Доверься мне - Лука Весте

– А почему не здесь? – спросила я, стараясь крепче к нему прижаться.

Но он вырвался из моих объятий.

– В чем дело? Раньше у нас прекрасно получалось и здесь.

– Извини, Сара, но мне нужно доделать эту работу, а то потом я не смогу сконцентрироваться. Еще полчасика – и я буду в спальне. Договорились?

Я на секунду застыла, а потом пошла к двери, стараясь, чтобы он не видел моего лица. Точнее, той обиды и разочарования, которые на нем написаны.

А еще злости.

– Хорошо, – сказала я, удивляясь той легкости, с которой это было произнесено. Ничего подобного я в действительности не испытывала. – Только не задерживайся очень долго. Я буду тебя ждать.

– Обещаю, – бросил Джек, немедленно упираясь взглядом в экран компьютера.

Я вымелась из комнаты, закрыв за собой дверь. Немного постояла в коридоре, стараясь не разрыдаться. Ведь от этого стало бы только хуже.

Конечно, в спальне Джек появится еще нескоро. Нечего на это и надеяться. А меня уже клонило в сон. Вернувшись в спальню, я почувствовала, что засыпаю.

Но тем не менее подошла к окну и выглянула на улицу. Мне показалось, что из темноты за мной следят невидимые глаза.

От этого ощущения было непросто отделаться. За мной следят. Интуиция подсказывала мне, что эта женщина сейчас здесь. Она знает, где я живу и кто находится в доме.

Задернув шторы, я легла в кровать и стала глядеть в потолок. Когда через два часа появился Джек, я еще не спала. Но притворилась, что сплю.

Я чувствовала, как он остановился у кровати и посмотрел на меня. Потом тихо выругался, назвав себя тем, кем на самом деле не был, и отправился в ванную. После чего подлез под одеяло и немедленно заснул.

А мне так хотелось, чтобы он обнял меня и я почувствовала теплоту его тела и любовь.

Вместо этого я лежала без сна, стараясь не думать о том, что принесет мне завтрашний день. И все последующие дни.

Жизнь продолжается, и неизбежное обязательно произойдет. Я уже никогда не буду счастлива. А это несправедливо.

Я много лет обманывала себя, надеясь, что это возможно.

Глава 12

Когда Джек уходил, он сказал, что любит меня. В дверях спальни он бросил на меня прощальный взгляд. Хотел что-то сказать, но передумал.

Вероятно, хотел извиниться. Mea culpa, виноват, что вчера вечером не явился в спальню через полчаса, как обещал. И не обнял меня, чтобы я не чувствовала себя такой одинокой.

Однако лицо у него было измученным, а под глазами залегли тени. Чувство вины – тяжелая ноша.

Он просто надрывался на работе, и я не имела права грузить его своими проблемами. Он и так делал для семьи все, что мог.

Я просто не могла сказать ему, что пережила накануне. Это бы его совсем доконало.

Проводив детей до автобуса, я отправилась на работу. Но на этот раз заскочила в закусочную на Лейксайде. Села у окна и стала смотреть на улицу.

– Вам как обычно?

Я улыбнулась официантке Мэри, которая обычно меня обслуживала. В зале было почти пусто, как, впрочем, и всегда после девяти утра, но Мэри неизменно подходила с кофейником и парой слов приветствия.

– Спасибо, – поблагодарила я, добавляя в кофе молоко и зная, что она сейчас скажет.

– Вы, англичане, никогда не пьете черный кофе.

– А вы, янки, никогда не упускаете возможности подчеркнуть, что мы не такие, как вы.

Округлив глаза, Мэри двинулась к соседнему столику. Там слышался приглушенный разговор, и я пожалела, что сижу одна. И мне некому поведать о своих несчастьях.

Да я и не могу о них никому рассказать.

Глядя в окно, я обдумывала, что делать дальше. Найти Эллу Морли оказалось совсем непросто, однако это не значило, что нельзя попытаться. У меня было еще несколько карт в рукаве.

Мои мысли обратились к Дэну.

Все эти годы я часто думала о нем. Чем он занимается, как поживает. После той ночи мы расстались не сразу. Дэн просто с ума сходил от страха, что с ним будет, если все откроется. Я же была уверена, что ничего подобного не произойдет.

Конечно, ни о какой любви уже не могло быть и речи. Желание и тяга друг к другу после той ночи начисто пропали.

Я испытывала к нему отвращение. Едва выносила его присутствие, не говоря уж о том, чтобы утешать и подбадривать его.

Во всем был виноват только он.

Почувствовав, что кто-то остановился рядом, я медленно отвернулась от окна.

– Извините, – проговорила Алекс, в нерешительности застыв на месте. – Я вот зашла выпить кофейку…

Мне очень хотелось послать ее подальше. Но она была моей пациенткой с большими проблемами и служила в органах правопорядка. А я как раз думала о своем бывшем друге, вместе с которым мы убили человека.

И я, чуть улыбнувшись, пригласила ее за свой столик:

– Пожалуйста, садитесь, я очень рада.

Алекс по-прежнему не двигалась. Мне показалось, что она сейчас уйдет, но я не знала, радоваться этому или огорчаться. Я уже жалела, что предложила ей сесть.

Наконец Алекс приземлилась напротив меня и сделала знак официантке.

– Я не была уверена, что могу говорить с вами в неофициальной обстановке.

– Я не собираюсь консультировать вас здесь, – ответила я, берясь за чашку. – Это не принято. Но мы же встретились случайно, так почему же нам не поговорить.

– Да, вы правы, – неуверенно произнесла Алекс.

Да и я тоже чувствовала себя не в своей тарелке.

Интересно, поступила бы я так до вчерашнего дня? Ответ был очевиден – конечно, нет. Я бы придумала предлог и сразу ушла, сделав это как можно деликатнее. Когда я работаю с клиентами, у меня нет ни малейшего желания видеть их за пределами своего кабинета. Это никак им не поможет. Сейчас же я никуда не ушла, а, откинувшись на спинку диванчика, наблюдала, как Мэри приносит Алекс кофе.

И отчаянно пыталась найти ответ, почему я это делаю.

– Никогда вас раньше тут не видела, – начала Алекс, добавляя сахар в свою чашку. – А я бываю здесь почти каждое утро.

– Иногда я сюда заскакиваю, – сообщила я, не совсем уверенная, что два-три раза в неделю может считаться «иногда». – Когда мне нужно отрегулировать уровень сахара в крови.

Мэри принесла мне тарелку с блинчиками. Полив их сиропом, я начала есть. Мой желудок радостно приветствовал появление пищи, но постепенно аппетит пропал.

– Здесь хорошо готовят, – заметила