Кровь служанки - Алеся Кузнецова

Эва почувствовала, как металл под пальцами стал теплым и поспешно спрятала кулон обратно под свитер, но этот жест не ускользнул от Федора: он смотрел так пристально, что у нее закружилась голова.

– Нам нужно уехать… – в голове Эвы нарастал шум и она просто хотела чтобы этот день скорее закончился.

– Уехать? – переспросил Мирон, и на его лице мелькнула тень. – Боюсь, это будет не так просто.

– Почему? – Эва не понимала, что смущает ее в голосе помощника, но чувствовала в нем вдруг возникшее напряжение.

– Я ходил к дороге. Там завал.

За своими внутренними переживаниями она совсем не заметила, что с неба снова полились кубометры воды. Ливень усиливался и ветер клонил деревья к земле. А здесь за толстыми старыми стенами они ничего не слышали.

Эва вскинула на Мирона недоуменный взгляд и отпрянула в сторону. – Но это невозможно… – прошептала она. – …У нас билеты на самолет, и я уже переносила вылет один раз.

Федор решил вмешаться и сделал шаг ближе, его голос прозвучал глухо:

– Вам стоит остаться. Здесь безопаснее.

– Здесь?! Нам только что рассказали, что в этом месте погиб человек. Такой страшной смертью. Как может здесь быть безопасно? Да я вообще здесь оказалась случайно! Сама не понимаю, как попала сюда. Зачем я только вообще согласилась на этот заказ.

– У всех событий есть причина, – поднял бровь Федор. Раз согласились, значит у вас она была. А что до непогоды, то она привела в этот замок не только вас. Еще день назад здесь были только мы с Яромиром Петровичем, верно? – и он улыбнулся краешками губ, кивнув управляющему. – Да еще Оксана Павловна, ну и ее муж Илья во дворе на подсобных работах. Не представляю, как им вдвоем удается справляться с таким хозяйством, а теперь еще и с таким количеством гостей.

– Верно, – кивнул Яромир Петрович. Меня самого сюда назначили только полгода назад, прямо накануне того, как Федор начал реставрацию органа. А так до нас тут строительные работы шли по восстановлению. Пока денег нет продолжить, весь бюджет на этот год выбрали. Но зато за это время решили привести в порядок музей и подготовить номера в гостинице. Моя идея, кстати. Целое крыло простаивало. А мы комнаты сделали. Первым, кстати, к нам вчера заглянул на огонек Виктор Карлович.

– Да, это вообще большая удача для меня, – кивнул историк, – ехал к товарищу, а тут буря такая, маршрутка остановилась и водитель говорит: все, дальше не поеду. Небо темное, дождь льет. Ну я подумал, что на поезде поеду дальше к товарищу, вышел на вокзале… а там узнал про замок и что скоро он открывается. Решил не терять такую возможность. Думаю, дай позвоню, а вдруг меня чуть раньше открытия пустят?

– Я тоже обрадовался, когда вы мне позвонили с вокзала. Такая удача – преподаватель истории из столичного ВУЗа, двадцать книг и монографий, очень впечатлен. Я прочитал про вас в интернете и буду рад услышать ваше профессиональное мнение о нашем музее.

– Это обязательно! Только сперва хотелось бы ознакомиться с архивными документами и посмотреть дневники хозяев в библиотеке. Я, честно говоря, даже воодушевился, что так случайно к вам судьба занесла. Товарищу позвонил и просил меня извинить.

Эва слушала вполуха. Ее удивляло не то, как он сюда попал, а то, с какой легкостью люди меняли свои планы, будто задержка, буря и замок были чем-то само собой разумеющимся.

– А вот меня не судьба привела, а статья в местной газете, – рассмеялась Аркадия и улыбнулась мужчинам. – Я как раз решила, что хочу написать книгу про наши достопримечательности. Каждый житель города должен быть чем-то полезен, вот и я решилась.

Галина пожала губы и в этот момент Виктор Карлович тихонько шепнул Эве: муж Галины – местный олигарх и это слова из его интервью, я на вокзале газету районную читал.

Эва рассеяно улыбнулась, не сразу сообразив зачем ей это знать. В голове еще отдавался шум и чужие статусы казались далекими и несущественными. Она удивленно посмотрела на историка и только сейчас заметила, что на самом деле ему еще и пятидесяти нет, а серьезный вид придавала привычка сутулиться и хмурить брови. Надо же, он тоже вполне живой и ничто человеческое ему не чуждо.

Она невольно повернулась к Виктору Карловичу, впервые увидев в нем не только сухого историка, и краем глаза заметила взгляд Мирона. Ее помощник выглядел совершенно спокойным, но почему-то это спокойствие показалось ей напускным. Эва подумала, что в последний день он немного переходит границы. Она сама настояла, чтобы они были на ты, потому что не любила официоза, принятого в семье мужа, но при этом она не хотела, чтобы Мирон интерпретировал это неправильно. Она немного сомневалась по поводу поездки с ним вдвоем, но все-таки Мирон сам был родом из этих мест и неплохо разбирался в особенностях жизни на постсоветском пространстве. А годы жизни во Франции сделали его буквально незаменимым для работы с клиентами Эвы.

За окном ветер ударил так, что старое стекло жалобно заскрипело. Эве показалось, что в этом гуле было что‑то отдаленно напоминающее рык льва. И она снова дотронулась до кулона.

– Эва, ваш кулон очень красив. – кажется, Диана впервые назвала ее по имени и сейчас это прозвучало немного странно. – Наверняка ваша бабушка привезла много и других сувениров?

– Прабабушка, – машинально поправила Эва, – я не особо интересовалась этим.

– Но вы же сама эксперт по таким вещам, неужели не интересно было разобрать бабушкино наследие?

– Оно все у мамы. Мама находит большое удовольствие в семейных историях, а я больше увлечена этим, как работой.

– Понятно, – тряхнула головой Диана.

Под сводами замка воцарилась тишина, нарушаемая завываниями ветра.

– Кажется, самое время предложить вам немного личного времени и через час встретиться за обеденным столом, – развел руками Яромир Петрович, – Буду рад рассказать вам еще о замке после обеда и, наверное, уже тогда мы сходим посмотреть орган.

Гости стали расходиться. Федор чуть задержался у выхода. Эва подумала, как хорошо будет остаться одной за толстыми дверями комнаты. Но в этот момент возле нее снова возник историк:

– У меня есть кое-что, что вы непременно захотите увидеть, – произнес он негромко, и в его голосе было что-то, отчего у Эвы по спине пробежал холодок. – Не здесь, конечно… Но я бы хотел с вами переговорить. Может быть в библиотеке? Вряд ли вы согласитесь пригласить меня в