Ребенок не по контракту (вторая часть) - Ксения Богда

— Аль, я не думаю, что это хорошая идея. Я не умею и могу навредить.

Беспомощность... растерянность... страх. И все это на лице Багирова

Вот уж не думала, что его можно напугать такой просьбой.

— Я покажу, там ничего сложного. Писать коды на комп намного сложнее, Ян. Его некуда положить, а одной рукой я его не удержу.

Изображаю взгляд кота из «Шрека», и Ян резко выдыхает.

— Я же рядом и никуда не уйду.

Сжимает ненадолго губы, но по его виду понимаю, что он вот-вот сдастся.

— Ладно, — выдыхает, — давай. Боже... - шепчет, а я делаю вид, что не слышу последнего слова. Показываю, как сесть, и аккуратно вкладываю сына в мужские руки. Ян перестает дышать и ждет реакцию Никитки.

Сын сначала тоже замирает, когда понимает, что не я его держу.

— Он сейчас разревется, Спичка, — глаза Яна расширяются.

И, кажется, мы оба перестаем дышать и замираем в ожидании.

— Не разревется, все будет хорошо, Ян.

Багиров реально не дышит следит за сыном как коршун. Сводит брови на переносице и закусывает губу. Кажется, у него даже на лбу пот выступает.

— Можно дышать, — никак не смогла удержаться от комментария, за что тут же получаю его строгий взгляд.

— Подписывай уже, — шипит сквозь зубы.

Никитка ерзает на руках у Багирова, и глаза Яна становятся ещё больше. Но сын просто укладывается поудобнее. Подпирает щеку кулаком и причмокивает.

Багиров хлопает глазами, глядя на все это безобразие, а я кусаю кулак, чтобы не рассмеяться.

Вот уж не думала, что такого строгого и собранного Яна можно вывести из строя просто сунув ему в руки младенца.

Отвлекаюсь ненадолго на строчки и ставлю нужные подписи.

— Он что, уснул? — слышу ошарашенный шепот Яна и поднимаю глаза на них.

И реально... сын уже мирно посапывает на руках у Яна.

— Очень похоже на то, Ян Ярославович.

— И что мне теперь делать? — шепчет Ян, беспомощно смотря мне в глаза.

13.

Ян

Мать его! МАТЬ ЕГО!

Я держу на руках малыша, и мне страшно! Страшнее, чем когда-либо было в моей жизни. Я боюсь его разбудить или дернуться, или вдохнуть сильнее и задеть Никиту грудью.

Приходится чуть ли не порционно делать вдохи, чтобы не задохнуться. А Спичке весело, стоит и смотрит, а у самой в глазах яркие искры пляшут. И она сдерживает смех. Вот прям заметно по всему её виду, что все это представление её веселит.

— Что ты там ржешь? — стараюсь говорить, как можно тише. — Что делать?

Аля пожимает плечами и усаживается в кресло, я даже моргаю, чтобы понять, не показалось ли мне это. Она вот так спокойно будет сидеть и смотреть, как я тут мучаюсь?

— Придется дать ему немного поспать, Ян, — также шепотом говорит.

А я ушам своим не верю. Вот так все просто?

— А ты не можешь его взять?

Продолжаем перепалку, и тут Никита решает напомнить мне, что он все ещё у меня на руках. Милое кряхтение, которое привлекает все мое внимание.

Сосредотачиваюсь на его крохотном тельце, и сердце болезненно щемит Эти ощущения ни с чем не сравнимы.

А если бы это был мой ребенок... меня бы точно разорвало на части от нежности.

Да меня и сейчас немного подрывает от переполняющих чувств.

— Могла бы, но его можно разбудить, и тогда…

— Никакой будить, — шикаю на нее, — потерплю.

Вот ещё. Надо дать возможность ему поспать! Пофиг, что у меня уже затекает спина и руки немного устают, я не дам его разбудить, даже если потом развалюсь на части.

Аля пожимает плечами, но как-то странно наклоняет голову и осматривает меня.

Качает головой, встает с места, приближается, а я пытаюсь угадать, что она там задумала, на всякий случай прижимаю ребенка покрепче, чтоб не отобрала.

— Давай, — она подходит ко мне со спины и слегка надавливает на плечи, заставляя откинуться, — так будет удобнее и тебе, и ему. И ты сможешь нормально дышать.

Последнюю фразу она шепчет мне на ухо, отчего по позвоночнику проходит разряд.

Ох, мать его... ещё не хватает, чтобы я тут завелся от этого шепота. Поворачиваю к ней лицо и чуть ли не задеваю губами её щеку. Аля вовремя успевает отпрянуть, сталкиваясь со мной взглядом. А я вспоминаю наш поцелуй, и во рту тут же накапливается слюна. Сглатываю и одергиваю себя. У меня на руках ребенок, между прочим! О чем мой мозг сейчас пытается подумать?

Но становится и правда гораздо легче, и спина уже не как в бетон замурованная.

— Он не будет долго спать, минут десять-пятнадцать. Но лучше иногда потерпеть, чем потом он будет до следующего сна плакать и хныкать.

Аля подкатывает к нам с Никиткой кресло и усаживается рядом, как будто страхует.

— Ян Ярославович!

Громкий стук, и на пороге появляется мой сотрудник. А я шиплю на него змеей так, что он от страха отступает и втягивает голову в плечи.

— Потише можешь себя вести, че как на вокзале? — шикаю на него. — У меня тут ребенок спит.

Андрей, начальник отдела, удивленно смотрит на Никитку, а потом переводит взгляд на сидящую рядом Алю и моргает.

— Из-извините, я не знал, что у вас ребенок, Ян Ярославович

Скриплю зубами и награждаю Андрея красноречивым взглядом.

— Срочное что?

Мотает головой и пулей вылетает из моего кабинета, но на этот раз притворяет дверь максимально тихо. Ловлю на себе озорной взгляд Спички и вопросительно гну бровь.

— Ты сейчас похож на ястреба, который защищает свою добычу, — хмыкает.

Опускаю взгляд на Никитку и не могу скрыть улыбку. Да и как, мать его, можно оставаться равнодушным, когда у тебя в руках такое сокровище!

— Разбудил бы — я б ему весь мозг выклевал потом.

Аля тихонько смеется и упирается лбом в мое плечо.

— И когда ты таким заботливым стал, Ян?

А я вдыхаю запах волос Спички и сам вспыхиваю как спичка. Приходится зажмуриться, чтобы мысленно отвесить себе пинка.

Это же Аля. А ты сам в свое время отвернулся от неё.

— Некоторые события, Спичка, заставляют нас очень быстро и очень сильно поменяться.

Она поднимает на меня удивленный взгляд,