал императором Священной Римской империи, а с ним что? Так до Вены в два раза дальше, чем до Кракова. Это письмо вообще может год ходить, а если потребуется согласование Рима или Авиньона, то и два года может пройти, прежде чем ему сообщат, стал он графом или нет.

Однако через месяц в конце февраля Иоганн всё-таки наведался в Ригу, как бы между прочим, поинтересоваться, как дела у банка, да привёз на продажу четыре новых Мадонны и трёх львов. И ничего не узнал. Архиепископ молчал про исчезнувшего барона, а Иоганн, чтобы не проколоться, не спрашивал.

А после совсем не до ерунды этой стало. Корабел Кольт изготовил, полностью собрал и даже снарядил всеми парусами и канатами «Шестой». Пока мудрить не стали. Новый корабль — это полная копия «Пятого». Вот если эти два корабля себя хорошо покажут в плавании к Ньюфаундленду, тогда можно будет подумать об увеличении корпусов на метр другой. И не из гигантомании, а из желания побольше груза в новую колонию доставить.

— Разбирать будем? — человек сто собралось на стоящий на мёрзлой земле катамаран поглазеть. Бруно Бусс похлопал по тёмно-коричневому, просмолённому боку корпуса, с сожалением похлопал. Не хотелось ломать красоту такую, хоть даже и на время.

— Нет. Сначала, как договаривались, попробует в целом виде сдвинуть.

Это очередная завиральная идея Иоганну в голову пришла. Вспомнил про Вещего Олега. Вспомнил про пирамиды. Там блоки огромные вроде катили по брёвнам. А десяток переволоков по всей Руси? Так там километры приходится везде толкать корабли ничем не меньше катамарана этого, а тут всего примерно сто пятьдесят метров. Если бы Аа не была покрыта льдом, то получилось ещё проще. Есть места, где русло реки всего в шестидесяти метрах от берега моря пролегает. Но от верфи на конце этой петли, что делает река вокруг замка, метров сто пятьдесят — двести до берега моря. Сейчас скорее двести, река совсем обмелела. Но корабли начали строить во время осеннего половодья и теперь они стоят на земле на приличном расстоянии ото льда.

Собравшиеся люди впряглись в канат, что опоясывал корпуса, под кили корпусов положили брёвна, Бруно поставил паруса все до единого, и Иоганн махнул рукой, а потом не выдержал и сам побежал, уцепился за канат, стал, упираясь в мёрзлую землю новыми сапогами с шипастыми подковами, помогать тащить корабль к серой воде Рижского залива. Про паруса — это тоже его идея. Есть же соревнования по льду на хрени какой-то. Опять же есть классный фильм «Сахара», кажется, где по песку под парусом двигались. А сейчас ветер точно в корму — юго-западный. Тепло и весну несёт. И главное — с приличной силой несёт.

Событие сорок первое

Всё к одному сложилось. Пора было отправляться в плавание. «Третий» и «Четвертый» перевернули в доке в Риге, собрали заново и проверили в походе до Пернова. Там же в Риге