Дом, где расцветают мечты - Ынсан Ынсан
«Это же Мастер!»
Человек, который просил называть себя именно так, а не хозяином. Иными словами, владелец дома, в котором жила Ынсо.
И чего он там стоит и пялится в ее сторону?
Ынсо сама не заметила, как сделала несколько шагов от окна: ей показалось, что Мастер сможет увидеть ее внутри. «У меня же нет причин избегать его…» Ынсо исправно оплачивала аренду каждый месяц, ни разу ничего не сломала и не провоцировала конфликтов с другими жильцами. Но отчего-то – и это было странно – ей захотелось спрятаться, как только она заметила домовладельца.
«Скорее всего, просто совпадение». Ынсо сжала лямку сумки и снова выглянула в окно. Мастера нигде не было.
– Фух. – Ынсо смахнула со лба несуществующий пот и поправила сумку на плече.
«Все, пора идти. Не могу так больше!» – Ей хотелось распахнуть дверь с ноги, но следовало сперва включить сигнализацию и только потом осторожно выбраться из офиса. В любом случае, побег удался.
Лепесток, упавший на ладонь
«В сезоне цветения нет ничего особенного? Вот же оно – особенное!» – думала Ынсо, рассматривая банку пива в руке. Украшенная витиеватыми узорами лепестков, она была из лимитированной серии, выпущенной специально к цветению. Обычно Ынсо отдавала предпочтение другому бренду, но в этот раз ее зацепил дизайн.
Стоило Ынсо поставить банку на прилавок, кассир тут же оповестил ее:
– На этот товар акция – четыре банки за десять тысяч вон.
«Мне же не с кем столько выпить», – подумала Ынсо, а вслух сказала:
– Пожалуйста, просто пробейте мне только одну.
В ответ пискнул сканер штрих-кода.
Купив с деловым видом пива и выйдя на улицу, Ынсо поняла, что пить его негде: за столиком у магазина расположились мужчины, вернувшиеся из похода в горы, а лавочки вдоль ручья были заняты гуляющими семьями. Она могла бы подсесть к ним, но нельзя же пить пиво рядом с детьми!
Выходило как всегда: взялась за дело бодро, а до конца довела вкривь и вкось. Ынсо молча убрала банку в сумку и направилась по набережной в сторону реки Ханган.
Когда Ынсо поступила в художественный университет H., ей казалось, что весь мир у нее в руках и что сама она станет выдающейся художницей еще до того, как успеет получить диплом. Но и теперь, давно выпустившись, Ынсо по-прежнему жила в родном районе, чаще держала в руках компьютерную мышь, чем кисти, работала дизайнером – смех да и только. Не такой она представляла свою жизнь.
Светлые цветы вишни были у нее прямо перед глазами, но сердце по-прежнему наполнял мрак. Ынсо протянула руку к опадающим лепесткам. Ловить их она не собиралась, но один все равно аккуратно приземлился ей на ладонь.
«Говорят, если поймать летящий лепесток, первая любовь обязательно сбудется», – подумала Ынсо. Кто был ее первой любовью? Вроде бы это было еще в средней школе?
Ынсо стало грустно оттого, что она даже не может вспомнить. Было бы не так обидно, испытай она хоть раз в жизни страстную влюбленность. Но сколько она ни напрягала память, получалось, что ее отношения никогда не заходили дальше простой симпатии.
«Получается, я и сама из тех, кто ни разу в жизни ни с кем не встречался?» Ынсо с головой погрузилась в эти бестолковые размышления, как вдруг ее окликнул незнакомый голос:
– Ынсо!
Будто в сказке, в бело-розовом от вишневых лепестков мире появился он, тот самый парень.
Парень, чье имя неизвестно
Ростом около метра восьмидесяти, с короткой аккуратной стрижкой, в куртке-бомбере, на вид слишком теплой для апреля, и идеально сидящих темно-синих брюках, с тонкими, но густыми бровями и глазами без двойного века он выглядел как стильный образцовый студент.
Но Ынсо его совершенно не помнила.
– Ынсо, я же не ошибся?
«Кто это?» – подумала она, но сделала вид, будто узнала парня и была рада встрече. Хотя скрыть истинные чувства получалось с трудом.
– Да, но…
– Кружок вебтунов[1] в старшей школе D, верно?
Все так, Ынсо ходила в него, уверенная, что кружок и прочая внеклассная деятельность помогут ей поступить. Получается, этот парень – ее одноклассник? Ну, скорее всего.
– Да, старшая школа D. А ты…
Парень широко улыбнулся, обнажив зубы.
– Не помнишь меня?
– Да, прости.
– Когда это я разрешил перейти на «ты»?
Ынсо растерялась. Разве они не дружили? Может, он был классом или двумя старше? Или кем-то из старших в кружке? Такое знакомое игривое выражение лица, неужели это он?
– Ой, простите. Вы Хису?
– А тебе нравился Хису? – он засмеялся и продолжил. – Прости, но нет. В наказание за то, что ты меня не узнала, я не скажу, как меня зовут.
Он снова игриво улыбнулся, и с этого момента Ынсо решила называть его просто парнем.
Скорее всего, это началось с тех пор, как Ынсо вступила в тяжелую трудовую жизнь. Она стала сдержаннее в общении. Раньше, если кто-то шутил с ней подобным образом, она знала, как остроумно ответить, но теперь даже не могла подобрать подходящее выражение лица.
Парень добродушно улыбался, даже не подозревая, что творится у Ынсо на душе. Возможно, из-за фонаря, загоревшегося за его спиной, казалось, что он сам излучает свет.
– Ты растерялась, я могу понять. Не каждый день к тебе вдруг подходит незнакомец и заводит разговор. Ну, не считая тех, кто хочет поговорить о религии. Просто знай, что ты даже не представляешь, насколько я рад тебя видеть, Ынсо!
– Эм, да, я тоже рада, – прозвучало, как заученное «айм файн сенкью энд ю». Ынсо не понимала, чему тут радоваться и стоит ли вообще. Тем временем между ними вновь закружились вишневые лепестки.
– Что привело тебя сюда? – поинтересовался парень.
Ынсо хотела было ткнуть пальцем в сторону офиса, но, быстро передумав, опустила руку.
– Так, просто хотела полюбоваться цветением.
Она не могла рассказать незнакомцу ни о том, где работает, ни о том, насколько нынешняя компания ей не по душе.
– Не хочешь полюбоваться вместе со мной? Тогда в качестве награды я скажу, как меня зовут.
Такая «награда» была ей абсолютно не нужна, но Ынсо стало
