Современный зарубежный детектив-18 - Марджери Аллингем
Глава 8
Мелочи
Дело в Маленькой Венеции могло бы затянуться на этом этапе расследования, пока не превратилось бы в запретную тему в Скотленд-Ярде и опостылевший скандал в Бейсуотер, если бы не беседа, которую весьма влиятельный человек из министерства иностранных дел провел со своим отделом.
Поскольку дипломатический кодекс имел большое значение в те дни постоянных совещаний, министр внутренних дел принял меры, и пресса внезапно утратила всякий интерес к этому убийству. За поверхностным расследованием последовали скромные похороны, и останки Томаса Дакра упокоились на кладбище Уиллесден без дальнейшего внимания со стороны полиции.
Домочадцы Лафкадио вернулись к тихому, мирному существованию и, возможно, никогда бы и не вышли из своего уединения, если бы не ошеломительная, совершенно неожиданная трагедия, а именно – второе убийство.
В один из дней, когда прошло чуть больше трех недель после смерти Дакра и инспектор Оутс перестал с облегчением вздыхать по поводу вмешательства сильных мира сего, мистер Кэмпион сидел в своей квартире на Боттл-стрит, и тут в дверь позвонила Линда.
Она торопливо вошла, и Кэмпион окинул взглядом ее стройную молодую фигуру в облегающем пальто. Девушка выглядела современно и оригинально, и Кэмпион подумал, что Лафкадио с его бурным и мятежным нравом недаром приходится ей дедом. В ней чувствовались тот же легкий дух бунтарства, та же беззаботность, то же четкое осознание, что она – привилегированная особа.
Девушка была не одна. Ее спутником оказался молодой человек одних с ней лет. Он понравился Кэмпиону еще до того, как их представили.
Долговязый, но крепкого телосложения, широкоплечий и узкобедрый, с выцветшими волосами, крупным породистым носом и застенчивыми голубыми глазами, в которых плясали искорки, он был чем-то похож на Линду.
Казалось, парень был рад видеть Кэмпиона и с явным одобрением окинул комнату взглядом, словно дружелюбный ребенок.
– Это Мэтт д'Арфи, – представила Линда. – Раньше он жил в одной лачуге с Томми.
Кэмпион повернулся к гостю:
– О, так и есть. Если не ошибаюсь, я видел ваши карандашные рисунки.
– Вполне вероятно, – без гордости откликнулся д'Арфи. – Как-то надо жить. Однако мне нравится ваша квартира.
Он оставил Линду продолжать беседу, а сам пересек комнату, чтобы взглянуть на небольшой офорт Камерона над книжной полкой.
Линда со своей обычной прямотой сразу же перешла к теме, которая ее волновала.
– Послушайте, Альберт, – сказала она, – это касается Томми. Творится нечто очень подозрительное.
Кэмпион строго взглянул на нее, его бледные глаза за очками внезапно стали серьезными.
– До сих пор? – уточнил он и добавил: – Или что-нибудь новое?
– Мне кажется, да. – В тоне Линды прозвучали нотки прежней строптивости. – Конечно, вы можете поднять меня на смех, но от фактов никуда не денешься. Вот почему я привела с собой Мэтта. Вы только посмотрите на него: он не из тех, кто склонен выдумывать.
Объект этого несколько сомнительного комплимента оглянулся через плечо и обворожительно улыбнулся, тут же вернувшись к офорту, которым он, очевидно, наслаждался.
– Моя дорогая девочка, – заговорил Кэмпион успокаивающе, – вы еще не рассказали о фактах. В чем дело?
– Честно говоря, фактов как таковых нет. Это и приводит меня в бешенство. – Ее большие серо-зеленые глаза над широкими скулами вдруг переполнились слезами беспомощности.
Кэмпион сел.
– Почему бы вам не рассказать обо всем мне, вашему покорному слуге? – предложил он.
– Я так и собираюсь сделать. Поэтому и пришла. Альберт, кто бы ни убил Томми, он не довольствуется тем, что украл у него жизнь. Он намерен стереть даже память о нем, вот так.
Мистер Кэмпион отличался мягким, добродушным характером и обладал бесконечным терпением. Постепенно он успокоил девушку и помог ей рассказать свою довольно любопытную историю.
– Первыми пропали те рисунки Томми, которые я показывала вам в день закрытого просмотра, – начала она. – Вы их помните. Они были в шкафу в моей студии. Около двенадцати или четырнадцати работ. Всего лишь наброски по большей части, но я хранила их, потому что они были хороши. Я хотела достать их на прошлой неделе – собиралась устроить небольшую выставку в память о Томми, ничего грандиозного, просто вывесить несколько его работ в какой-нибудь маленькой галерее. Я не хотела, чтобы о нем забыли, понимаете, потому что в нем… ну, в нем ведь было что-то, правда?
Ее голос, никогда не отличавшийся особой твердостью, был на грани срыва, но она сдержалась и продолжила:
– Прежде всего, я обнаружила, что эти рисунки исчезли. Я перевернула все вверх дном и, собственно говоря, поставила на уши весь дом, но они исчезли без следа. Пропали, точно их никогда и не было. А потом я не смогла найти галерею.
Она сделала паузу и серьезно посмотрела на Кэмпиона.
– Представляете, в Лондоне нет ни одной, даже крошечной галереи, которая согласилась бы выставить работы Томми. Ни за какие деньги. Как будто они живут в золотое время и гребут деньги лопатой. Это заговор, Альберт, жалкая, ничтожная, подлая попытка навсегда вытеснить Томми из общественного сознания.
Мистеру Кэмпиону стало не по себе.
– Моя дорогая девочка, – произнес он наконец, – не думаете ли вы, что с этим как-то связаны… печальные обстоятельства смерти молодого Дакра? Конечно же, мне известно, что наши славные галеристы не отличаются хорошим вкусом, но, возможно, они просто не хотят навлечь на себя обвинения в раздувании сенсации. Почему бы не оставить эту затею на год или около того, и пусть он вернется в мир без каких-либо неприятных ассоциаций.
– Может, вы и правы. – Девушка пожала плечами. – То же самое говорит эта подлая скотина Макс. И все же это лишь половина, лишь четверть того, что происходит. Видите ли, Альберт, исчезли не только рисунки, которые хранились у меня. Пропали все его работы, все, что он когда-либо написал. Кто-то ненавидит его так сильно, что хочет уничтожить его вещи.
Мэтт, закончив разглядывать стены, вернулся и встал возле Линды.
– Мне показалось довольно странным, что кому-то пришло в голову ограбить нашу лачугу, – заметил он. – Ведь у Томми ничего не было. Ничего, кроме красок и сменной рубашки. Мои вещи не тронули. Слава богу, – добавил он благочестиво.
– Кража со взломом? – поинтересовался Кэмпион.
– Боже правый, да! Разве Линда не сказала вам? Я думал, мы за этим и пришли. – Мистер д'Арфи, казалось, был поражен. – Позавчера вечером, когда
