Капибара Клара и спасение карнавала - Ольга Романова
– Клара?
Капибара обернулась. Возле входа в управлении неуверенно переминалась с лапы на лапу Паола. Шерстка ее казалась растрепанной, глаза были красными от слез, а вместо изящного платья леопард была одета в черный спортивный костюм.
– Клара, подождите, пожалуйста. Они… я только что была у Лео. Все просто ужасно! Они держат его в этой ужасной маленькой клетке. Он с детства не выносит замкнутого пространства, оно плохо на него влияет. Клара, когда Лео отпустят? Он же ни в чем не виноват! Это несправедливо!
Клара смерила леопарда оценивающим взглядом. Возможно, в этом деле у нее будет неожиданный союзник.
– Идем со мной, вероятно, ты можешь помочь Лео. Нам надо подготовиться, и я расскажу тебе все по дороге домой.
– Вы верите, что Лео ни в чем не виноват?
– Я не верю. Я знаю это.
В глазах Паолы вспыхнула надежда, и она без дальнейших расспросов направилась следом за капибарой на улицу. Она не могла не думать о Лео, который еще несколько минут назад держал ее за лапы через прутья решетки в тюремной камере, а в ушах звучали его слова:
– Я не совершал и не совершу ничего, что было бы противно моей совести. Не верь, если скажут обратное. Твоя вера в меня – все, что у меня осталось.
– Разве никто не может тебе помочь? Может быть, адвокат?
– Клара Капибара. Если кто и может вытащить меня отсюда и найти маску, то только она. Она смогла перехитрить даже Бруну, лишив ее статуса главы Таско. После этого я думаю, что эта капибара способна вообще на все. Можешь доверять ей, а еще Раулю. Он немного не от мира сего, но предан мне.
– Ваше время вышло. Покиньте камеру, – их разговор грубо оборвал полицейский, и Паола только и успела, что крепко сжать лапу Лео напоследок.
Буквально через четверть часа они уже были в квартире Клары. Паоле тотчас сунули в лапы чистый носовой платок и чашку ароматного какао. Она устроилась в большом мягком кресле и впервые за последние сутки почувствовала себя не такой потерянной и одинокой.
При других обстоятельствах Паола бы только и крутила головой: это было самое необычное и наполненное интересными вещами пространство из всех, где ей доводилось бывать раньше. Клара беспорядочно носилась по квартире, попутно рассказывая леопарду о репетиции в музее, ленивце и его капуцине-сообщнике.
– То есть ты думаешь, что сегодня ночью они проведут древний и опасный ритуал, способный наделить ленивца силой, которая должна была быть разделена между всеми жителями Рио-дос-Анималес? Но тебе никто не верит, и теперь мы вдвоем должны как-то остановить этих сумасшедших преступников? – Паола уставилась на снующую туда-сюда Клару со смесью восхищения и ужаса. Капибара бегала по квартире, кидая в рюкзак разные вещи. Трудно было представить ее в роли отважного супергероя, перепрыгивающего через заборы, сражающегося со злодеями и спасающего город от силы древнего божества с розовым термосом и пачкой влажных салфеток в лапах. На секунду в голове Паолы промелькнул мультяшный образ капибары в маске и развевающемся супергеройском плаще, но она быстро отогнала от себя эти нелепые мысли.
Клара замерла на секунду с мотком веревки и фонариком в руках:
– Ну да. У тебя есть идеи получше? Если мы их не остановим, придется спасать не только Лео, но и вообще всех в этом городе. Но делать это будет уже поздно. Полицейские считают, что я сошла с ума. Ты поможешь мне?
– Конечно! – Паола грозно дернула хвостом. Она была уверена, что способна на многое ради спасения того, кто ей дорог. И если уж неповоротливая капибара с коротенькими лапками не боится рисковать, то ей – ловкой, сильной и выросшей в фавелах – точно не пристало трусить. Тем более когда на кону стоит жизнь и свобода ее возлюбленного. Лео прямо сказал, что Клара – единственная, кому они могут доверять.
– Ну вот и отлично. Ты мне нужна. Если все пойдет хорошо, тебе придется танцевать в маске в канун летнего солнцестояния, раз Лео сидит в тюрьме. Не мне же это делать? Танец должен быть исполнен вовремя и с благими намерениями в сердце. И зверем, который умеет танцевать что-то, кроме лежания на диване. Хотя внутренний настрой тут гораздо важнее танцевальной техники.
– Я справлюсь… Пусть и не так хорошо, как Лео. Но ты можешь на меня положиться. И… я могу позвать Рауля. Он предан Лео и не откажет.
– Он сможет быстро понять, что от него требуется, и добраться на другой конец города за несколько часов?
Паола вспомнила, сколько раз ей пришлось повторить историю Лео, прежде чем Рауль понял, что произошло и что в школу скоро нагрянут полицейские с расспросами. «Быстро» – это точно не про танцора-альпаку.
В тот вечер Паола спокойно ждала Лео дома после ответственной репетиции, была счастлива и горда за него. Но он вернулся взмыленный, с трясущимися лапами и дрожащим голосом. Буквально на пять минут, чтобы попрощаться и предупредить, что его будут искать. Это было просто ужасно. Вряд ли она когда-нибудь забудет тот вечер.
Капибара благодарно кивнула, закончив сборы:
– Сейчас я вызову такси. Этот дом когда-то принадлежал дедушке Рикардо, и вряд ли о нем кто-то знает. Он стоит на окраине, в районе дорогих вилл. Достаточно просторный и тихий, чтобы в нем можно было подготовиться к чему угодно. Я уверена, что они там. Ленивец и капуцин, конечно, те еще супергерои, но уж в древних ритуалах, символах и всяком таком директор музея точно разбирается.
– А что мы будем делать, когда доберемся до места?
Эмоции Клары сложно было прочесть по ее взгляду:
– Не знаю. Посмотрим по обстоятельствам. Главное, запомни: ровно в полночь маска не должна быть на голове ленивца или обезьяны. У нас осталось меньше трех часов.
Глава восемнадцатая,
в которой храбрость оказывается напрасной
Центральные улицы Рио-дос-Анималес были украшены для Карнавала. Бумажные фонарики, пышные гирлянды цветов, разноцветные флаги и лотки с лимонадом и сладостями красовались буквально возле каждого дома. Толпы нарядно одетых зверей уже начали стекаться к центральной площади в предвкушении начала праздника. Многие на ходу пританцовывали или напевали песни. Целый год все ждали Карнавал, и никто не мог поверить, что в полночь танец в маске Короля Ягуара может быть не исполнен на главной площади.
Паоле было тяжело
