В прошлый четверг я спас мир - Антье Хэрден
Я перевернулся на другой бок и надеялся снова заснуть, но сердце билось так громко, что я не мог расслабиться.
И тогда я снова услышал хлюпающий, чмокающий звук. Долго гадать, кто его производил, не пришлось. Либо тритонам удалось открыть металлическую дверь, либо они обитали и в бункере.
И здешние твари, вероятно, были не меньше тех, что жили в канализации, а может, и покрупнее.
Я обнаружил, что во сне моя рука свесилась с кровати и продолжала висеть. Нужно поскорее спрятать её под одеяло, пока чья-нибудь огромная пасть её не схватила или её не облизал какой-нибудь жабий язык! Но я не мог пошевелиться.
Рука была холодной как лёд, и я её не чувствовал. Она мне больше не принадлежала. Я запаниковал. И подумал, не разбудить ли Сандро. Или лучше полежать тихо, чтобы те, кто шастает по комнате, нас не засекли?
И вдруг над кроватью Сандро вздыбилась огромная тень.
Хотя это не могла быть тень, ведь тут темно, поэтому ей неоткуда взяться. В общем, нечто огромное встало прямо над Сандро. И для жуткого существа не составило бы никакой проблемы проглотить десятилетнего мальчика целиком. Видимо, у монстра была светящаяся кожа, раз я смог различить его в темноте.
Я хотел закричать, чтобы предупредить Сандро, но из моего рта не вырвалось ни звука. И я был вынужден наблюдать, как гигантский тритоний монстр склонился над Сандро и закапал его мерцающей слизью. Я знал, что сейчас случится, и от страха зажмурился.
Но я должен что-то сделать! Я обязан помочь Сандро! Однако мне необходимо оружие: нож или палка. Но я не мог пошевелить ни головой, ни рукой, которая свисала с кровати, ни мизинцем ноги.
Мне следовало закричать, чтобы разбудить Сандро, даже если было уже слишком поздно. «Сконцентрируйся, Курт!» – приказал я себе и направил всю энергию в голосовые связки.
– Сандро-о-о! Сандро-о-о! – закричал я во всё горло.
– Да здесь я, – раздался голос Сандро, и друг казался совершенно спокойным. – Тебе приснился страшный сон. Что, впрочем, ничуть не странно, учитывая то, что мы пережили.
Я открыл глаза, вокруг было черным-черно.
– Света нет, мне ничего не видно, – констатировал я и попытался сориентироваться в темноте.
– Да, вероятно, он выключился, пока мы спали. Теперь ты проснулся? – спросил Сандро.
– Ага, – ответил я, надеясь, что так оно и было. – Мы долго спали?
– Не знаю. Я совсем потерял счёт времени. Но нам нужно скорее найти того, кто соорудил бункер.
– Или ту, – сказал я, спуская ноги с кровати.
– Точно, или ту, – повторил Сандро.
– И нам нужно отыскать Принцессу.
– Может, она и не хочет, чтобы мы её находили, – внезапно ужаснулся Сандро.
– Или она больше вообще не знает, чего хочет, – предположил я. – А что, если каждый раз, когда ей хочется пить, ей наливают чая?
– Или что-нибудь ещё такое же гадкое, – подтвердил Сандро.
Мы вышли в коридор, и неоновые лампы загорелись. Похоже, они работали от датчика движения. Камеры по-прежнему жужжали, поэтому мы поняли, что за нами следят. Но мы притворились, что ничего не замечаем.
– Что тебе снилось? – полюбопытствовал Сандро.
Я покосился на друга, который шагал рядом со мной, одетый во всё белое, с чисто вымытыми волосами.
– Ох, лучше и не спрашивай, – ответил я, порадовавшись, что хотя бы в этот раз увиденное оказалось сном.
Мы продвигались по бесконечному коридору и не открывали ни одной двери, которыми были утыканы стены. Все они выглядели одинаково, и мы подозревали, что за ними расположены душевые и спальни.
– Ой, а здесь находится кухня, – проговорил я, миновав дверь, из-за которой доносился дразнящий аромат.
Мы остановились, поскольку испытывали дикий голод.
А за дверью действительно была огромная кухня. Пахло просто невероятно, и мой аппетит только усилился.
– Приятель, я голоден, как собака! – простонал Сандро и принялся искать на расставленных повсюду сковородах и противнях что-нибудь съедобное.
Их ещё не вымыли, и на посуде виднелись остатки пищи. Они даже были ещё тёплыми.
– Везде курица и картошка фри, – сообщил Сандро.
Мы ссыпали всё на противень и водрузили на стол.
– Значит, в бункере готовят еду, которой кормят детей в школе, – заявил Сандро, собираясь сунуть в рот кусочек картошки.
И внезапно нас осенило. Нам даже ничего нельзя пробовать. Сандро швырнул ломтик обратно на противень, а я выплюнул то, что жевал.
– Мы чуть не попались, – сказал я.
Сандро тоскливо взглянул на противень, а затем оттолкнул его прочь. Тот со скрежетом отъехал в сторону.
– Как же всё глупо, – вздохнул Сандро.
В ответ у меня в животе забурчало. Мы огляделись: в кухне одна за другой выстроились в ряд плиты и мойки.
– Посмотри-ка! – Сандро взял с полочки коричневый пузырёк наподобие тех, что продаются в аптеках.
В крышке баночки имелась встроенная пипетка, а на боку красовалась маленькая затёртая этикетка:
ДЕТСКОЕ СЧАСТЬЕ
– Вот что подмешивают в еду и чай, – прошептал я охрипшим от волнения голосом.
Сандро молча кивнул и намеревался поставить пузырёк обратно на полку, но замер.
– Может, выльем из него всё и нальём воду? – проговорил он.
Мы принялись осторожно озираться в поисках камер. Но в кухне их попросту не было.
– Отличная идея, – шепнул я и опрокинул содержимое баночки в раковину, наполнил её водой и поставил на место.
Я обнаружил на полке над следующей плитой такой же пузырёк. И ещё.
И ещё. Над каждой плитой на полке стояло по аптечному пузырьку.
– Их чересчур много. Мы не успеем вылить всё содержимое, – расстроился я.
Внезапно в коридоре раздался шум.
– Кто-то идёт, – прошептал Сандро. – Давай залезем на полку. Они наверняка не будут искать нас наверху.
Мы взобрались на ближайшую из полок и спрятались за кастрюлями. Успели мы вовремя, ведь дверь распахнулась, и на кухню ввалилась группа громко болтающих крысолюдей.
До сих пор я встречал только одного крысолюда, который раздавал детям горячую еду в школе. Но их оказалась целая толпа. Они тащили стопки тарелок, ящики столовых приборов и подносы, которые сгрузили в мойки.
Через пару минут крысолюди убрались восвояси. Никто из них не поднял головы и не посмотрел наверх.
– Нас не увидели, – с облегчением произнёс я.
– Значит, их немало, – сказал Сандро.
– И они занимаются не только детьми из нашей школы.
– Точно. Когда я думаю о
