Игра с нулевым счетом. Том 1 - Асами Косэки
– Ох, молодые люди, спасибо и прощу прощения.
На счастье, ровно в этот момент до тех пор лежавший в полуобморочном состоянии товарищ, словно среагировав на голос родителя, частично пришел в сознание.
– Прости, пап… – хрипло пробормотал он. – Ты ради меня приехал, а я…
– Почему ты извиняешься? Ты ведь прекрасно сражался, сын. Да еще и победил! А даже если бы и проиграл, я бы все равно гордился тобой как никогда прежде!
– Мы победили, приятель, – подключился к их диалогу Юса. – Мы впервые стали чемпионами, и все благодаря тебе. Ты сделал нас чемпионами!
Мацуда, судя по виду, очень плохо осознавал происходящее. Ну а я – как человек, однажды столкнувшийся с провалом в памяти после матча, чудесно понимал, что означало возникшее на его лице в тот миг болезненное смятение: от обезвоживания и изнеможения в его голове творилась полная неразбериха. Сейчас он толком не помнил ни свою победу, ни факт того, что победа эта стала для нас решающей, и, вероятно, думал, что оказался в прохладном уголке с толпой хлопочущих вокруг него людей после того, как упал в обморок прямо во время игры.
– Даже если и так… все равно… лежу тут, как размазня…
– Не говори глупостей. Мы на Окинаве, на улице самый разгар лета, а ты в такую жарищу бился, как настоящий герой! Да к тому же еще и так долго! На твоем месте кому угодно стало бы плохо, – ласково пожурила его Сакураи, уже сама потихоньку покрываясь потом.
Хотя на основной площадке спортзала худо-бедно работали кондиционеры, толку от них было немного, а о проветривании помещения не шло и речи – окна и двери были наглухо захлопнуты, чтобы даже малейший сквознячок ненароком не затронул волан. Вот и выходило так, что напряженную и изнурительную схватку мы были вынуждены вести в метафорическом парнике, где волей-неволей уже взопрели и простые болельщики – можно сказать, в хорошо протопленной сауне.
Но вот что удивительно, ведь в процессе своих матчей я не ощущал ни жары, ни нехватки кислорода. Наверное, поблагодарить стоит какой-нибудь гормон с заковыристым названием, который все это время успешно обманывал мой мозг.
Сколько ни тренируйся, сколько ни закаляйся, но быть готовым ко всему попросту невозможно – иные сражения оказываются куда продолжительнее и суровее, чем мы предполагаем изначально. И тогда начинается борьба на истощение не столько физическое, сколько моральное. Мацуда истощился до предела. И физически, и психологически. И все равно победил. Совершенно не мудрено, что он упал в обморок – должно быть, в тот момент в нем просто оборвалась последняя ниточка сил, которая до последнего удерживала парня в реальности.
– Ладно, все, молчи и пей давай, – цокнул Йококава, поднося к губам младшего товарища поданный Акирой изотоник.
Сакураи меж тем заботливо принялась обтирать полотенцем всю пролившуюся мимо рта Мацуды жидкость, а мы с Сакаки неистово обмахивать его сразу четырьмя веерами.
В подоспевшую немногим позже машину скорой помощи наш герой лезть категорически отказывался – пришлось буквально впихивать его туда насильно. Тренер и Акира уже было собирались поехать следом на другой машине, однако Мацуда-старший – тот, разумеется, намеревался все это время быть рядом с сыном – их остановил.
– Не беспокойтесь, все в порядке. У Коки есть я. Утида, пожалуйста, останься со своими ребятами. А уж ты, Эбихара, тем более.
– Но я ведь менеджер! – Чрезвычайно ответственный Акира рвался выполнять свои обязанности до последнего.
– Поверь мне, мальчик, Коки тебе очень благодарен за то, что ты, чуть что случится, всегда первым приносишься на выручку. Момент сейчас, конечно, не совсем подходящий, но прими и мою искреннюю благодарность.
Наш вундеркинд весь просиял, а мне вдруг стало стыдно – со мной-то Акира возился больше, чем со всеми остальными вместе взятыми, а я его так ни разу и не поблагодарил ни словом, ни делом.
Чтобы хоть как-то исправить постыдное упущение, вечером, после похода в ванную, я угостил заботливого товарища соком. Приняв банку, он крайне озадаченно понаклонял голову то к одному плечу, то к другому, затем произнес неуверенное «спасибо», вот только, похоже, в итоге и не понял, чего я вообще хотел добиться этим жестом.
Прости, Акира – парни-подростки не умеют благодарить словами лицом к лицу…
* * *
Мацуде диагностировали обычный тепловой удар. Своевременная и добросовестная первая помощь от двух наших юных менеджеров тоже пришлась очень кстати, поэтому до госпитализации дело, к счастью, не дошло, и уже вечером он вернулся в гостиницу.
Уже в номере Мацуда неожиданно решил поделиться со мной – жили мы с ним в одной комнате – некоторыми подробностями своей жизни.
Оказалось, его родители развелись три года тому назад – случилось это после того, как его мать, не сумев свыкнуться с жизнью в Китае, ушла из семьи. С отцом у Мацуды были вполне хорошие отношения, однако в последние два года тот пропадал в командировках, поэтому времени вместе они проводили не так уж много.
«Ваш сын, – говорил господин Эбихара отцу Мацуды, своему старшему товарищу по университету, накануне Интерхая, – растет еще более замечательным и достойным юношей, чем вы можете себе представить. Он очень независимый и тем не менее отнюдь не одинок, ведь жизнь подарила ему замечательных товарищей. Он умеет по-своему заботиться об окружающих и знает, что такое уважение. Уверяю вас, если вы, как отец, не увидите, кем он стал на нынешнем этапе жизни, то будете жалеть до конца своих дней. Поэтому, прошу, приезжайте посмотреть хотя бы на эту его игру».
Внемля убеждениям нашего тренера, Мацуда-старший ухитрился выкроить время и приехал поддержать родную кровь аж на далекую Окинаву. И вот здесь он стал свидетелем не только великолепного сражения своего сына в финале, но и того, как мы – товарищи Мацуды – сплоченно болели за него во всю мощь легких. Тогда он, помимо прочего, вновь вспомнил, что когда-то в молодости и сам имел радость быть окруженным надежными товарищами по футбольному клубу, с которыми не просто вместе играл, но и делил кров и пищу – и что их поддержка, придавая сил даже в трудные времена, жила в его душе и по сей день.
На обратном пути из больницы отец и сын поужинали.
– Мы уже давно так вместе не сидели… Правда, после всего произошедшего аппетита у меня вообще не было, но отец заставил поесть. Распереживался за мое здоровье и заказал рисовую кашу по-китайски. Знаешь, она была даже очень вкусной… Да, очень
