Сердце шторма - Рая Арран

— Конечно! Это же незаконно! Я тебе доверял! А ты нарушил Договор! Снова!

— Ради чрезвычайно ценных знаний… — поспешил заметить Педру, но замолк на полуслове. Как он вообще смеет оправдываться?! Предатель, идиот. От боли и отвращения к самому себе стало тошно. С трудом Педру заставил себя снова заговорить, — Я считал, это не опасно. Думал, что контролирую ситуацию…

— Правда?! А ничего, что именно те ситуации, которые ты берешься контролировать, становятся самыми опасными?! Всегда!

Очередной удар. Уже не щитом. Ногой. Педру не упал, но втянул голову в плечи. Сейчас ярость короля пройдет и можно будет попробовать объяснить.

…Если это предательство вообще можно объяснить… И искупить.

— Как это возможно? А? Как ты это сделал? А главное, зачем? — король яростно листал предоставленные ментором записи. — Ты моего отца после прямой привязки чуть не сжил со свету, потому что он казался тебе слишком чужим. А какую-то русскую пигалицу пустил в самое свое нутро? Как?!

— Это был эксперимент. Я мог воздействовать на нее и использовал возможность. Но не понял, что происходит на самом деле. Не заметил главного. Мы слишком похожи…

— Правда?! И чем серебряная русалка похожа на ветреного бештаферу?!

На последний вопрос не было нужды отвечать. Он был высказан просто для разрядки. Повелитель и сам слишком хорошо знал ответ. Понимал, что ветер — лишь малая часть сущности Педру. Лишь отголосок бушующего шторма. Морской бури. Неудержимой, свободной и разрушающей. Педру сочетал в себе две комплементарные стихии, каждая из которых находила отголоски в «русалке».

— А может, дело не в схожести?! Может, правильный ответ: «Мне было так интересно, что я увлекся, наплевав на последствия»? Ты хоть понимаешь, насколько далеко зашел? Ты почти погубил Коимбру! — король схватил со стола тяжелую стеклянную колбу и бросил в сторону Педру. Осколки, отлетевшие от стены, посыпались на ментора острым градом.

«Главная угроза для Академии — ты сам». За интригами и угрозами Педру не увидел, не заметил реального предупреждения. Нет… кого он обманывает… заметил. Не придал значения, ослепленный своей гордыней. Уверенный, что девочка не в силах обрести над ним контроль.

Перехват главного ментора — это полная катастрофа. Всё равно что расписаться в полной профнепригодности ректора, профессоров и всех колдунов, обучавшихся в стенах Академии. Если подобное произойдет, такую Академию, скорее всего, исключат из мирового Совета Академий, как было с Германией, где главный ментор служил Гитлеру. Всё влияние, статус колдунов, возможности и будущее… всё обратится в прах…

Какой же он идиот… Самовлюбленный идиот, возомнивший себя мудрецом, способным во всем разобраться. В очередной раз получивший от жизни щелчок по носу. Глупец. Ничего не знающий. Безумец. Предатель…

Последнее сильнее всего разрывало сердце. Но Педру никак не мог договориться с собой. Не мог простить. Что смотрит, как повелитель с неподдельным ужасом осознает произошедшее, и думает, сможет ли сопротивляться страшному приказу, если тот прозвучит. Как долго сможет сдерживаться? Успеет ли найти выход? И спасти, сохранить то, чего достиг… Нет. Он сделает всё, что необходимо, чтобы защитить Коимбру, с готовностью пожертвует всем. И всеми. Ради Академии и короля. Но как же это больно… Подвел… Ошибся…

— Диабу… — выругался дон Криштиану, прочитав очередную страницу. — Ты сказал, она читала заклятие?

— Да. Русские используют его в своих скитах. Я передал связку на изучение нашим колдунам, хочу инициировать пересмотр уклада в Эрмидах.

— Плевать на Эрмиды! Чтобы завтра же раскладка была у меня!

— Я могу встать?

— Попытайся, — милостиво разрешил повелитель.

Педру, шатаясь, поднялся на ноги и доковылял до стола. Вытащил из вороха бумаг лист и протянул королю.

— Вот раскладка, повелитель. И сравнение с подходящей выборкой. У меня есть теория…

— Заткнись, Педру. Я сыт твоими теориями по горло. Уйди подальше.

Педру почел за лучшее вернуться в свой угол и уткнуться лбом в пол.

— Ты хоть понимаешь, в каком положении мы окажемся, если теория подтвердится? — спросил повелитель после недолгого молчания. — А если об этом кто-то узнает? А если она умрет? Ты мне полматерика разнесешь?! Черт возьми, лучше бы ты ее тогда сожрал, Педру.

— И обрек вас на ужасный позор? Это было бы невыносимо…

— Да что ты!

Очередная колба разбилась о голову бештаферы. Последняя. Педру подумал, не стоит ли подать еще каких-нибудь легко бьющихся и тяжелых предметов, чтобы повелитель в гневе не разбил что-то по-настоящему ценное. Король махнул рукой в его сторону. Не нужно. Легче от этого не станет. Никому…

— Оформишь новую группу для работы над этим вопросом. Секретно. Фабиу возьмешь за пример. Для начала. И профессора Сильву с Лукасом — их изрядно потрепало при прорыве, и ментору тоже пришлось проявить чудеса выдержки и альтруизма, чтобы спасти хозяина. Проверишь, есть ли что-то общее. Надо выяснить, как это произошло… и как исправить. И чтоб ни слова, ни шагу без моего ведома. Понятно!?

— Да, повелитель.

По лаборатории разнеслись гулкие шаги. Дон Дуарте. И Диогу. Бесшумный и быстрый, пока его хозяин шел через длинный зал, паук успел незаметно заглянуть в записи и бросить на Педру удивленный взгляд.

— Вижу, ты справился? — спросил дон Дуарте у брата, оценивающе оглядев Педру. — Что случилось?

Повелитель застонал:

— Все даже хуже, чем я предполагал, Дуартинью, — он отложил записи и поднялся. — Пойдем, нам нужно обсудить, что теперь со всем этим делать. Диогу, ты тоже понадобишься. А тебя, — он недобро посмотрел на дернувшегося было Педру, — никто не приглашал. Ты уже придумал и сотворил все, что только мог. Поэтому… просто приберись здесь как следует.

Глава 15. Всё тайное… Часть 2

1993 год, август. Поместье Авериных.

— Андрей Юсупов, приятно познакомиться.

Молодой человек поцеловал протянутую руку и сел напротив. Мама благосклонно улыбнулась и поспешила скрыться среди гостей. Вера, изобразив на лице приветливую заинтересованность, поднесла к губам чашку с чаем.

И с каких пор маму стали интересовать столичные франты… Молодой, красивый. С идеальным послужным списком. Работает под началом князя Булгакова. Перспективный жених… Последняя фраза не прозвучала, просто пробежала суфлером в блестящих маминых глазах.

— Весьма известная фамилия, решили пойти по стопам знаменитого предка?

— Грех не воспользоваться семейными связями, — подмигнул колдун. — Ваше имя тоже на слуху.

— Что поделать, мои великие родственники вершат судьбы прямо сейчас, — Вера многозначительно покосилась на семейный склеп, превращенный в настоящий таможенный пункт.

— Нет, я имел в виду именно вас, — уточнил Андрей.

— Меня?

— Конечно. Первая колдунья Академии, и уже такой успех. Я, хоть и боевой колдун, всегда увлекался наукой, читаю все выпускаемые Академией