Апокрифический Трансерфинг 1.1 - Вадим Зеланд
Отношение к критике
Например, на сайте ozon.ru некий обозреватель назвал одну из Ваших книг «образцовой кашей из топора». Считаете ли его слова критикой? Задевает ли Вас такое отношение к Вашему творчеству? Радуют ли подобные публикации?
К критике в свой адрес я отношусь отрицательно, как и любой нормальный человек, если не лукавить. Но в данном случае это не критика (каковая должна быть, по крайней мере, по существу), а просто безответственный пассаж плюс пренебрежение к читателям. Мои книги ведь особо никто не раскручивал, и бестселлерами они стали благодаря признанию самих читателей – не только в России, но и за рубежом.
Со своей стороны могу лишь выдвинуть несколько предположений о причине такого отношения со стороны критика. Первое, что приходит на ум, – критик, так скажем, «немножко зарвался». Это бывает, когда, выступая в роли судьи, входишь во вкус и начинаешь воображать себя последней инстанцией истины. Дескать, сколько уж я скушал этих графоманов с их писаниной – надоело из зубов выковыривать. Следовало уже давно открыть читателям глаза. А то они, наивные простаки, не выслушав прежде мнение компетентных людей, ударились, понимаешь, в этот Трансерфинг, так его, и теперь пребывают в эйфории от восторга, что их жизнь на глазах меняется в лучшую сторону. Вот знали б заранее, что хлебают кашу из топора – не попались бы на удочку ловкого мистификатора и жили бы себе, как прежде, в своих суровых, но реальных буднях, по принципу «… за ними другие приходят, они будут тоже трудны».
Второе предположение – критик относится к той категории людей, которые «знают все, и даже немного больше». Для таких уже весь этот мир – прочитанная книга, а не то, что какое-то там бумажное изданьице. «Всезнающий» читает книги по диагонали, надев очки с фильтром «мне все и так давно известно», не утруждаясь вникнуть в суть изложенного. Я стараюсь избегать общения с такими людьми, потому что с ними ужасно тоскливо. Сам я смотрю на мир широко раскрытыми глазами и не устаю удивляться.
Третье предположение. (Что-то я разошелся – уже сам выступаю в роли критика. Но ведь надо же кому-то заступиться за бедные книжечки, которые обидели! Да и потом, не мешало бы и на самих критиков других критиков напустить. А то, ишь ты, привыкли безнаказанно шкодить, и никакой управы на них нет, а беззащитные писатели вынуждены смиренно терпеть все их безобразия.) Так вот, я хотел сказать, что это Знание не для всех, и не каждый готов принять его, поскольку Трансерфинг не укладывается в рамки обыденного мировоззрения. Эти книги, как правило, вызывают у одних читателей бурный восторг, а у других решительное отторжение. Хотя многочисленные благодарные письма свидетельствуют о том, что вторых ничтожное меньшинство. Так что пусть себе ругают, главное, чтобы не было равнодушных.
Судя по всему, Вы активно переписываетесь по электронной почте с читателями. Возможно, нередко к Вам приходят резкие письма. Как Вы реагируете на них? Что вызывает раздражение Ваших корреспондентов?
Негативные письма если и приходят, то очень редко, и они не резкие, а холодно-враждебные. (Сейчас уже почту не принимаю, отвечаю на вопросы читателей в соцсетях.) У авторов этих писем свое устоявшееся мировоззрение, которое они не хотят менять. Собственно, раздражение вызывает успех учения, которое они не приемлют, что и побуждает писать недоброжелательные письма, провоцирующие на полемику. Напрасно тратят время. Спорить, отстаивать свою точку зрения, что-то кому-то доказывать я не собираюсь – на кой мне это надо? У меня есть много других, более интересных занятий. Как я уже говорил, не все готовы принять это Знание. Поэтому я никому ничего не навязываю и вообще никого с собой не приглашаю, а просто даю информацию. Неблагодарное это дело – нести людям добро. Лучше положить добро на видное место и тихонько отойти в сторонку – кому надо, тот сам возьмет. Или другими словами: кто готов – того книги сами найдут и все объяснят, а тому, кто не готов, ничего не втолкуешь. Однако я вовсе не хочу сказать, что те, кто отвергает Трансерфинг, «не доросли» до него. Это их выбор, а любой выбор, сделанный осознанно, достоин уважения.
Приложение 6. Словарь терминов
Важность
Важность возникает там, где чему-то придается излишне большое значение. Это избыточный потенциал в чистом виде, при устранении которого равновесные силы формируют проблемы для того, кто этот потенциал создает. Существует два типа важности: внутренняя и внешняя.
Внутренняя, или собственная, важность проявляется как переоценка своих достоинств или недостатков. Формула внутренней важности звучит так: «я важная персона» или «я выполняю важную работу». Когда стрелка важности зашкаливает, за дело берутся равновесные силы, и «важная птица» получает щелчок по носу. Того, кто «выполняет важную работу», тоже ждет разочарование: либо работа будет никому не нужна, либо будет выполнена очень плохо. Существует и обратная сторона важности, а именно принижение своих достоинств, самоуничижение. Величина избыточного потенциала в обоих случаях одинакова, разница только в знаках.
Внешняя важность также искусственно создается человеком, когда он придает слишком большое значение объекту или событию внешнего мира. Формула внешней важности: «для меня большое значение имеет то-то» или «для меня очень важно сделать то-то». При этом создается избыточный потенциал, и все дело будет испорчено. Представьте, что вам необходимо пройти по бревну, лежащему на земле. Нет ничего проще. А теперь вы должны пройти по тому же бревну, перекинутому между крышами двух высотных домов. Это для вас очень важно, и вам не удастся убедить себя в обратном.
Волна удачи
Волна удачи образуется как скопление благоприятных для вас линий жизни. В пространстве вариантов есть все, в том числе вот такие золотые жилы. Если вы попали на крайнюю линию такой неоднородности и поймали удачу, то можете по инерции скользить на другие линии скопления, где следуют новые счастливые обстоятельства. Но если за первым успехом вновь пошла черная полоса, значит, вас зацепил деструктивный маятник и увел в сторону от волны удачи.
Выбор
Трансерфинг предлагает принципиально иной подход к достижению целей. Человек делает выбор, словно заказ в ресторане, не заботясь о средствах достижения. В итоге
