Тайна под крышей - Юлия Ю. Бычкова
– В чём?
– Неправда, что человек умнеет с возрастом. Нам просто так говорят, чтобы мы слушались. А на самом деле все остаются такими же, как были.
– Ага, – подхватила я. – Знаете, бывают дети, похожие на старичков?
– Вот-вот! – закричал Дима. – Замира, как зовут мальчика-зануду, который с Рустамом в один садик ходит?
– Ярослав, – улыбнулась Замира.
– И чем он знаменит? – спросила я.
– Мы как-то с Замирой и её мамой зашли за Рустамом. Все мелкие бегают, а этот Ярослав стоит отдельно. Поворачивается к нам и говорит: «Носятся как ненормальные».
Я хихикнула и подвинула Диме солёные огурцы, Замире – свежие, а сама принялась резать яйца.
– Ой, ещё кое-что вспомнила, – сказала Замира.
– Про Ярослава?
– Ага. Я слышала, как он выговаривал другому мальчику: «Я тебя предупреждал: не ешь снег? Предупреждал. Вот и ходи теперь с соплями».
Дима засмеялся. А я подумала о том, что моя мама мечтала именно о таком ребёнке.
– Вот мы всё и порезали, – улыбнулась Замира.
– Спасибо!
Я заглянула в миску. Все ингредиенты будущего оливье были порублены кубиками разного размера. А мои яйца и морковь – вообще не кубиками, а какими-то уродскими кусочками.
Остался последний ингредиент. Я взяла банку с зелёным горошком, открыла её.
– Ой! Замира, смотри, тут вода.
– Ну да, – кивнула Замира.
– Думаю, горошек нужно положить в салат вместе с водой. Так сочнее будет, да?
– Нет! – крикнула Замира.
– Почему?
– Моя мама всегда воду сливает.
– Точно?
– Точно!
– Ну ладно…
Я слила воду в раковину, повернулась к столу и заметила Димкину хитрую улыбку.
– Что?
– Странно, что ты не вылила в салат рассол от огурцов.
Обиднее всего, что Замире очень хотелось рассмеяться. Она еле сдерживалась! Достойный ответ Димке не придумывался, поэтому я задрала нос, высыпала горошек в салат, перемешала и поставила миску в холодильник. Собрала со стола ножи и доски, вымыла их.
Раздался звонок в дверь.
Глава 5
Я подошла к двери, посмотрела в глазок и увидела пожилую соседку.
– Здравствуйте, Галина Петровна, – сказала я, открыв дверь.
– Здравствуй! – сухо ответила соседка. – Тётя Нина дома?
– Нет, она на работе.
– Ладно, спасибо. – Соседка кивнула и ушла к себе. Я пожала плечами, заперла дверь и вернулась на кухню.
– Даже с Новым годом не поздравила, – хмыкнула я.
– Кто? – спросила Замира.
– Галина Петровна. Терпеть её не могу.
– Да, Галина Петровна шумная, – кивнул Дима.
– Но иногда от неё бывает польза, – сказала Замира.
Галина Петровна была старшей по дому. Следила за порядком, всюду совала свой нос и всем делала замечания. Но этим летом ей удалось причинить дому добро. Галина Петровна провернула крупную операцию под названием «Северная Венеция».
В начале июня мы с родителями пошли к тёте Нине в гости. День был солнечный и ветреный. Папа осмотрел теть-Нинин дом и присвистнул.
– Да тут настоящая Северная Венеция!
В трёх местах за окнами были натянуты верёвки. Там высоко над землёй полоскались на ветру разноцветные трусы. Мы с родителями ездили в Венецию, но давно: мне всего шесть лет было. И я думала, что ничего не помню…
– Вспомнила! – воскликнула я.
– Что ты вспомнила?
– Настоящую Венецию! Там трусы так же развевались на ветру!
– Точно! – улыбнулся папа.
– Влада, а больше ты ничего не вспомнила? – спросила мама.
– Вспомнила, конечно. Каналы, мостики, голубей.
На самом деле я не уверена, что это мои воспоминания. Скорее всего, я это знаю по фотографиям и фильмам. А про трусы – точно мои. Помню, мы идём по переулку, мама с папой держат меня за руки, я смотрю наверх, а там – они.
– Почему-то в Венеции это не так дико смотрелось, – хмыкнула мама.
– Наверное, это бельё жителей коммуналок, – сказал папа. – В общей ванной его могут украсть.
– Я не предлагаю сушить бельё в общей ванной! – возмутилась мама. – Но разве нельзя купить сушилку для белья и поставить её в комнате?
– Скорее всего, не хотят сырость разводить…
– Ты их оправдываешь?
– Да нет…
– Как же я рада, что вырвалась отсюда!
Это сейчас Галина Петровна старшая по дому, а раньше она работала в школе. Была классной руководительницей у мамы. Галина Петровна маму не любила, и мама отвечала ей взаимностью. Но по вопросу трусов у них было одинаковое мнение.
Галина Петровна начала операцию. Ходила по квартирам нарушителей, расклеивала в парадных объявления. Не помогло. Тогда она организовала на стенде во дворе доску позора. Фотографировала гирлянды трусов, распечатывала фотографии, вывешивала на доске с подписями, где чьи. Узнала мобильные телефоны нарушителей. После звонков в пять утра в субботу и воскресенье те сдались.
– Влада, чего задумалась?
– Да так… Мне кажется, Галин-Петровнин пучок с прошлой нашей встречи увеличился.
– Может быть.
Галина Петровна носила высокий пучок размером с полголовы. Даже больше! Мы с друзьями пытались понять: свои это волосы или нет. Даже провели эксперимент.
Вот у Замиры волосы густые и длинные, до пояса. Однажды я расплела её косу, сделала высокий хвост, замотала волосы в пучок… Он оказался вдвое меньше, чем у Галины Петровны.
– Какой же длины у неё волосы? – пробормотала тогда Замира, рассматривая пучок.
– Наверное, они не свои…
– А зачем заматывать в пучок кучу чужих волос?
– Кто ж знает…
В общем, это осталось для нас загадкой.
– А я знаю, почему дядя Гена заикается, – сказал Дима.
Дядя Гена был тихим дядечкой и соседом Галины Петровны. Они жили в маленькой коммуналке из двух комнат.
– Почему же?
– Однажды ночью он захотел водички попить. Открыл дверь из своей комнаты в коридор, а там… Галина Петровна.
– Ой!
– Бредёт по коридору в ночной рубашке. С распущенными волосами… Медленно так… Он говорит: «Доброй ночи!»
– А она?
– Молча проходит мимо дяди Гены. Он смотрит: волосы у неё до пола спускаются, а потом ещё по полу тянутся… На метр примерно…
Я ахнула.
– И что? – спросила Замира.
– Дядя Гена зáперся в своей комнате. До утра заснуть не мог. А утром понял, что он теперь всегда будет заикаться. Дядя Гена больше не выходит из комнаты после девяти вечера.
– И это вся история? – нахмурилась Замира.
– Ну да.
– А ты когда-нибудь выходил из своей комнаты ночью?
– Нет. Мне незачем.
– А ты выйди, Дим. Много интересного увидишь.
– Например?
– Наши соседи тоже частенько шастают по ночам.
– Зачем?
– В основном холодильник навещают. И тоже выглядят не очень элегантно. Ни с одеждой не заморачиваются, ни с причёской. В чём спали, в том и шлёпают на кухню. Ты не




