Александр I - Андрей Юрьевич Андреев
В это же время Екатерина II подготовила и замечательный документ, в котором обращалась к Александру Павловичу с наставлениями по управлению государством. Скорее всего, Екатерина желала передать эти наставления внуку на одной из личных встреч, при обсуждении его предстоящего воцарения. Особое значение документу придает то, что императрица написала его собственноручно и по-русски, то есть желая обратиться к внуку как к будущему русскому правителю. Приведем его здесь полностью, поскольку биографам Александра I он прежде был неизвестен:
Послушай, друг мой Александр, совет мой, ежели хочешь царствовать с честию и со славою, следуй Правилам моим во всех делах, паче же первый год и следующих пять шесть, пока всякого рода дел сквозь рук твоих пройдут и ты к ним привыкнешь, чрез то приобретешь доверенность к тебе подданных твоих. В течение вышеписанных лет во всяком важном или уважения достойном случае прикажи себе прочесть подобное либо сходственное дело при мне случившееся, найдешь везде в них правила и решения, кои успех давали моим делам.
Первые года твоего царствования стараться будут тебя пугать, тоже было со мною, я сему не испужена была. Давай всякому делу законному течению: у нас на все законы, при всякому делу всякого роду спроси, что законы говорят в подобном деле и что прежде деловалось в подобном случае, везде найдешь правила и законы.
Не ищи войны, но буде необходимость тебя доведет до войны для защищения или обороны своей империи, тогда не избегай ее со стыдом, не покажи ни в каком случае боязливость. Надейся на Бога, у тебя подданные храбрые и смелые, пренебрегающие трусливых, ты же должен правом своим себя привести в почтение и любовь.
Первые года подадут и пришлют к тебе множество проектов, паче же банкрутные купцы и всякие гроша не имеющие люди Бога для. Ты берегись от них и пуще всего не давай исключительные дозволения и привилегии, ни Особой какой никому Компании. Тебе скажут, что законы противуречущие есть: что один закон так гласит, другой инако, ничего того не бывало, а твое дело есть разбирать, по какому делу либо случаю закон который сделан, и совесть твоя и доброе сердце тебе скажут, в каком случае которого употребить.
В какой бы ты войне ни находился, сыщи первого удобного случая дабы сделать доброго честного и прочного мира. Не в обретении дело, но в обеспечении своего впредь. С иностранными державами обходися с учтивостию и ласкою, но не давайся им в лапы и да не управляет ни единая твоими делами, все сие завистливы и потаенные злодеи твоего благосостояния и твоих подданных. Со всею ласкою поступай с ними, с твердостию везде тут, где польза твоих дел того требует[124].
Небольшой размер наставлений говорит о том, что Екатерина II не собиралась писать для Александра целый трактат об управлении государством (как это было свойственно ей прежде), но хотела сообщить внуку важнейшие практические советы, которые помогли бы ему быстрее освоиться в роли российского самодержца. Эти советы затрагивали три области: во-первых, собственно внутреннее управление империей, где Екатерина рекомендует во всем придерживаться уже изданных законов и прецедентов, которые случались в ее царствование, в случае же разногласий между отдельными законами – руководствоваться «совестью и добрым сердцем», не боясь сложностей и противоречий; во-вторых, держать в своих руках экономические ресурсы империи и не распылять их по отдельным привилегированным компаниям; в-третьих, во внешней сфере вести лишь оборонительные войны и при первой же возможности заключать мир, ища не приобретения новых территорий, а гарантий для сохранения собственных владений.
Как же отреагировал Александр на советы бабушки? С одной стороны, он бережно их хранил – при разборе его бумаг после смерти это наставление оказалось рядом с другими текстами подобного рода, не менее важными для Александра (в частности, с подробными инструкциями от Лагарпа, которые тот передал великому князю перед отъездом из России). С другой стороны, можно себе представить, насколько тяжело ему было принимать из рук Екатерины советы относительно будущего царствования, к которому Александр в душе питал столь сильное отвращение и от которого так желал уклониться.
Между тем, в Петербурге начались приготовления к свадьбе великой княжны Александры Павловны. 13 августа 1796 года в российскую столицу прибыл молодой король Швеции Густав IV Адольф (он был годом младше великого князя Александра). Торжества, приемы и балы при Дворе по этому поводу вновь на некоторое время отвлекли Екатерину II от самого насущного для нее вопроса о престолонаследии. Но назначенная на 11 сентября помолвка не состоялась. Императрица, стоя в короне и мантии рядом с внучкой в подвенечном уборе, долго ждала жениха в тронном зале Зимнего дворца – пока ей наконец не доложили (по рассказам, эту роль пришлось взять на себя Платону Зубову, инициатору всего проекта), что король не выйдет из своих покоев из-за несогласия с условиями брака. Екатерина сама сбросила с головы тяжелую корону, сорвала мантию и бессильно опустилась в кресло, после чего у нее обнаружился первый легкий припадок паралича.
Придя в себя, через несколько дней (16 сентября) бабушка велела позвать к себе Александра и, судя по всему, уже формально, показав составленные бумаги, объявила внуку, что делает его своим преемником и что соответствующий манифест будет обнародован в ближайшее время (в качестве подходящих дат могли быть названы 24 ноября 1796 года, то есть праздник в честь именин Екатерины, или 1 января 1797 года). Тогда же императрица написала и личное завещание, в котором все оставшиеся после нее бумаги и книги отдавала Александру (Павел же в этом завещании вообще не был упомянут)[125]. Вероятно, на той же встрече с бабушкой внук получил от нее и приведенное выше наставление к царствованию.
Александр пришел в полное смятение, хотя, казалось бы, должен был приготовиться к такому развитию событий. Свидетельством этого служат два практически одновременно отправленных, но противоположных по смыслу письма, в которых он отчаянно пытается вести прежнюю свою линию – понравиться всем.
Письмо Александра к Екатерине II датировано 24 сентября 1796 года и носит характер официального документа (ибо частным образом у него не было нужды обращаться с письмами к бабушке, которую он и так постоянно видел). Великий князь обращается к императрице ее полным титулом «Ваше Императорское Величество» и выражает глубокую и почтительную признательность за оказанное ему доверие, обещая стать достойным ее «неоценимого благоволения», отплатить за которое может лишь собственной
