Сомнительные активы - Лика Белая

Алиса отвернулась, сжав кулаки.

— А сейчас что? Мы тут торгуемся — ты мне мозги, я тебе наглость. Как на базаре. А я… — она обернулась к нему, и больше не могла сдерживать дрожь в голосе, — а я не могу выбросить из головы, как это было. И это всё ломает. Все расчёты.

Иван отвернулся, провёл рукой по затылку.

— Чёрт, — тихо выругался он. — Да. Всё ломает.

Он опустился на диван, рядом с тем местом, где только что сидела она. Уставился в пол.

— Лена не уйдёт, — сказал он глухо. — Я её знаю. Она будет бубнить, качать права, но не уйдёт. Ей некуда. «Звукорой» — её ребёнок. Она его просто воспитывает. Тебя. Меня. Чтобы мы не накосячили ещё сильнее.

Он замолчал. Алиса не нашлась что ответить. Вместо этого она медленно, почти с облегчением, опустилась на диван рядом с ним, откинулась на спинку и закрыла глаза. Усталость накатила тяжёлой, тёплой волной.

— Завтра отец будет давить на тебя, — голос Ивана прозвучал тихо, без прежней хрипоты. — Предложит что-то блестящее. Чтобы ты меня… вернула в стойло.

Алиса не открывала глаз.

— Знаю.

— И?

Она лишь покачала головой, не в силах подобрать слова. Что можно сказать? Что она согласится? Или что не согласится?

Он со вздохом встал и отошёл к окну.

— Понятно. Ладно, — сказал он не оборачиваясь. Голос был приглушенным. — Поезжай домой. Выспись. Завтра… — он сделал паузу, и плечи его слегка опустились. — Позвони мне после встречи. Или нет. Как решишь.

******

— Алиса Сергеевна, спасибо, что нашли время, — Аркадий Петрович жестом пригласил её в кресло у стола.

— Можно подумать, у меня был выбор, — ответила Алиса, садясь.

— Пожалуй, что не было, — произнес он задумчиво, — Если вы только не хотите и дальше печалиться посреди пустого офиса. Итак, давайте сразу к делу. Признаюсь, ситуация с этим грязным скандалом не доставила мне никакого удовольствия. Мне не часто попадаются профессионалы вашего уровня, особенно такие, с которыми приятно работать. Но ситуация требовала жесткого вмешательства, мне нужны были более близкие связи с отцом Софьи.

— Ну и как, у вас получилось? — Алиса не смогла сдержать лёгкую усмешку.

— К чему этот сарказм? Вы же общались вчера с Иваном, вы следите за его успехами. Но у этой популярности есть последствия, которых Иван ещё не видит. Ко мне поступило несколько предложений о сотрудничестве с ним. От людей, которых я не контролирую. — Он сделал небольшую паузу, — Это создаёт определённую диспропорцию. Я теряю рычаги. В конечном итоге кто-нибудь обратится к нему напрямую. А я знаю людей в этом бизнесе. Одна неосторожная подпись — и он будет кататься с бесплатными концертами конца жизни.

— При чём здесь я?

— При том, что вы вполне успешно справлялись с моим сыном до момента, когда позволили себе смешать личное с работой. И мне кажется, вы сможете не дать Ивану совершить какой-нибудь опрометчивый шаг.

— Вы хотите, чтобы я вернула его под ваш бдительный взгляд? Зачем мне это? Благодаря вашим стараниям, у меня ничего не осталось и я серьезно подумываю, не пойти ли мне официанткой в кафе у моего офиса.

— Для этого я вас и позвал сегодня. У меня к вам деловое предложение. Я оплачиваю все счета Рейн-консалтинг на ближайшие полгода, и мы восстанавливаем сотрудничество. На определенных условиях.

— А репутацию директора Рейн-консалтинг вы тоже восстановите? — сказала Алиса, держа спину прямо. — Мои клиенты разбежались как тараканы, через полгода я так и останусь с пустым офисом и новыми счетами.

Аркадий Петрович мягко, почти по-отечески, покачал головой.

— Алиса Сергеевна, не драматизируйте. Ну кто в наше время смотрит на заголовки в желтой прессе? Что вы потеряли? Пара нервных стартапов и «Вектор», который меняет подрядчиков раз в квартал? Завтра я ужинаю с председателем совета директоров «Система-Холд». Могу упомянуть ваше имя. И помочь найти вам ещё два-три контракта аналогичного уровня. Это же был ваш ведущий проект?

— Я не потяну одна три «Система-Холд», — Алиса всё ещё отпиралась, но её пальцы непроизвольно постучали по ручке кресла, выбивая нервный судорожный ритм.

— Почему же одна? У вас же была очень толковая девочка. Катя, кажется?

— Она уезжает. Через неделю.

На лице Аркадия Петровича мелькнуло неподдельное сожаление.

— Очень жаль. Такие кадры — редкость. Но, к счастью, не единичны. В моём холдинге есть несколько человек, которые переросли свои текущие роли. Требовательные, амбициозные, с безупречной репутацией. Марка я вам, конечно, не отдам, — уголок его рта дрогнул в подобии улыбки, — но подобрать пару толковых специалистов в помощь — могу. Чтобы закрыть операционку и дать вам возможность заниматься стратегией. В том числе — стратегией проекта моего сына.

— Звучит заманчиво. Что вы хотите взамен?

Аркадий Петрович аккуратно сложил руки на столе. Его взгляд стал пристальным, лишённым любого намёка на отеческое снисхождение.

— Взамен я хочу вернуть контроль. Не через грубую силу — это с Иваном не работает, как вы сами убедились. Я хочу, чтобы он захотел остаться в поле моего влияния. С вашей помощью. Чтобы вы, используя своё… личное обаяние, направляли его амбиции в то русло, которое выгодно и ему, и мне. А именно — к созданию серьёзного, долгосрочного музыкального проекта. Не андеграундного квартирника. Бренда. Возможно, в будущем — того самого дуэта, но на новых, более равных условиях.

— А как же… — Алиса искала слова, стараясь, чтобы голос не дрогнул, — наше с ним личное взаимодействие? Вы же понимаете, что это может влиять на профессиональные решения. И наоборот.

Аркадий Петрович отвёл взгляд к окну, его лицо оставалось невозмутимым.

— Алиса Сергеевна, я покупаю ваш профессионализм и ваш стратегический ум. То, что происходит за закрытыми дверями студии или где бы то ни было ещё — это зона вашей личной ответственности и вашего такта. Моё дело — результат. Ваше — добиться его, любыми средствами. Выбор за вами.

— Мне. мне нужно время, чтобы всё взвесить, — сказала Алиса, чувствуя, как почва уходит из-под ног.

— Разумеется, — тут же согласился он, поднимаясь, что означало конец встречи. — Я не сторонник скоропалительных решений под давлением. Но,