«Птеродактиль над городом» - Дарья Романовна Герасимова
Мимо проходили люди, но больше никто не задерживался около клумбы — ни старушка, выгуливающая пухлого розовощёкого внука, ни дворник на велосипеде, везущий на багажнике связку новеньких мётел. Вот с одной из дорожек свернул человек с портфелем, но прошёл мимо. Пронеслась стайка хохочущих девушек. Пробежали два человека в спортивной одежде с большой чёрной сумкой. Один был похож на цаплю — тощий, с длинным носом и волосами, собранными в хвостик. Второй, коренастый, плотный, напоминал задумчивую капибару, но с сизым носом.
Кит хотел было погрузиться в какую-нибудь игру в телефоне, но люди в спортивной форме вдруг остановились напротив человека в шарфе. Тощий бодро отрапортовал:
— Как вы и говорили, всё прошло гладко!
— Тише! — Человечек в шарфе зыркнул в сторону Кита.
Кит сделал вид, что не слушает, а увлечённо смотрит что-то в мобильном.
— Хозяина дома не было, это вы правильно сказали, — зашептал Тощий, — украшения мы взяли, лягушек не пересчитывали, просто забрали всё из сейфа.
— Всё? Деньги тоже?
— Ну это… как же мы могли их оставить там… — потупился коренастый.
— Идиоты! Сигнализация срабатывает, только если тронуть пачку купюр слева, — зашипел человечек.
Потом быстро достал из кармана полиэтиленовый пакет, открыл сумку и суетливо начал что-то перекладывать из неё в пакет. Киту показалось, будто что-то чуть слышно звякнуло, упав на асфальт.
— А остальное?
— Оставьте себе!
По соседней улице промчалась полицейская машина с сиреной.
Человек поморщился и сунул пакет за пазуху. Потом вскочил на самокат, зачем-то объехал вокруг клумбы, чертыхнулся и помчался прочь по одной из дорожек.
Двое в спортивной одежде подхватили сумку и побежали в другую сторону.
Кит встал, посмотрел по сторонам. Солнце светило так же ярко, как раньше. Желтели клёны. Ветер качал осенние цветы на клумбе. Из какого-то открытого окна доносился запах яичницы. Самое обычное утро. Кит подошёл к скамейке, возле которой ещё минуту назад стояли трое. На асфальте ничего не было. Он посмотрел под скамейкой, потом в траве. Возле урны что-то блеснуло. Кит наклонился, подобрал маленькую золотую лягушку, сунул её в карман и пошёл прочь из этого двора.
На бульваре царил ветер. Он разгонялся над зданием гимназии, потом опускался ниже, ниже и нёсся по бульвару к Дому культуры, к высокому зданию за ним, и утихал, наверное, только у крыши, рядом со стоящими на ней бетонными летающими тарелками. А может быть, наоборот, разворачивался там во всю мощь и мчался куда-то дальше, дальше, к Москве, к другим городам.
Кит ещё раз дотронулся до лягушки. Обычный предмет, не что-то холодное и неприятное типа посылок, которые приходили летом.
Он перешёл бульвар и вошёл во двор. Здесь было тихо и сонно. Казалось, время остановилось тут, просто забыло, что надо идти вперёд. Звенела вода в небольшом фонтане, хлопали белоснежные простыни на верёвках. Двое старичков играли на лавочке в шахматы. Всё как было в его детстве, а может быть, и в детстве его родителей.
Кит пошёл через дворы обратно, в сторону центрального сквера.
У одного дома стояла полицейская машина с мигалкой. Высокий молодой человек что-то спрашивал у старушек. У человека были тёмные волосы и шрам на щеке. Рядом с ним худенькая рыжеволосая барышня в замшевой куртке с бахромой что-то записывала в блокнот. Все старушки говорили одновременно:
— Нет, мы точно ничего не видели!
— И не спрашивай, милок, не было тут никого!
— И что, вот никто не выходил из этого подъезда?
— Да, мы с Поликарповной как раз утром здесь сидели. Внуков отвели в садик и сели поболтать. Никто не проходил мимо!
— А что случилось-то? — подошёл поближе упитанный человек с парой тощих левреток.
Старушки оглянулись и посмотрели на него:
— Да ограбили, понимаешь, квартиру Царькова. Сам он в командировке. Говорят, сигнализация сработала! Полицейские приехали — дверь открыта, сейф отперт. А в сейфе — ничего нет! Ни денег, ни украшений, ни каких-то безделушек, которые он собирал…
Кит прислушался.
Рыжая барышня с блокнотом поправила очки и бросила на Кита быстрый взгляд, потом перевернула лист и снова начала что-то строчить.
Человек с левретками изумился:
— Так у Царькова же, говорят, тонны всего в квартире. Он же много лет был где-то директором рынка…
— Нет, ничего не взяли, ни картины, ни фарфор, ни иконы, только каких-то тварей из сейфа, то ли змеек с изумрудными глазками, то ли золотых жуков. Не помню уже, что там было, мне давно как-то ихняя домработница рассказывала…
Кит машинально дотронулся до лягушки в кармане.
— И собака след не взяла! Представляете, хотя там, у сейфа, валялась чья-то куртка.
Полицейская собака лежала рядом с машиной и делала вид, что говорят вовсе не про неё.
— Так, расходимся, граждане, расходимся, — из подъезда вышли ещё несколько полицейских и неодобрительно посмотрели на собравшихся.
— Если кто-то что-то видел или знает, прошу подойти ко мне, — добавил высокий со шрамом и внимательно посмотрел на старушек. Барышня с блокнотом снова обернулась и посмотрела на Кита.
Кит заметил, что на носу у неё веснушки, а очки с одной стороны замотаны проволокой. Барышня приподняла бровь. Кит сунул руку в карман, сжал в руке маленькую золотую лягушку… и пошёл дальше.
Расстояние до школы казалось бесконечным. Кит не знал, что делать. Ветер, казалось, совсем пропал. Было жарко и душно. Маленькая лягушка в кармане казалась тяжёлой как камень. Ну рассказал бы он, что видел у клумбы странных людей, но кто бы ему поверил? Собака же след не взяла и к клумбе никого не вывела. Показал бы лягушку — так наверняка его бы самого сочли соучастником преступления. Про такое всегда показывают в детективах, которые любит смотреть по телевизору Тётьлида. Там свидетелей часто забирали в полицию и самих обвиняли в преступлении.
Родителям тоже непонятно, как рассказать. Что прогулял школу и нашёл под лавкой золотую лягушку? Что лягушка до этого была украдена
