Птичий остров - Алекс Белл

– Не знаю, – ответила я. Мой голос звучал как-то невнятно. – Просто как-то…

Слова прозвучали где-то далеко. Голову заполнил туман, земля вдруг ушла из-под ног. Уилл тут же схватил меня за руку, чтобы удержать, но у меня подкосились ноги – и я рухнула на землю, потащив за собой и его.

Только сейчас я поняла, что ощущение чего-то мокрого у рёбер – не только оттого, что я насквозь промокла. Жидкость была тёплой и липкой, а из моей футболки торчал большой осколок стекла. Едва увидев его, я впервые почувствовала боль – тупую пульсацию, которая началась в боку, а потом по позвоночнику добралась и до мозга.

– Всё хорошо, – попытался приободрить меня Уилл. – Всё будет хорошо.

Его голос звучал как из-под воды. Подняв голову, я увидела, что он паникует не меньше, чем я сама.

– Джесс? – Он крепче обхватил мои руки. – Не закрывай глаза. Слушай меня. Ты должна…

Но я не услышала больше ни одного его слова – меня словно тёплым одеялом накрыла темнота.

* * *

Когда я пришла в себя, мы уже были в охотничьем лагере. Калан аккуратно перевязал мою рану, хотя из неё по-прежнему торчал осколок. Он сказал, что удалять его на Птичьем острове будет слишком опасно и нужно сначала добраться до большой земли.

Спасательное судно должно было прибыть где-то через час – и это меня очень обрадовало. Я хотела как можно скорее покинуть Птичий остров и больше никогда его не видеть. Хуже того, папа и Кейт ещё и разозлились на нас за то, что мы пошли на маяк. Пожалуй, даже хорошо, что я была ранена: так они хотя бы не только злились, но ещё и беспокоились.

Что касается Роузи, то она просто вернулась как ни в чём не бывало, будто и не исчезала никуда. Все знали, кто она такая, никто даже не помнил, что на несколько дней её все забыли. Крис вот почему-то был расстроен – он кинулся ко мне и начал мямлить что-то совершенно непонятное и бессмысленное. В конце концов он залился слезами и Кейт отвела его в тихий уголок.

Пока остальные собирали вещи, Роузи шёпотом рассказала мне, как в ту ночь пошла в Комнату посторонних и встретила там Коналла. Она испугалась, увидев его, и он затолкал её в зеркало, где она потерялась в тумане.

– Там были и другие люди. Они со мной не говорили, я с ними – тоже. Сейчас уже трудно их вспомнить. В тумане я не была собой – я и человеком-то себя не чувствовала. Даже не подумала о том, чтобы спросить других, что происходит. Чтобы сказать хоть слово, требовались слишком большие усилия. Но я увидела, что они постоянно пытаются вернуться на маяк и дотянуться до того мальчишки, Коналла, и поняла, что мне тоже нужно так делать. Я почему-то знала, что это он виноват в том, что с нами произошло. Иногда мы даже добирались до окна или до одного из зеркал внутри здания, но перейти на другую сторону не получалось – по крайней мере, надолго.

– Так вот что это были за руки. – Я посмотрела на сестру. – По-моему, некоторые смотрители тоже помнили людей, которых забыли все остальные, – и именно поэтому их отправили в психушку. А у других смотрителей были какие-то навязчивые сомнения, словно они что-то забыли, но не могли вспомнить что. Так или иначе, я рада, что всё это кончилось. Я люблю тебя. – Я взяла Роузи за руку. Боже, как я по ней скучала! – Я так рада, что с тобой всё хорошо.

– И я тоже. – Она крепко сжала мои пальцы. – И спасибо, Джесс, что пришла за мной.

– Я всегда приду за тобой. Куда ты – туда и я.

* * *

После вчерашних событий олуш все побаивались, но птицы и близко к нам не подлетали, пока охотники сворачивали лагерь. Мы с Уиллом предположили, что теперь, когда злобного призрака Коналла больше нет, маяк не сводит их с ума.

Вскоре приплыло спасательное судно, и все с готовностью поднялись на борт. Я испытала большое облегчение, увидев, что на этом судне есть тёплая и удобная каюта – и в ней разместили именно меня, потому что я была единственной, из кого торчал осколок стекла. В каюте было окно, и через него я наблюдала, как мы всё дальше отходили от Птичьего острова и маяк становился всё меньше. Я обрадовалась, когда он наконец исчез за горизонтом совсем. Впервые за долгое время я смогла вздохнуть спокойно.

Папа почти всё плавание провёл неподалёку от меня, Роузи – тоже, но в какой-то момент я всё-таки уговорила их уйти на палубу подышать свежим воздухом и ко мне пришёл поболтать Уилл. Вскоре я сказала, что Роузи просто замечательно вписалась обратно в группу.

– Ты о чём? – озадаченно спросил Уилл.

– Ну как будто она была с нами всё время, – сказала я. – Как будто её никогда не забывали.

Уилл уставился на меня, и вскоре стало ясно, что он вообще не понимает, о чём я говорю.

– Ты правда не помнишь? Не помнишь, что Роузи исчезла и о ней все забыли?

Уилл нахмурился.

– Нет, не помню. Ты что… шутишь, что ли?

Я вздрогнула.

– Знаешь, о Птичьем острове не стоит шутить. Ладно, забудь. Теперь это неважно. Мы же спаслись, верно?

– Ага, – рассеянно ответил Уилл, словно не особенно пытался меня слушать.

– Эй, – наконец сказала я, помахав рукой у него перед лицом. – Земля вызывает Уилла! Как слышно?

Он посмотрел на меня.

– Прости. Забылся немного.

– Ничего страшного. Мы много чего пережили. Но я тут подумала: раз уж мы столько всего вместе преодолели, может, сходим куда-нибудь выпить по молочному коктейлю на большой земле? Ну когда мне станет получше. И если ты хочешь, конечно.

– Звучит неплохо, – улыбнулся Уилл.

– С тобой точно всё хорошо? – уточнила я. – По-моему, тебя что-то беспокоит.

– Я просто… Задумался о том, что ты сказала. Ну про Роузи. Если это правда, то это значит, что мы не можем доверять нашим воспоминаниям о том, что случилось на острове. – Он посмотрел мне в глаза. – Мы не можем быть уверены, что не забыли там кого-то.

Я ответила не сразу. Я об этом даже не задумывалась, и мысль показалась мне жутковатой.

– Думаю, что не забыли, – наконец проговорила я.

– Да, – твёрдо сказал Уилл. – Уверен, ты права.

Он посмотрел на горизонт.

– Скоро мы вернёмся на большую землю, забудем