Четвертый рубеж - Максим Искатель
На этажах их встречали немые свидетели. В нескольких квартирах на нижних этажах, у окон, сидели замерзшие насмерть люди. Скрученные, спутанные между собой, они застыли на подоконниках, повернув лица к мутному зимнему солнцу — будто в последней, отчаянной попытке согреться. Их кожа потемнела, покрылась трещинами, одежда примерзла к бетону. В некоторых окнах тела буквально вросли в лед, став частью здания.
Никто не произнес ни слова. Даже Семён, обычно равнодушный к трупам, отвел взгляд.
На двенадцатом этаже Борис снова замер. Он услышал звук. Не вой ветра и не скрип перекошенных перекрытий. Тихий, сдавленный кашель. Детский.
Он жестом показал группе залечь. Бойцы замерли, слившись с серым бетоном и тенью. Кашель повторился — слабый, надрывный, совсем рядом, за дверью одной из квартир.
— Что будем делать? — прошептал Семён, его рука машинально потянулась к пистолету. — Приказ — избегать контактов, — так же шепотом ответил Борис. Слова прозвучали твердо, но в голосе сквозило сомнение.
За кашлем последовал тихий женский голос. Срывающийся, почти беззвучный. Она что-то напевала — старую колыбельную, слова которой путались и терялись в холодном воздухе.
Борис медленно поднес к губам рацию.
— «Бастион», я «Разведка-1». Прием. — На связи, — отозвался голос Максима. — У нас непредвиденный фактор. На объекте гражданские. По предварительным данным — женщина и ребенок. Живы. Инструкции?
На том конце воцарилось тяжелое молчание.
* * *
— Установить контакт, — голос Максима прозвучал твердо, без колебаний. — Оценка угрозы — на твое усмотрение, Борис. Но помни: мы не «Батальон». Мы не зачищаем. Мы строим. Действуй.
Борис выдохнул. Ответственность, возложенная на него отцом, давила на плечи, но одновременно и расправляла их. Он — командир. Ему решать.
Он не стал ломиться в дверь. Он подошел и тихо, но отчетливо постучал. Три раза. Пауза. Два раза. Условный сигнал их крепости.
За дверью все стихло. Потом послышался испуганный женский шепот. — Кто здесь? Уходите! У нас ничего нет!
— Мы не забирать пришли, — громко, но спокойно сказал Борис, стараясь, чтобы голос звучал уверенно. — У нас есть медикаменты. Ваш ребенок кашляет. Мы можем помочь.
Дверь не открывали. — У нас есть антибиотики, — добавил Денис, вспомнив содержимое их аптечки. — Если у него воспаление легких, без антибиотиков он не выживет.
За дверью снова зашептались. Потом щелкнул замок. Дверь приоткрылась на ширину цепочки. В щели показался измученный женский глаз.
— Что вам нужно взамен? — спросила женщина. — Информацию, — ответил Борис. — И доступ на крышу. Мы устанавливаем оборудование связи и никому не причиним вреда.
Дверь закрылась. После короткого совещания цепочка упала, и дверь медленно открылась. На пороге стояла худая женщина в старом махровом халате, за её спиной мужчина лет пятидесяти в свитере с обрезком трубы в руках. В глубине комнаты, на матрасе, лежал закутанный в одеяло ребенок с потом на лбу. В углу стояла небольшая чугунная печка-буржуйка, её труба тянулась через всю комнату и выходила в вентиляцию; воздух был пропитан дымом сгоревшего ДСП и пластика.
— Меня зовут Алексей, — сказал мужчина. — Я врач, бывший. — А я Борис, — представился другой. — А это Семён, инженер, и Денис, связист.
Алексей осмотрел их и сразу понял: это не мародёры. Люди в хорошей экипировке, дисциплинированные, говорящие по делу.
— Что за связь? — спросил он. — Система дальнего наблюдения. Чтобы видеть врага до того, как он подойдет к городу. Это и ваша безопасность тоже, — пояснил Борис.
Врач кивнул. — Дверь на крышу закрыта, сейчас найду ключ. Вы точно поможете с лекарствами?
Это был первый договор. Не навязанный силой, а заключенный на основе взаимной выгоды. Первый маленький узел в сети, которую Максим начал плести, сидя в своей крепости. «Нулевой периметр» перестал быть просто линией на карте. Он начал наполняться смыслом.
Они отдали врачу почти половину своей аптечки. Тот, осмотрев ампулы, благодарно кивнул. — С этим он выкарабкается. Спасибо.
Поднявшись на крышу, Борис, Семён и Денис принялись за работу: нужно было не только установить ретранслятор, но и закрепить по сторонам высотки камеры, чтобы обеспечить полный обзор территории. Работали быстро, пока не начало светать.
Когда на востоке небо начало окрашиваться в серый, маленький зеленый светодиод на коробке мигнул, подтверждая установку связи с базой и передачу видеосигнала. Они сделали это. Они не только вырвали «Зевсу» глаза, но и открыли свои.
Спускаясь вниз, Борис думал уже не об успехе операции. Он думал о семье на двенадцатом этаже. Они были слабы. Они были уязвимы. Но они были здесь. И теперь их судьба была намертво связана с судьбой крепости, которая наконец обрела зрение.
«Проект „Рассвет“ стал сложнее», — подумал он, выходя на связь с отцом, чтобы доложить о выполнении задачи. — «И опаснее».
Глава 11. Ключи от эфира
* * *
Воздух в штабе, пропитавшийся запахами остывшего металла и антисептика, казалось, звенел от невысказанного напряжения. Победа не принесла эйфории. Она оставила после себя лишь холодный пепел расчёта и тяжёлое осознание того, что игра перешла на новый уровень. Трофеи были разобраны, раненые — и свои, и чужие — перевязаны, но ощущение затишья было обманчивым, как тишина перед бурей.
Именно Денис, бывший лейтенант «Батальона», первым нарушил эту тишину. Он сидел за столом, склонившись над вскрытым блоком трофейной рации. Его лицо, обычно бледное и настороженное, сейчас выражало крайнюю степень сосредоточенности, как у сапёра, склонившегося над взрывателем.
— Максим Николаевич, — позвал он, не поднимая головы. Его обращение было подчёркнуто официальным — он всё ещё нащупывал своё место в этой странной семье-крепости. — Я проанализировал тактические протоколы из памяти планшета и сопоставил их с тем, что знаю о доктрине Гриценко. У него есть ещё один козырь. Тот, который он не стал бы использовать против обычных мародёров, но против вас — использует обязательно.
Максим, проверявший на соседнем столе контакты свежесобранной турели, оторвался от работы.
— Говори.
— Комплекс РЭБ «Пелена-3», — Денис поднял глаза, и в них не было страха, только сухая констатация факта. — Это его личная гордость. Не просто «глушилка», которая забивает эфир шумом. Это направленное оружие. Мобильная установка на базе «Тигра». Она способна генерировать узконаправленный электромагнитный импульс. На практике это значит, что он может с расстояния в километр выжечь любую незащищённую гражданскую электронику.
Он обвёл рукой комнату.
— Ваши камеры, система наблюдения Милы, платы в её сервере, даже электронное зажигание в «Урале» и «Ниве»… всё это превратится в бесполезный хлам. Он сначала сделает
