Убийство на улице Морг. Мистические рассказы - Эдгар Аллан По
– Как? Что ты хочешь сказать?
– Да, масса, я хочу сказать, что это жук, вот и всё.
– Что?
– Жук… Я думаю, что золотой жук укусил масса Вилла в голову.
– Да почему же ты так думаешь, Юп?
– У него огромные когти и морда. Я никогда ещё не видел такого проклятого жука: он кусает, что ни попадётся. Масса Вилл сперва схватил его за ногу и сразу же выпустил – тогда-то жук, верно, и укусил его. Мне этот жук с таким страшным ртом не понравился с самого начала; я не стал брать его руками, а взял клочок бумажки и завернул его, да и в рот ему сунул бумажку. Вот как я сделал!
– Так ты думаешь, что жук действительно укусил твоего господина и от этого он заболел?
– Я ничего не думаю – я знаю. А то почему бы ему всё снилось золото, коли золотой жук не укусил его? Я слышал уже о них, об этих золотых жуках.
– Да почему ты знаешь, что ему снится золото?
– Почему знаю? Да он говорит во сне про золото – вот почему знаю.
– Ну, может быть, ты и прав, Юп. Но какому счастливому обстоятельству обязан я сегодня честью твоего посещения?
– Что такое, масса?
– Ты с каким-нибудь поручением от господина Леграна?
– Нет, масса, у меня только вот эта записка.
И Юпитер подал мне бумажку, на которой я прочёл:
«Дорогой мой, что это вас не видно? Неужели вы обиделись на маленькую резкость с моей стороны? Нет, это слишком невероятно. С тех пор как мы виделись с вами последний раз, меня одолевает беспокойство. Мне нужно рассказать вам кое-что, но я не знаю, как за это приняться, не знаю даже, рассказывать ли вообще.
В последнее время мне нездоровилось, и старик Юпитер донял меня своими заботами. Поверите ли? – на днях он вырезал здоровенную дубину и хотел отколотить меня за то, что я ушёл утром, не известив его, и провёл весь день один среди холмов на материке. Кажется, только мой болезненный вид избавил меня от побоев.
Со времени нашей последней встречи я ничего не прибавил к своей коллекции.
Если можете, приезжайте с Юпитером. Приезжайте! Мне нужно видеть вас сегодня по важному делу. Уверяю вас, по очень важному делу.
Весь ваш Вильям Легран».
Что-то в тоне этой записки сразу вселило в меня тревогу. Весь её стиль был так непохож на Леграна, что взбрело ему в голову? Какая новая блажь завладела его необузданным воображением? Что за «дело великой важности» могло быть у него, у Леграна? Рассказ Юпитера не предвещал ничего доброго. Я опасался, что неотвязные мысли о постигшем его несчастье надломили рассудок моего друга. Не колеблясь, я решил тотчас же ехать вместе с негром.
Когда мы пришли к пристани, я увидел на дне лодки, на которой нам предстояло плыть, косу и лопаты, как видно, совсем новые.
– Это что, Юп? – спросил я.
– Коса и ещё две лопаты, масса.
– Ты совершенно прав. Но откуда они взялись?
– Масса Вилл приказал мне купить их в городе, и я отдал за них чёртову уйму денег.
– Во имя всего, что есть таинственного на свете, зачем твоему «масса Виллу» коса и лопаты?
– Зачем – я не знаю, и чёрт меня побери, если он сам знает. Всё дело в жуке!
Видя, что от Юпитера толку сейчас не добьёшься и что все его мыслительные способности парализованы этим жуком, я вскочил в лодку и поднял парус. Сильный попутный ветер быстро пригнал нас в опоясанную скалами бухточку к северу от форта Моултри, откуда нам оставалось до хижины около двух миль. Мы пришли в три часа пополудни. Легран ожидал нас с видимым нетерпением. Здороваясь, он крепко стиснул мне руку, и эта нервическая горячность вновь пробудила и усилила мои недавние опасения. В лице Леграна сквозила какая-то мертвенная бледность, запавшие глаза сверкали лихорадочным блеском. Осведомившись о его самочувствии и не зная, о чём ещё говорить, – я спросил, получил ли он от лейтенанта Г. своего золотого жука.
– О да! – ответил он, заливаясь ярким румянцем. – На другое же утро! Ничто не разлучит меня теперь с этим жуком. Знаете ли вы, что Юпитер был прав?
– В чём Юпитер был прав? – спросил я, и меня охватило горестное предчувствие.
– Жук – из чистого золота!
Он произнёс эти слова с полной серьёзностью. Я был глубоко потрясён.
– Этот жук принесёт мне счастье, – продолжал Легран, торжествующе усмехаясь, – он вернёт мне утраченное родовое богатство. Что ж удивительного, что я его так ценю? Он ниспослан самой судьбой и вернёт мне богатство, если только я правильно пойму его указания. Юпитер, пойди принеси жука!
– Что? Жука, масса? Не буду я связываться с этим жуком. Несите его сами.
Легран поднялся с важным видом и вынул жука из застеклённого ящика, где он хранил его.
Жук был действительно великолепен. В научной ценности находки Леграна не могло быть сомнений – натуралисты в то время ещё не знали таких жуков. На спинке виднелись с одной стороны два чёрных округлых пятнышка и ниже с другой ещё одно, подлиннее. Надкрылья были удивительно твёрдыми и действительно блестели, как полированное золото. Тяжесть жука была тоже весьма необычной. Учитывая всё это, можно было не так уже строго судить Юпитера. Но как мог Легран разделять суждение Юпитера, оставалось для меня неразрешимой загадкой.
– Я послал за вами, – начал Легран торжественным тоном, когда я кончил осмотр, – я послал за вами, чтобы испросить совета и вашей помощи для уяснения воли Судьбы и жука…
– Дорогой Легран, – воскликнул я, прерывая его, – вы совсем больны, вам надо лечиться. Ложитесь сейчас же в постель, и я побуду с вами несколько дней, пока вам не станет полегче. Вас лихорадит.
– Пощупайте мне пульс, – сказал он.
Я пощупал ему пульс и вынужден был признать, что никакой лихорадки у него не было.
– Бывают болезни и без лихорадки. Послушайтесь на этот раз моего совета. Прежде всего в постель. А затем…
– Вы заблуждаетесь, – прервал он меня. – Я совершенно здоров, но меня терзает волнение. Если вы действительно желаете мне добра, помогите мне успокоиться.
– А как это сделать?
– Очень просто. Мы с Юпитером собираемся в экспедицию на материк, в горы, и нам нужен верный помощник. Вы единственный, кому мы полностью доверяем. Ждёт нас там успех или же неудача, всё равно это волнение во
