Зелёные против «зелёных» - Ирина Лейк

– Это почему же? – возмутился Жорж. – Я очень хорошо стараюсь!

– Да? – скорчил недовольную гримасу Эдуард. – А мне кажется, вы недостаточно понятно сформулировали ваше желание. Я ведь предупреждал, как это важно! Если желание неправильно пожелать, то оно не сбудется. Так что ко мне никаких претензий. Вот скажите, что вы пожелали?

– Муху! – заорал Жорж.

– Ну вот, пожалуйста, – пожал плечами Эдуард и встряхнул белой шевелюрой. – Я так и знал. Совершенно ничего не понятно.

– Му-уха-а! – прокричал ещё раз Жорж. – Чего тут может быть непонятного? Му-ха! Му-ха!

– Стоп! – остановил его Эдуард. – Какая именно муха? Серая, чёрная, синяя? Какие у неё должны быть крылышки? Какие глазки? Какие особые приметы?

– Любая муха! – завопил венерина мухоловка Жорж во всю свою зубастую глотку. – Какая мне разница? При чём тут приметы? Я хочу любую муху! Любую!

– Вот! – вздохнул гиацинт. – Это самая главная ошибка новичков, которые берутся проходить мой марафон без достаточной подготовки. Как ваше желание может сбыться, когда вы сами не знаете, чего хотите? Вот если потерялся какой-то человек и другой человек идёт в полицию, чтобы его найти, он же не говорит там: у меня потерялся человек, найдите мне любого, мне всё равно? Вы что, никогда не смотрели кино про людей? У всех есть особые приметы! Не бывает мух без особых примет! Вы сами всё испортили, теперь не жалуйтесь, что ваше желание не исполнится!

– Что-о-о-о? Да я тебе сейчас покажу! – закричал Жорж и бросился на гиацинта Эдуарда, щёлкая зубастыми челюстями.

Когда Юра вернулся домой, его квартиру можно было смело снимать в сериале про полицейских и грабителей. Юра и сам не любил прибираться, но такого беспорядка даже он не мог себе представить. Все вещи были разбросаны, на полу валялись стулья, разбитые кашпо и порванные бумаги, мимо летали комья земли, керамзит, ложки и грабельки для рыхления, а его питомцы кричали на все голоса и пытались кого-то поколотить.

– Я требую вернуть мою леечку! – возмущался лимон Филимон.

– Сейчас я его прокушу! – вопил венерина мухоловка Жорж.

– Шарлатан! – кричала Розалия Львовна. – Где мой вымпел? Верни мои подпорки!

– Врун и обманщик! – визжала орхидея Галатея. – И желание не исполнил, и кашпо сломал!

– Дайте мы его поколотим! – требовали фикусы Вениамин и Валентин.

И только кактус Кирилл спокойно сидел на подоконнике и наблюдал за этой жуткой дракой. А рядом с ним сидел грустный гиацинт Василий и громко чихал.

– Что тут происходит? – тихо спросил Юра и в ужасе опустился на пол.

Спустя час почти всё было на своих местах. Юра стоял в прихожей в куртке и ботинках и держал в руках картонную коробку, из которой оглушительно пахло гиацинтами.

– Значит, так, – сказал он. – Вам осталось только подмести пол и вернуть на место удобрения, которые вы растащили, чтобы заплатить этому вымогателю. А я поехал к Анюте. Что поделать, придётся сказать ей, что у меня аллергия на этот редкий сорт гиацинтов. Хорошо, что она согласилась забрать его к себе. Не могу же я признаться ей, что аллергия на гиацинты на самом деле обнаружилась у нашего Василия, а этот Эдуард оказался чистой воды шарлатаном.

– Вы неправильно меня поняли! – раздался из коробки приглушённый голос. – Я учил их медитации.

– Это была не медитация, а чистой воды махинация! – крикнул в ответ бонсай Покусай.

– Я думаю, что у Анюты он вряд ли сможет кого-то облапошить, – сказал Юра. – Гардения Евгения быстро им займётся. Ну что ж, дружочки, не скучайте, я скоро вернусь. Василий, а ты не забудь принять капли от аллергии! Розалия Львовна, проследите за ним! Вы всё-таки растение с медицинским образованием, надо будет купить вам вымпел!

Юра уехал, а зелёная мафия осталась приходить в себя. Кто-то по-прежнему громко возмущался, а кто-то уже начал смеяться над Эдуардом Великолепным, которого быстро вывели на чистую воду. И только гиацинт Василий был ужасно грустным. Нарцисс Борис подвинулся к нему ближе и спросил:

– Может, теперь расскажешь нам, что ты хотел обсудить с этим типом? Ты же так его ждал.

– Да, – кивнул грустный маленький гиацинт. – И знаете, что самое печальное? Что он оказался совсем на меня не похож! То есть мы с ним почти одинаковые, но при этом совсем-совсем разные! Ап-чхи! Я понял, что на самом деле я гораздо больше похож на Кирилла или на Демьяна, или на Валентина с Вениамином! Простите меня, друзья! Мне очень стыдно, что я вам не доверял. Я ведь всегда стеснялся, потому что так сильно отличаюсь от всех вас – эти мои странные цветочки и запах… Я чувствовал себя одиноким и думал, что это потому, что я такой… другой. А оказалось, дело совсем не во внешности! Ап-чхи! Теперь-то я точно это знаю!

– Давай договоримся, – сказала герань Антонина. – Если тебе вдруг станет одиноко, сразу зови нас!

– Я так и сделаю! – пообещал гиацинт Василий и наконец-то улыбнулся.

Глава 10

С этого дня все окружили гиацинта Василия повышенной заботой и особым вниманием. Фикусы наперебой рассказывали ему весёлые истории, орхидея Галатея делилась своими секретами о том, как сделать листья гладкими и блестящими, Розалия Львовна советовала полезные упражнения для роста луковицы, а хвощ Плющ и плющ Хвощ позвали Василия в свою команду по игре в шарады. Юра очень расстроился, когда ему рассказали, что Василий чувствовал себя одиноким и переживал о том, что раз он гиацинт, то его никто не понимает. Как-то вечером Юра уселся с ним на кухне, налил себе ароматного чая, а Василия угостил витаминным коктейлем, и они проговорили почти до самой ночи. Кто бы мог подумать, что такой красивый, ароматный и яркий гиацинт на самом деле был ужасно застенчивым!

– Я отлично тебя понимаю, – признался ему Юра. – Я и сам часто робел и чувствовал себя неуверенно, когда учился в школе. Особенно сложно мне было на физкультуре: плавать я так и не научился и всё время боялся утонуть в бассейне. А однажды залез в спортзале по канату почти до самого верха, потом посмотрел вниз и так перепугался, что никак не мог спуститься. Пришлось нашему учителю снимать меня оттуда на глазах у всего класса. И у девчонок, представляешь? Ох и дразнили меня потом! Да и в университете поначалу мне было как-то не по себе. Мне казалось, что я там самый младший и самый тощий, и все