Никому - Кристина Денисова

– Психологу, который затирает про какие-то тайные знания и испытания, я бы точно не доверял.

– Почему ты так категоричен и даже не пытаешься понять? Давай я тебе дам книгу, почитай, там все подроб…

– Не буду читать чушь. Дел больше нет. – Он прошелся по комнате, выглянул в окно. – Я против этих тренингов. Они точно не стоят того, чтобы оставлять Еву на две недели одну.

– Не одну! А с родным отцом и любимой няней. Как ты не понимаешь, что для меня это важно? – Я не сдержалась и расплакалась. Говорить сквозь рыдания стало тяжело. – Людмила – единственная меня поддерживает. Может, только благодаря ей Ева жива!

Как только слова вылетели, я сразу пожалела, что жизнь нельзя отмотать назад, как видео на телефоне. Удалить и перезаписать.

– Что это значит? – холодно спросил Марк, подняв брови.

Я рассказала мужу о защите, установленной Людмилой. Марк назвал меня дурой.

– Как можно быть такой доверчивой идиоткой? Ты не понимаешь, что она просто тянет из тебя деньги? Защита гребаная, которую никак не отследишь и не проверишь. Какие гарантии она тебе дала?

– Никаких, но ведь работает.

– Ну конечно. – Он закатил глаза, а потом театрально закрыл лицо рукой. – Поверить не могу, что ты в это ввязалась. Да перестань уже плакать! – Марк снова повысил голос, отчего мои слезы полились сильнее.

Я сжалась в комок и громко рыдала, поэтому не слышала, что еще он говорил и когда вышел из комнаты. Успокоившись, ощутила невыносимую тишину. Прошлась по пустому дому. Выглянув в окно, обнаружила, что машины Марка нет. Из детской донесся плач. Я зашла к Еве и не выходила из ее комнаты до утра.

Больше всего меня злит и обижает, что он даже не пытается понять. Как можно быть таким узколобым? Неужели нельзя допустить мысль, что, кроме того, во что верит он, есть и другие мнения, достойные уважения? Мне кажется, он никогда не воспринимал меня как личность. С ним я тоже не была честной. Но теперь больше никогда и ни перед кем не буду притворяться.

12

Анна не могла сосредоточиться: мысли разлетались как стая голубей. Она корила себя за несобранность, но ничего не могла поделать. Вместо расследования думала о Германе и его предательстве. Вся эта ситуация казалась абсурдной, словно из параллельной реальности, а не из ее стабильной и предсказуемой жизни.

За окном стемнело, кабинет погрузился в сумрак. Морозова сидела без света, разглядывая тени на полу и стенах. Она слышала, как прощались и расходились коллеги. Офис затих.

Нельзя прятаться вечно. Анна тяжело вздохнула и встала со стула. Он прорезал безмолвие недовольным скрипом. По дороге домой подбирала слова и готовила речь, прекрасно осознавая, что на деле всё забудется и точно пойдет не по плану. Странно, но в квартире никого не оказалось. Анна села на диван в гостиной, снова не позаботившись о свете. Постаралась придумать, что будет говорить завтра в группе. Как объяснить случайное знакомство с Маргаритой и войти в доверие? Задача представлялась невыполнимой, и Морозова решила поступить как обычно: действовать по обстоятельствам.

Прошло около часа, прежде чем раздался звук отпирающейся двери, а за ним – голоса мужа и дочери.

– Все равно не понимаю, как она могла! – Слова Лизы искрили обидой. Было слышно, как она раздраженно швыряет вещи на пол. – Для меня это важно.

– Не расстраивайся, – утешал Герман, – уверен, она не специально. Ты же знаешь, какая у нее сложная работа.

– Работа-работа, как будто, кроме нее, ничего другого в жизни нет.

Яркий свет ударил Анне в глаза. Она сморщилась и прикрыла лицо рукой.

– О, ты дома. Чего в темноте? – удивился Герман.

Анна не успела ответить, как Лиза закричала:

– Почему ты не пришла? Я так готовилась к этим соревнованиям и хотела, чтобы вы с папой видели! Между прочим, заняла первое место. – Она продемонстрировала золотую медаль на шее.

Только сейчас Анна поняла, о чем говорили Герман с Лизой утром. «Не забудь, в 18:00 начало».

Она забыла. Забыла, как дочь несколько месяцев готовилась и переживала, как сто раз за день напоминала, как это важно, ведь на соревнованиях будут смотреть гимнасток для сборной. Всё забыла.

– Прости, дорогая, – с горечью проговорила Анна, – мне так жаль, что я все пропустила. Расскажи во всех подробностях, как прошло?

– Надо было прийти и самой увидеть! Тебе неинтересна моя жизнь? Ну и отлично. Я тоже тебя видеть не хочу. – Дочка с гневом хлопнула дверью.

От резкого удара Анна вздрогнула, как от пощечины.

– Неужели ты и правда не могла подъехать? Она так расстроилась, когда не увидела тебя. – Герман с укором посмотрел на жену.

Анна задрожала от злости.

– От тебя выслушивать обвинения я точно не собираюсь! – Она вскочила, не в силах спокойно сидеть.

– Что? – не понял Герман.

– Не строй из себя идеального. Твои грехи похуже моих. – Анна бросилась в спальню и замерла у окна.

Герман подошел к ней, не понимая, о чем она говорит. Попытался обнять жену сзади, но та развернулась и ударила его по щеке. Герман отпрянул, приложив ладонь к пульсирующему лицу и вытаращив глаза.

– Я всё знаю. – Взгляд затуманили слезы. Губы дрожали. – Видела вчера, как вы выходили из ресторана.

Герман опустил руки и взгляд. Плечи сгорбились, тело будто обмякло. Он стал похож на провинившегося первоклассника. Анна снова отвернулась к окну. Темный пейзаж сливался в одно мокрое пятно. «Размазня, наивная дурочка! – проносилось в ее голове. – Всегда была выше любовных драм, в школе смеялась над девчонками, которые вечно убивались по парням, а теперь и сама льешь слезы из-за мужчины. Словно малолетка какая-то».

Герман так и стоял посреди комнаты, не издавая ни звука.

– Не хочу ничего знать. – Смахнув слезы, Анна постаралась придать голосу обычную твердость. – Просто собери вещи и уходи. Надеюсь, когда я вернусь, тебя здесь не будет.

Она проскочила мимо Германа, стараясь не смотреть на него, и выбежала на улицу. Сев в машину, рванула, не зная куда и зачем. Полная луна ярко светила в лобовое стекло. Мимо проносились такие же потерянные машины и одинокие фонарные столбы. «Не плачь, только не плачь».

19 августа 2020 года

Ой, что здесь происходит, сумасшествие какое-то! Мне нельзя об этом писать, и если Магистр узнает… даже думать не хочу.

Но я обязана изложить события, иначе совсем запутаюсь, что реальность, а что нет.

Итак, тренинг.

Нас привезли на хутор «Дубок». Более двухсот километров от Москвы на микроавтобусе мимо городов и деревень, турбаз и дач.