Вуконг. Сердце обезьяны - Сандра Райзер
– Какой-то он странный, – объяснил я. – Какой-то он слишком лёгкий.
Я аккуратно положил вещицу обратно на угря, который застыл в ужасе от моего отказа.
Какая-то тень скользнула по мне. Король драконов наклонил ко мне большую голову и посмотрел прямо в глаза.
Его зрачки, чёрные, как глубины моря, расширились, будто я был всего лишь маленьким огоньком, который легко задуть.
– Сссслишком лёгкий? Это оружжжжие вессссит сссстолько же, сколько японский острорылый кит!
У меня уже вертелись на языке слова, что кто-то обманул его и подбросил ему позолоченные вилы в качестве предмета коллекционирования. Но слова, что я хотел сказать, застряли у меня в горле. Несмотря на то что я был в глубине океана, во рту у меня внезапно совершенно пересохло. Девятизубый весил столько же, сколько кит? Почему я мог балансировать им на кончиках пальцев? Потому что под водой гравитация действовала по-другому и в результате всё весило меньше?
Ух, я всё равно не смог бы так раскрутить кита. Я пришёл в себя и почувствовал магические силы, действующие в теле. Одно заклинание дало мне жабры, с помощью которых я мог дышать. Второе придало мне вертикальную осанку и рост человеческого мальчика. Но что ещё? Во мне работала ещё какая-то магия? Я был сильнее, потому что отчаянно хотел чувствовать себя сильным?
Ао Гуан потерял терпение:
– Ну чшшшто? Ты берёшшшшь эту вещщщь?
Моё сердце колотилось от страха. Но если я сейчас трусливо соглашусь, то вместо волшебного оружия получу садовые грабли. И тогда весь визит сюда окажется напрасным. Я откашлялся.
– Вилы, эммм, Девятизубый просто не очень хорошо лежит в моей руке.
– Сссслишком лёгкие, хм?
Ух! Он всё больше походил на раздражённую кобру. Не делай резких движений, если стоишь перед шипящей змеей! Этому меня учил дядя Бен. Кивок будет считаться резким движением в этом случае? Возможно, да. Тем не менее я всё же кивнул.
– Да, слишком лёгкие.
– Есссли это так…
Король драконов и командующий рыбьей армией переглянулись. Вероятно, они одновременно подумали про одно и то же оружие, потому что Ао Гуан одобрительно наклонил голову и приказал:
– Принесите её!
Интересно, что мне принесёт командир Лу Юй? Ожидание царапало мне нервы. Как когти. Вернее, из-за когтей кое-кого. Тук-цок! Тук-цок! Тук-цок! Король драконов барабанил длинными острыми когтями по домикам улиток, которые служили подлокотниками на троне из ракушек.
Вообще-то мне стоило сохранять спокойствие. Пока его когти были заняты этим действием, он никого ими не мог порвать.
Шуши прижалась ко мне. Её клюв коснулся моего уха.
– Пожалуйста, – прошептала она, – не переусердствуй, Вуконг. Пожалуйста, возьми следующее оружие, которое он принесёт!
Я молчал. Я не знал, как отреагировать, если Ао Гуан снова предложит мне что-то неподходящее. Сложный момент принятия решения не заставил себя долго ждать. Вернулся рыбий командир Лу Юй. Угорь следовал за ним гораздо медленнее. Намного медленнее. На этот раз груз лежал на его спине не вдоль, а поперёк, потому что он нёс его не один. Несколько рыб, у которых, как и у командира, была серебристо мерцающая чешуйчатая броня, помогали ему.
Король драконов великодушно указал на принесённое оружие – длинное копьё, к верхнему концу которого с обеих сторон были прикреплены лезвия.
– Пожалуйста, Сунь Вуконг, прими подарок!
Я никогда раньше не видел жезла, так богато украшенного золотом и зелёными светящимися нефритами. Лезвия алебарды выглядели такими острыми, что казалось, будто можно было порезаться от одного взгляда на них. Ао Гуан самодовольно ухмыльнулся. Похоже, он был уверен, что сможет произвести на меня впечатление. Предвкушение того, что у меня вот-вот отвиснет челюсть, заметно улучшило его настроение. Он уже почти не шипел:
– Это сссамое тяжёлое оружжжие во дворце. Вдвое тяжелее, чем Девятизззубый.
Я встал и медленно подошёл к алебарде. Спокойным я выглядел только снаружи. Моё сердце билось всё быстрее и быстрее. Мысленно я попытался установить контакт с волшебным оружием. Пожалуйста, ляг как следует в мою руку! Пожалуйста, будь подходящего веса для меня!
Алебарда не показала никакой реакции. Вероятно, искра души не была её магической составляющей. Что касается мёртвого дерева и голого металла, то не имело значения, понравились они мне или нет. Но живые существа вокруг меня напряжённо смотрели, что я решу. Шуши вздрогнула. Она продолжала коситься на Короля драконов.
Дрожь угря и рыб, принёсших мне самое тяжёлое оружие Ао Гуана, тоже становилась всё сильнее. Они не могли дольше держать передо мной предложенный подарок. У них кончились силы. Я нерешительно обхватил деревянное древко рукой.
Нефритовые символы и золотые орнаменты источали неприятный холод. Ни одна искра не проскочила между моей ладонью и оружием. Тем не менее я сделал несколько упражнений. Я нанёс удар кончиком копья и ударил боковыми лезвиями в пустоту, справа, слева. Короткое вращение древка вокруг пальцев… Ууууух! Алебарда вылетела у меня из руки. Она пересекала воду по неконтролируемой кривой, как будто я с отвращением отшвырнул её прочь. Там, где металл упал со звоном, сверкающий перламутром пол раскололся. Сеть трещин расширилась, а алебарда летела по ней с ужасным визгом, пока со скрежетом не остановилась в углу.
Все, кто был рядом со мной, отшатнулись назад. Они в меньшей степени испугались летающего оружия. Гораздо больше они боялись того, что вот-вот должно было произойти.
– Извините, – пробормотал я в мёртвой тишине. – Она выскользнула у меня из пальцев. Потому что… Ух! Она не оказывает должного давления на руку, когда я её кручу. Она…
Я проглотил то, что хотел сказать.
– Ссссслишком лёгкая?
Ао Гуан поднялся. Его драконья чешуя заскребла по ракушкам трона, а затем по полу. В моём видении огромный Морской Король состоял теперь только из шипов: острых роговых шипов, острых зубов и острого языка, которым он шипел на меня.
– У меня нет ничччччего, кроме этого.
– Вуконг, – умоляюще произнесла Шуши. От страха она едва могла шептать. – Пожалуйста.
Глубоко вздохнув, я втянул солёную морскую воду через жабры. Признаться Ао Гуану, что мне совершенно ни к чему его подарок, было более чем невежливо. Это было даже опасно для жизни.
Но неужели правда я должен сейчас изображать благодарность и притворную радость? Глаза волшебной птицы стали увеличиваться, пока почти не выскочили из орбит. Моя подруга с мольбой смотрела на меня:
