По следам «невидимки» - Исаак Маркович Бацер

Аристов и Лежнин внимательно осмотрели габардиновый плащ. Он точно соответствовал и по цвету, и по материалу, и по пошиву тому описанию, которое дали работники магазина. Плащ был совершенно новый, никаких следов носки не было, а вот высохнуть он все-таки не успел.

— Хорошо. Давайте дальше разбираться, — заметил Аристов. — Скажите, пожалуйста, когда Юрлов к вам пожаловал?

— Позавчера под вечер.

— Вот и получается, что даете вы не точную информацию. По данным, которыми мы располагаем, в течение последних двух дней дождей в районе не зарегистрировано. Так что если пальто и сейчас влажноватое, то не потому, что хозяин носил его под дождем, а потому, что оно находилось под дождем в течение ряда дней в недостаточно хорошо укрытом месте. Понятно, Мария Петровна?

— Знаете, дорогой товарищ, в мои обязанности приглядывать за чужими пальто не входит. Где там Юрлов замочил пальто, это его дело, с него и спрашивайте.

— И спросим. Пусть поспит еще немного, и спросим. А вы пока поведайте нам, какими тканями пытались приторговывать?

— Какие там ткани! Так, ерунда, не успела сшить, а потом за ненадобностью решила уступить соседке. У нас ведь комиссионных магазинов нет и скупочных тоже.

— Это вы правильно говорите. Что ж, предъявите все, что у вас есть. Одним словом, все, из чего вы успели сшить за последнее время что-либо и из чего не успели. Поторопитесь. Пусть понятые зайдут!

У Щебневой кроме пальто было обнаружено значительное количество мануфактуры, причем именно такой, какая была похищена в ночь на 23 сентября в Сегеже.

— И все это ваше?

Щебнева дрогнула.

— Уж признаюсь — не мое. Он, Юрлов, привез, попросил продать. Ему срочно деньги понадобились. Я и согласилась. Почему не помочь хорошему человеку.

— Разделяю вашу точку зрения, хорошему человеку надо помогать, что касается плохого… то с этим сейчас разберемся. Ну, что ж, Аркадий Иванович, заактируй все это богатство, а мы позволим себе побеспокоить вашего гостя.

Аристов стал будить Юрлова.

— Гражданин Юрлов, проснитесь. Все командированные давно уже трудятся.

Юрлов приподнялся, а затем, опустив ноги с дивана, уставился на одетого в скромный гражданский костюм, невысокого и неприметного Аристова. Цепкий взгляд Юрлова, по-видимому, ничего опасного не выявил в незнакомце, а остальные, в том числе Лежнин в форме, еще не попали в поле его зрения.

— Чего, собственно, вам нужно?

— Предъявите документы. Уголовный розыск, — коротко сказал Аристов.

— Понятно. — Юрлов достал из бокового кармана пиджака потертый клеенчатый бумажник и предъявил документы, из которых следовало, что он уже два месяца назад уволился из одной строительной организации и что паспорт ему выдан на основе справки об освобождении из заключения.

— Так… Возьмите пока ваши документы и ответьте на один простой вопрос. Предупреждаю, что ваш ответ мы тут же запротоколируем. А вопрос такой: как у вас оказались вещи, похищенные в ночь на 23 сентября из промтоварного магазина № 1 в Сегеже?

— Нашел, — не моргнув ответил Юрлов, — нашел у железнодорожного переезда, совершенно случайно. Место, где нашел, могу показать, и почему я сам там оказался, расскажу со всеми необходимыми подробностями.

Услышав это «нашел», Аристов сразу понял, что имеет дело с человеком, у которого получить правдивые показания будет не легко, но понял он также и то, что Юрлов лжет, что вещи эти он не нашел, а похитил.

— Нашли, значит, и вместо того, чтобы сообщить о своей находке милиции, вы, как человек практичный и заботящийся о собственном благе, передали мануфактуру этой гражданке для продажи, а пальто, по-видимому, решили носить сами?

— Вот в этом виноват, — сокрушенно сказал Юрлов, метнув острый взгляд на хозяйку квартиры. — В чем виноват — в том виноват. Виноват я, что спьяну попросил эту женщину несколько метров ткани продать, чтобы деньги получить на опохмелку. Думаю, простит мне это родное государство, так как остальное, включая плащ, добровольно сдам. А нашедшему клад, как я слышал, даже премия полагается. Вот и мне… Будьте уверены — я свой долг понимаю.

— Уверен, уверен… А премию, значит, вы решили сами себе определить, не ожидая, пока государство раскошелится.

— Да, это так. Малость посамовольничал.

— Ну, что ж, и этой вины достаточно для временного задержания, сами понимаете, временного, а там уж районный прокурор определит вам, где вы будете находиться в ходе следствия. А с вас, — это уже к Щебневой, — придется взять подписку о невыезде. Понятно, гражданка?

— Понятно, но я-то при чем? Откуда я могла знать, что вещи краденые?

— Хорошо, хоть вы понимаете, что краденые. Это уже прогресс. В остальном следствие разберется. Вещи мы, конечно, возьмем с собой. Что ж, собирайтесь, гражданин Юрлов. Машина ждет.

С этого дня началась упорная, требующая мобилизации всего опыта и знаний, работа, целью которой было раскрытие подлинной роли Юрлова в краже. В этой работе принял участие следователь районной прокуратуры, юрист второго класса В. В. Петровский, отличающийся большим трудолюбием, умением, сопоставляя факты, делать из них, казалось бы, неожиданные выводы.

Юрлов оказался весьма твердым орешком. Он охотно рассказывал о своем прошлом, о работе на стройке, сокрушался по поводу допущенных некогда «ошибок». Но как только дело подходило к тому дню, когда он, уволившись, собрался ехать домой, в Белоруссию, рассказ на глазах терял стройность, делался расплывчатым, а факты — неопределенными.

— Давайте так договоримся: вы мне и следователю подробно опишете, чем занимались день за днем, начиная, положим, с пятнадцатого сентября. Понимаете — день за днем. И даже час за часом.

— Ну, что я делал… Говорил ведь уже… Уволился и вместо того, чтобы домой ехать, запил. А с водкой какое деланье может быть. Полежишь, выпьешь, еще полежишь.

— Видели, видели, как вы лежите. Вас во время такого лежания из пушки не разбудишь. Вот что: покажите руки! Нет, ладони! Вы что, молотобойцем работали? В кузнице?

— Прорабом.

— Знаю, что прорабом. Как же так, самого прораба приходилось прорабатывать за пьянки? Откуда же мозоли? Да это не мозоли, а целая корка. Трудовые ладони.

— Дровишки рубил.

— Когда, где, кому?

Юрлов ответил и на этот вопрос: помог одному человеку наколоть два кубометра дров. (В дальнейшем, как ни удивительно, этот факт подтвердился.)

— Ну, от двух кубометров такая короста не появится, но, как говорится, не пойман — не вор. Хорошо. А что вы делали в подъезде дома номер три по улице Ленина в Сегеже?

— Я?

— Да, вы.

— В жизни там не был. Даже не знаю, какой это дом номер три.

— Значит, не знаете? Тогда мы сейчас с вами устроим небольшой спектакль. Зрителей будет немного, только один.

Через две минуты Аристов выглянул в коридор и сказал