Весна перемен - Катарина Херцог
В этом году исполнялось уже десять лет со дня смерти Альфи. У Шоны сжалось горло от воспоминания о том, как папа сообщил ей эту новость. Его лицо было серым, а руки дрожали; он попросил ее сесть, потому что случилось нечто ужасное. Альфи попал в аварию. На мотоцикле. И погиб на месте.
Шона захотела немедленно отправиться к нему. Убедиться, что слова отца — ложь. Но это была правда. Пять дней спустя Шона стояла у открытого гроба Альфи. Он лежал неподвижный и тихий. Но Альфи никогда не был неподвижным и тихим — наоборот, шумным и жаждущим жизни!
Лай Бонни оторвал ее от мыслей. Собака лаяла очень редко, и было довольно непривычно слышать ее голос — низкий глухой «гав». В следующее мгновение Бонни уже неслась к дому. Шона встала, чтобы посмотреть, что же привлекло ее внимание.
Это был Пират, толстый рыжий кот Айви и Сильви! Боже мой, Шона понятия не имела, что он еще жив, поскольку не видела его целую вечность. Бонни Белль радостно завиляла хвостом. Она любила кошек. Так же, как кроликов, оленей, уток и чаек, но эта любовь никогда не была взаимной. Шона улыбнулась. Кот запрыгнул на маленький столик, за которым его хозяйки обедали в теплые дни, и сердито посмотрел на собаку одним глазом. Хвост у него распушился, как туалетный ершик, а шерсть на спине встала дыбом. Бонни забралась передними лапами на стол и принюхалась. Вдруг она взвизгнула — кот зашипел и ударил ее лапой. Он спрыгнул, сбив со стола пепельницу. Та с грохотом упала и раскололась надвое. Пират подбежал к коттеджу и исчез за входной дверью. Только тогда Шона заметила, что она приоткрыта.
Шона хотела последовать за котом — должно быть, человек, которого наняла Клаудия, забыл запереть дверь, а Сильви и Айви явно не желали, чтобы их коттедж превратился в проходной двор, — как вдруг на подъездную дорожку въехал черный внедорожник. Из машины вышли высокий худой мужчина в солнцезащитных очках и рыжеволосая женщина с очень ярким макияжем.
Глава 10. Шона
— Ой! — Женщина замерла, увидев Шону. — Миссис Бирнс вроде бы упомянула, что дом покажет некий ее знакомый. Так что я не ожидала увидеть женщину. Но как бы то ни было… — она выдавила из себя улыбку, — рада, что вы уже здесь! Знаю, мы приехали чуть раньше, но я не могла больше ждать. Этот дом — именно то, что мы ищем! Миссис Бирнс, возможно, уже сказала вам, что мы с мужем из Глазго и в будни ужасно много работаем. Поэтому нам очень хочется хотя бы выходные проводить в более укромном месте, наслаждаясь тишиной и покоем.
Шона на секунду задумалась. Женщина, очевидно, посчитала, что ей поручено показать им коттедж! И вроде нужно как можно скорее прояснить это недоразумение. Но любопытство — весьма пагубное любопытство — ее остановило. Возможно, это будущие владельцы коттеджа «Бэйвью», а знакомый Клаудии еще не приехал. Что плохого в том, чтобы уже сейчас начать показывать потенциальным покупателям дом? В конце концов, мало кто знал коттедж так хорошо, как она.
— Что ж, если здесь и есть что-то в изобилии, так это тишина и покой. — Шона тоже попыталась улыбнуться, но не справилась со сковавшим ее напряжением. — Я Шона Эрскин. Начнем осмотр внутри или снаружи?
— Конечно же, снаружи! Вид просто волшебный. — Пока Шона вела их по саду, женщина представила себя и мужа: Моника и Ник Боуи. Шона также узнала, что Ник — архитектор, а Моника работает инвестиционным банкиром.
— О, у меня уже столько идей для дома! — воскликнула Моника. — Вот здесь, например, просто идеальное место для бассейна, правда, дорогой? — Она указала на сарай Альфи, и муж кивнул.
Они хотят снести сарай Альфи и сделать там бассейн! Шона прикусила нижнюю губу. Наверное, это был лишь вопрос времени, когда лачугу сдует ветром, — настолько она прогнила. Но пока этого не случилось, будьте добры, оставьте все как есть…
Шона посмотрела на Монику:
— Не уверена, что бассейн — хорошая идея. Здесь всегда ветрено, а дни в году, когда температура поднимается выше двадцати пяти градусов, можно пересчитать по пальцам одной руки.
— Ничего страшного! — Моника отмахнулась от ее возражений. — Бассейн, конечно же, будет с подогревом, и мы уже думали о стеклянной крыше с электроприводом. Тогда бассейном можно будет пользоваться и зимой, и летом.
— Возможно, это будет не бассейн, а просто большое джакузи, — сказал Ник. — Мы пока не решили.
— Да, мы еще обсудим это с глазу на глаз. От ванны с гидромассажем я бы тоже не отказалась. Представляю, как здорово сидеть в теплой воде, пить шампанское и смотреть на море. — Моника взяла мужа за руку. — Или на звездное небо… Я читала, что этот район — один из самых темных во всей Шотландии.
— Да, потому что здесь живет мало людей и почти нет светового загрязнения. — На сердце у Шоны стало тяжело. — Лесопарк Галлоуэй даже объявили первым заповедником темного неба в Великобритании в две тысячи девятом году, — продолжила она, хотя внутри все кричало: «Нет, нет, нет!» Ей и так было нелегко представить, что в коттедже «Бэйвью» станут жить не Сильви и Айви, а эта парочка яппи, но их планы снести сарай Альфи и построить на его месте бассейн или джакузи вселяли настоящий ужас.
Шоне оставалось лишь надеяться, что их энтузиазм быстро угаснет, как только они увидят интерьер коттеджа «Бэйвью»: крошечные комнаты, скрипучую потертую деревянную лестницу, осыпающуюся штукатурку. К тому же коттедж был плохо утеплен, окна и входная дверь требовали замены. Она с грустью призналась себе, что на все это у нее самой не было денег.
Однако Монику и Ника состояние коттеджа, похоже, не смущало. Хоть их энтузиазм, с которым они осматривали сад, и правда поубавился, пока Шона показывала им комнаты, они не стали указывать на явные недостатки, чтобы сбить цену. Вместо этого Моника охарактеризовала коттедж как «причудливый», а Ник назвал его «деревенским».
Только когда Моника увидела большую паутину в углу гостиной, она вздрогнула.
— Здесь много пауков? — спросила она. — Я ужасно их боюсь.
Много ли здесь пауков? Шона с трудом сдержалась, чтобы не закатить глаза. О чем только думала эта женщина? Коттедж окружен зеленью — конечно
