Александр Пушкин. Покой и воля - Сергей Владимирович Сурин
И опережая запуск поспешных дилижансов в России на пару-тройку лет, была построена знаменитая железная дорога длиной 50 километров между Ливерпулем и Манчестером – с двумя путями, работающей сигнализацией на всем протяжении, 64 мостами и двухкилометровым тоннелем, где поезда курсировали строго по расписанию. Именно здесь железную дорогу стали впервые использовать для перевозки почты – в составе первого поезда был один почтовый вагон.
На открытии дороги Манчестер – Ливерпуль, состоявшемся 15 сентября 1830 года, депутат парламента Уильям Хаскиссон первым, за 45 с половиной лет до Анны Карениной, попал под колеса поезда, двигавшегося со скоростью 27 километров в час. Тяга поездов осуществлялась посредством паровоза (а слово «паровоз» в русский язык ввел петербургский издатель, журналист и писатель, знакомый Пушкина – Николай Иванович Греч).
Дж. Р. Браун. Железная дорога Стоктон – Дарлингтон
Ну а что же Российская империя?
В 1833 году в Петербург приезжает инженер Франц Антон фон Герстнер (родившийся в Чехии, но имевший австрийское подданство) с предложением догонять Англию и Америку в скорости передвижения. Предложение о постройке железной дороги было встречено очень холодно, один граф Бобринский117 заинтересовался (и стал помогать деньгами, а в 1835 году создал акционерное общество). Через год Герстнера приглашают на Урал на инженерные консультации по горным заводам – и в перерывах между консультациями Франц Антон ездит по России, составляя план развития железных дорог. И с первым пунктом этого плана – строительством Царскосельской железной дороги – в начале 1835 года идет на прием к Николаю I (комиссию по рассмотрению данного предложения возглавил один из учредителей Царскосельского лицея, Михаил Михайлович Сперанский).
«…благодаря железной дороге Английское правительство во время беспорядков в Ирландии в 2 часа перебросило войска из Манчестера в Ливерпуль для следования в Дублин». (Из записки Франца Антона фон Герстнера)
Императору понравилась возможность оперативно перебрасывать гвардию. И хотя многие были против (Александр Бенкендорф боялся увеличения скорости передвижения из-за того, что сыщикам будет труднее угнаться за преступниками, а министр финансов граф Канкрин считал, что железные дороги уничтожат «общественную иерархию», поскольку сановник, барин и мужик поедут теперь в одном поезде), решено было попробовать, тем более что граф Бобринский подсуетился с акционерным обществом – сетовать на отсутствие денег не пришлось (нужную сумму в три миллиона рублей акционерному обществу удалось собрать по подписке всего лишь за полгода).
Через девять месяцев после смерти Пушкина по первой железной дороге в России прошел первый поезд, машинистом которого был сам фон Герстнер. Поезд, состоявший из паровоза и восьми вагонов, за 35 минут преодолел путь порядка 30 километров со средней скоростью 51 км/ч (временами разгоняясь до 64 км/ч). На карете этот путь – от Петербурга до Царского Села – преодолевался за два с половиной часа (получалось в четыре раза быстрее!). И именно Герстнер предложил использовать подвижной состав шириной колеи аж на 39 сантиметров больше, чем в Европе, – для большей устойчивости (железнодорожная магистраль Петербург – Москва уже будет построена с другой шириной колеи, которая все равно будет на девять сантиметров больше европейской: эта колея, 1520 мм, остается стандартом в России до сих пор).
Построив железную дорогу между Петербургом и Царским Селом, Россия стала 10-й страной в мире с железнодорожным сообщением (опередив Италию и Голландию). Затраты на строительство Царскосельской дороги и закупку техники окупились за пять лет.
Через пять лет император Николай I подписал указ о сооружении первой русской железнодорожной магистрали Петербург – Москва (для чего был учрежден Особый межведомственный Комитет с наследником Александром Николаевичем во главе, – таким образом, Александр Николаевич и крепостное право отменил, и строительством главной железнодорожной магистрали руководил).
Неизвестный художник. Ф.А. фон Герстнер
Е.И. Ботман. Е.Ф. Канкрин
И еще через девять лет, в 1851 году, была построена и открыта самая длинная в мире к середине XIX века железная дорога из двух путей. Длина Николаевской дороги между Петербургом и Москвой составила примерно 650 километров (правда, общая протяженность железнодорожных дорог на тот момент уже составляла: в Германии – шесть тысяч, в Англии – более 10 с половиной тысяч, а в Америке – более 12 с половиной тысяч километров…), первый поезд преодолел этот путь за 21 час 45 минут (со средней скоростью 30 км/ч).
«Труд этот, Ваня, был страшно громаден
Не по плечу одному!»
(Николай Некрасов)
Алексей Бобринский и рельсы новой жизни
Алексей Алексеевич Бобринский был прекрасным менеджером и бизнесменом в современном понимании этих терминов. В саду своего знаменитого дворца на Галерной улице он построил макет 20-метрового рельсового пути. Жители столицы (а среди них и вероятные инвесторы) приходили посмотреть – как происходит передвижение груза по рельсам. На глазах у честного народа одна-единственная лошадь (лошадиная сила) перемещала платформу с грузом восемь с лишним тонн. Эту лошадь Александр Сергеевич Пушкин вполне мог, вместо веселой белки, разместить на острове князя Гвидона в качестве вселенского чуда (подумаешь – белка песенки поет и орешки золотые разгрызает, – а тут одна лошадь целых восемь тонн – пусть молча, без песни, но – перемещает!..).
В.Ф. Тимм. Император Александр II
Пушкин (будучи на полгода старше Алексея Алексеевича) часто встречался с графом Бобринским в 1830-е годы. В 1832 году образовалась приятная компания уверенных в себе мужчин, обедавших у Михаила Виельгорского, – костяк которой составляли наряду с хозяином: Александр Пушкин, Петр Вяземский, Александр Тургенев и граф Бобринский. В январе 1834 года Наталья Николаевна Пушкина представлялась ко двору в связи с камер-юнкерством Пушкина именно на балу у Алексея Алексеевича Бобринского (и представление имело значительный успех – император танцевал с супругой Пушкина французскую кадриль и сидел возле нее за ужином). И еще несколько раз в 1834 году Александр Сергеевич обедал у графа Бобринского – граф следил за высоким качеством трапезы.
Будучи до известной степени либералом, граф Бобринский стал участником знаменитой драки со славянофилом Степаном Петровичем Шевыревым на заседании совета Московского художественного общества – через 6 лет после открытия железнодорожной магистрали Петербург – Москва. Бобринский ратовал за отмену крепостного права и критиковал порядки при царствовании своего, в общем-то, двоюродного
