Сердце шторма - Рая Арран
Раздумывает. Александр чувствовал это. Вдруг сын не потянет, не станет ли спасение проклятием?
— Ты хоть понимаешь, какая ответственность ляжет на твои плечи? Александр! — Колчак отошел в сторону, позволяя диву посмотреть на Владимира. — Что ты чувствуешь?
— Страх, — прошипел див, оскалившись. Молодой колун поежился.
— Видишь! Он нам нужен, но он же тебя уничтожит, если ты не научишься подчинять! Если будешь думать, что Пустошь тебе поможет!
— Я пытаюсь учиться…
— Пытайся лучше!
Александр усмехнулся, страх ощущался не только от мальчишки. С одной стороны, это давало преимущество, с другой — вызывало досаду.
«Почему? Я ведь действительно полезен и нужен. Я честен с тобой».
Колчак провел рукой по лицу и повернулся к диву. Немой невысказанный вопрос легко читался на лице императора: «Как мне их всех защитить? Как спасти?»
«Разве я — не ответ на эти вопросы? Чуть больше доверия, и мог бы все решить…»
Владимир ушел, хлопнув дверью. Александр поднял глаза на хозяина.
«И я уж точно был бы лучше него…»
1986 год. октябрь. Омск
— Не думала, что вам так нравится театр, — заметила Софья, выходя из зала. Александр придержал дверь, пропуская императрицу вперед. И тут же поравнялся с ней, чтобы подать руку. Девушка с готовностью взяла его за локоть.
За прошедший год Александр неплохо продвинулся в понимании ее эмоций и, кажется, даже сам стал намного легче на них откликаться, как отзывался бы на зарождающуюся связь, усиливая близость взаимностью.
Александр уже не просто давал волю конкретным привычкам и воспоминаниям — последовав совету Педру, он начал собирать необходимые образы из тысяч других ячеек: основываясь на знаниях, привязанности к бывшему хозяину, он достраивал и додумывал реакции и эмоции, все сильнее вовлекаясь в игру с императрицей, все сильнее срастаясь с придуманной человечностью и подпитывая иллюзии девушки.
Софья была умна и осторожна. Открыто показывала интерес и симпатию, отвечала на ухаживания приветливой улыбкой, но, стоило подойти ближе, отталкивала дива, напоминая ему, что он ведет партию не со слепым котенком, а с почти равным соперником.
Сначала это вызывало азарт и подстрекало играть искуснее, но в какой-то момент начало раздражать и расстраивать.
«Балда!» — с насмешкой отзывался Колчак на каждую неудачу своего незапланированного протеже.
Александр отмалчивался. Балда — это неуклюжий колдун, ходивший вокруг такой же неловкой чародейки и никак не решавшийся сказать желанное «люблю», пока Филипп Аверин пинками не погнал «голубков» на свидание. А Александр своих результатов достигал. Медленно и планомерно подтачивая недоверие. Раз за разом показывая надежность советника и верность друга. Воспитывая ответное желание соответствовать тотальной честности, которую он проповедовал.
— Меня забавляют попытки людей носить маски, душа моя, — ответил Александр, ведя Софью в буфет. — Особенно интересно было наблюдать за этим в роли императора Александра V. Иногда я представлялся себе таким же… актером на большой сцене. Только моя оплошность стоила бы куда дороже сломанного каблука.
Актриса, исполняющая главную роль, едва не сломала ногу, неудачно шагнув во время танца. Все обошлось, Софья только и успела что ойкнуть, заметив потерю равновесия девушки, но в следующий миг актриса, чудом удержавшись, продолжила танец, а Александр, не упуская момента похвастать благородством, с деланным безразличием пнул под соседний ряд туфлю со сломанным каблуком.
Девушка заметила:
— Как вы нашли реквизит так быстро?
— Я часто посещал этот театр в бытность императором, и, поверьте, не все постановки интересны или хотя бы стоят внимания. Иногда я даже позволял себе притворяться статистом на сцене, все равно из зала мою ложу не видно.
— Див на троне развлекался как мог, — засмеялась Софья.
— Это было вполне безобидно, согласитесь, лучше, чем жрать людей деревнями.
— Не поспоришь.
Александр подал Софье бокал вина. Сидеть за столиком девушка не захотела, и они вышли на небольшой тихий балкон. Осенний Омск переливался огнями ночных фонарей. И со стороны стоящая на фоне ярко освещенного окна парочка наверняка являла весьма романтическое зрелище. Кажется, Софья даже разглядела их отражения в стеклянном фасаде соседнего здания и сделала шаг в сторону, разбивая идеальную картинку. Александр накрыл ее ладонь своей.
— А ведь вы могли бы принять мою натуру… — вернулся он к старой, поднятой однажды теме.
Бесполезный вопрос, но такой любопытный, каждый раз отражался в глазах Софьи, стоило Александру подойти близко и воззвать к эмоциям: а если бы все произошло иначе? Если бы корона Российской империи все еще давила на его голову? И выбор был бы за ним?
— А вы могли бы довериться? — спросила девушка, копируя интонации Александра, тихо, будто искушая. — Если бы решились жениться, рассказали бы правду?
— Это зависело бы от вашей верности, — пожал плечами див.
— Поясните? — Софья сделала еще шаг в сторону и мгновенно превратилась из женщины в ученого.
— Ну смотрите. — Александр оперся на перила и задумчиво провел рукой по волосам. — Свадьба — это полбеды. Короне нужен наследник. И если бы мы его не представили, начались бы вопросы. Поэтому я довольно быстро нашел бы для вас проверенного любовника и отправил очаровывать. Если бы вы поддались, необходимости раскрывать тайну просто не было бы.
— И я бы сама держала язык за зубами, чтобы не дать поводов злым языкам.
— Именно. Но если бы этот план провалился, у меня не осталось бы другого выбора, кроме как рассказать вам правду и дать на руки подставного младенца.
— И я бы снова держала язык за зубами, чтобы просто сохранить свою жизнь…
Разочарование Софьи коснулось Александра холодным ветром. Не то она хотела услышать. Не так представляла себе доверие и иную жизнь.
— Не самая лучшая судьба ждала бы вашу супругу: жить в тишине и страхе…
— Поэтому я, скорее всего, действительно выбрал бы вас после недолгого изучения.
— Я создаю впечатление той, кто будет безропотно молчать по вашему приказу?
А теперь это почти обида. Не настоящая, наигранная. Почти азартная и жаждущая достойного ответа. Александр неуловимо изменил обличье, не для страха, только в угоду эффектности. Ветер сразу растрепал длинные черные волосы, а сияние голубых глаз отразилось в зрачках императрицы. Император Пустоши медленно сделал шаг навстречу Софье. Она отошла. Он не остановился, и вскоре девушка прижалась спиной к холодной стене.
— Ой, да бросьте, — прошептал Александр, наклоняясь к императрице и чувствуя, как трещат и без того шаткие стены. — Вы бы молчали, потому что вам интересно…
Глава 7. Призрак Пустоши, призрак Империи. Часть 4
