Жизнь и приключения Санта Клауса - Лаймен Фрэнк Баум
– Не бывать такому, – ответил Ак. – Вреда нашему другу вы больше не причините!
– Да ну? – самонадеянно спросил король. – Наша сила велика! Смертным с нами не тягаться, да и бессмертным лучше держаться от нас подальше.
– Ты расхвастался, а это глупо, и ты совершаешь большую ошибку, – Ак говорил жёстко. – Ваше время на земле заканчивается. Бессмертные презирают вас, хотя и жалеют немного. Людям вы ненавистны, а среди бессмертных вам места нет! Простые смертные после земной жизни вступают в жизнь Небесную, поэтому смертные тоже выше вас. Вы – никто, болтаетесь между смертными и бессмертными! И вы ещё смеете не подчиняться моей воле?
Огвы повскакали на ноги. Казалось, они были готовы немедленно накинуться на Ака, но король прикрикнул на них и приказал всем отступить.
– Не было такого, – крикнул он, и голос его дрожал от ярости, – чтобы бессмертный объявлял себя повелителем огвов! Мы не позволим бессмертным вмешиваться в наши дела! Ты презираешь нас, и мы отомстим! И этому твоему другу Клаусу жить осталось не больше трёх дней! Наш гнев страшен, и ни тебе, никому из бессмертных его не спасти. Вашей власти не бывать! Прочь с нашей земли, Хозяин леса! Страна огвов не для тебя.
– Да это война! – воскликнул Ак, и глаза его сверкнули.
– Да, война! – грубо подтвердил король. – И пусть твой дружок готовится к смерти.
Выбора у Хозяина леса не осталось. Он развернулся и направился в Бурзейский лес, где рассказал бессмертным его обитателям о том, что огвы объявили им войну и собираются убить Клауса.
Молча слушал лесной народ слова своего повелителя.
– Итак, вы всё знаете, – закончил Ак. – Как мы поступим?
– Они совершенно бесполезны, – сказал Князь нуков, – нам придётся их уничтожить.
– От них только зло на земле, – поддержал Князь райлов. – Нам придётся уничтожить их.
– Эти существа – без чести и совести. Они хотят, чтобы все на земле стали такими же, как они, – присоединилась Королева фей. – Нам придётся уничтожить их.
– Они оскорбили Великого Ака и грозят убить нашего приёмного сына, – добавила прекрасная королева Зурлина. – Нам придётся уничтожить их.
Хозяин леса улыбнулся.
– Мне нравится то, что все вы сказали, – сказал он. – Огвы могущественны, драться они будут до конца и изо всех сил, но в этой битве мы победим. Смерть никому из нас не грозит, даже если враги будут одолевать, но каждый убитый огв ослабит их армию. Это будет великая битва! Поклянёмся же искоренить это зло!
Вот так началась большая война между силами добра и зла, в память о которой и сегодня поют баллады в Волшебной стране.
Племя огвов во главе с королём захотело доказать, что их решение убить Клауса – не просто громкие слова. Теперь они ненавидели его вдвое сильнее: мало того что он делал детей счастливыми, так он ещё оказался другом Хозяина леса. Но всё-таки Ака они опасались и совершенно не собирались потерпеть поражение от бессмертных. Король огвов разослал гонцов во все уголки и объявил сбор всех злых сил, какие есть на свете.
Три дня сходилась под командование короля огвов эта могучая армия. В ней было триста азиатских огнедышащих драконов, от огня которых полыхало всё вокруг. К людям и добрым духам они испытывали слепую ненависть. Пришли трехглазые гиганты из пустыни Тартари, потому что просто любили подраться и ничего больше в жизни их не интересовало. Явились Чёрные Демоны из Паталонии: когда они летели над миром на своих огромных перепончатых крылях, люди испытывали ужас и страдания. К армии зла присоединились и гоблины-гузлы с длинными острыми, как сабли, когтями. И, конечно, чтобы сразиться с бессмертными, на зов короля сошлись все огвы, спустившись с гор всего мира.
Это было огромное войско, и король огвов с удовлетворением оглядел свои полки. Гордость переполняла его злое сердце, и он верил в победу. С кем ему предстоит драться? С какими-то нежными созданиями, никогда не державшими в руках оружия?
Но Хозяин леса тоже не сидел сложа руки. Никто из бессмертных не знал, что такое воевать или просто драться, но их позвали сразиться с мировым злом, и они стали готовиться к бою.
Ак повелел всем идти в Хихикающую долину. А Клаус продолжал мастерить свои игрушки, не подозревая о надвигающемся сражении, причиной которого стал.
Вскоре всю долину, от края до края, заполнила дружина бессмертных. Впереди над всеми возвышался Хозяин леса с блестящим, как начищенное серебро, топором в руках. За ним стояла шеренга райлов, вооружённых колючками от кустарников. Потом расположились нуки с пиками для приведения в чувство свирепых хищников. А следом шли ряды фей в прозрачных одеяниях, с крылышками и золотыми волшебными палочками в руках, и лесные нимфы в традиционных одеждах из дубовых листьев, выбравшие себе в качестве оружия веточки ясеня.
Увидев, кто и с каким оружием выступил против него, король огвов громко расхохотался. Топор Хозяина леса был, конечно, грозным оружием, но эти нимфы-милашки, феи-прелестницы, райлы-неженки и корявые нуки не выглядели армией, драться с таким народцем его грозному воинству было почти стыдно.
– Какие глупцы! – сказал он предводителю тартарийских гигантов. – Они осмелились вызвать нас на бой! Ну так пусть сполна испытают нашу силу!
Чтобы дать сигнал к началу сражения, он взял в руку огромный булыжник и со всей силы бросил его в Хозяина леса. Тот одним взмахом топора отразил его, и битва началась. Трёхглазые гиганты ринулись на ряды нуков, гоблины-гузлы – на райлов, а огнедышащие драконы полетели испепелять маленьких фей. А на Ака и его нимф набросилось само племя огвов, уверенных в лёгкой победе.
Но есть на свете закон: если злу не противиться, оно способно творить ужасные дела, но добро никогда не будет побеждено, если станет сопротивляться. Король огвов не знал этого закона! Один удар топора Ака разрубил предводителя зла пополам, и земля избавилась от самого мерзкого создания из когда-либо ходивших по ней.
Затем настал черёд удивляться тартарийским гигантам. Острые пики крохотных нуков пронзали насквозь их толстые шкуры, заставляя падать и корчиться от боли.
Беда случилась и с гоблинами с острыми, как сабли, когтями. Колючки райлов вонзались в них, доставая до самого сердца, и вскоре вся долина была окроплена их кровью.
