Промка - Дмитрий Сергеевич Филиппов

Весёлый был царь и бог на Сливе!

Без его команды даже мыши не шуршали.

Ночью кто-то из бойцов, стоявших на «глазках», потерял тепловизионный прицел. Прицел утром нашли – он просто выпал из кармана, когда боец спускался с первого этажа в подвал. Весёлый был безжалостен.

– Найдите мне это чудовище. Чтобы через пять минут стоял передо мной.

Бойца нашли. Боец был огромный, как Калина, двух метров росту. Весёлый прижал его в углу и, маленький, коренастый, буквально навис над ним так, что у залётчика ноги подогнулись.

– Ты – конченый! Ты понимаешь это? – орал Весёлый, выплёвывая слова бойцу в лицо. – Мы без «тепляка» что здесь делать будем?.. В глаза мне смотри, сука! Я тебя на Грушу отправлю! Тварь! Конченая! Нормально тебе на Сливе живётся? Свет есть, бензин, тепло, вода… А ты знаешь, сколько парней погибло, чтобы всё это сюда дотащить? Чтобы ты, говно, в тепле и сухости жил? Моих! Моих парней! – Весёлый распалялся, бил себя кулаком в грудь. – Не ваших мобиков сраных, а моих бойцов…

Весь личный состав Сливы был выстроен в подвальном помещении и наблюдал за происходящим. Все должны были видеть власть командира. Все должны были знать, что ни одна провинность, даже случайно допущенная, не сойдёт с рук. Наказание – неотвратимо.

– Если ты, мразь, ещё раз накосячишь, я тебя прямо здесь обнулю! Сука! Лично! Вот этими руками. Ты веришь мне?

Боец молчал, вжавшись в стену.

– Ответа не слышу!

– Так точно.

– Исчез, обморок. С глаз моих долой.

Боец по стеночке, по стеночке засеменил в глубину подвала.

– Это всех касается, – обернулся Весёлый к остальным бойцам. – Разойтись.

Весёлый, ещё разгоряченный выволочкой, присел на лавку рядом с Калиной.

– Жёстко ты с ним.

– А по-другому никак, – ответил чевэкашник, закуривая. – Работать не хотят. Умирать не хотят. Набрали, сука, по объявлению…

– Умирать никто не хочет, – произнёс Калина.

– Но кто-то должен, – отрезал Весёлый.

Он весь был похож то ли на анархиста, то ли на казака с картины Репина. Аккуратная русая бородка, как у террориста-народовольца, безжалостный взгляд серых глаз. Голову он поворачивал медленно, со значением. Любой жест его имел вес, поэтому Весёлый не суетился, осознавая цену каждому своему слову и каждому движению.

– А почему Весёлый? – спросил Вожак.

– А тебе зачем, боец? Пришли работать – работайте! Если нет – топайте отсюда. Дармоеды мне здесь не нужны.

Поднялся с лавочки, выщелкнул окурок в сторону.

– Фунтик, – крикнул Весёлый.

– Я, командир.

Боец тут же подбежал, услужливо заглядывая в глаза.

– На Грушу две «банки» положи дополнительно. И пачку чая, сникерсов четыре штуки парням кинь. Смена ещё не скоро.

– Понял, командир, сделаем.

– И ещё… Как твой позывной? – повернулся Весёлый к Калине.

Калина назвал.

– Вот этим сапёрам помоги, покажи, где выход наверх, откуда работать можно… Короче, объяснишь на пальцах.

– Плюс, плюс, командир.

– Я пойду отдохну…

И в этот момент раздался взрыв. Здание вздрогнуло, словно по нему вмазали огромной кувалдой, с потолка посыпалась земля и бетонная крошка, в подвале мгновенно стало мутно, пыльно.

– «Глазки» – вниз! – заорал Весёлый. – Разобрались по стенам. Танк работает.

Бойцы сорвались с мест, ссыпались со шконок, как горох, в спешке накидывали на плечи броню, надевали шлемы и распределялись вдоль стен подвала. Ещё один взрыв сотряс здание.

– Зяма, доклад на Черёмуху! Работает танк со стороны КПП. Пусть сожгут его к чертям собачьим!

От стены мгновенно отделился боец и рванул в каморку в конце подвала – рация была привязана к выносу, поэтому находилась лишь в одном определённом помещении.

– А почему вдоль стен? – выплюнул Калина сквозь пыль.

– Если потолок сложится, то он сложится по шву, как лодочка, от центра в разные стороны, – кричал Весёлый. – У стены есть шанс уцелеть.

Вожак успел подумать, как по-дурацки звучит эта фраза, как будто не человек, а стена хочет уцелеть, и тут же раздался третий взрыв над головой. Потолок задрожал, бетонные плиты на стыке прогнулись внутрь, но устояли.

Пыль оседала медленно, бойцы кашляли и закрывали рот грязными ладонями.

Обстрел прекратился внезапно. Танк отработал три выстрела и пошёл на откат, не дожидаясь, пока его обнаружат и полетит ответка.

– Не дают нам хохлы расслабиться, – со смехом произнёс Весёлый. – Ну что, всё, выдохнули?.. «Глазки» – наверх!

Два бойца без разговоров подбежали к лестнице и через несколько секунд исчезли в потолочном проёме. Дисциплина на Сливе была железная.

– Пойдём и мы поработаем, – кивнул Калина Вожаку.

Но поработать на Сливе они не смогли. Единственная пригодная для работы точка оказалась наглухо завалена после прямого попадания. Хохлячий танк спутал все карты и планы.

– Что делать будем? – спросил Калина. Спросил, скорее, себя самого, прикидывая, взвешивая слова, пытаясь понять, что они значат вот конкретно в эту секунду.

– Надо к Скелету двигаться и работать оттуда, – ответил Вожак. – Или внаглую выбегать на дорогу. Выстрел – откатились. Выждали час. Снова выскочили. Как прошлый раз.

– Размотают нас на дороге.

– Тогда – Скелет.

Скелетом называли следующее за Сливой здание. Оно представляло собой разрушенный ангар. Там не было опорной точки, потому что не было подвалов и схронов. Там просто было не закрепиться. Бетонные стены рухнули, оголив каркас из металлических швеллеров, которые торчали как ребра скелета. На Скелете было не закрепиться, не оборудовать долговременную огневую точку, но отработать из РПГ там было возможно: груды бетона и кирпичей позволяли укрыться от осколков. Главное, добежать до Скелета. Пятьдесят метров по прямой от Сливы.

– Ну, вариантов нет других, – подвёл итог Калина. – Потопали на Скелет.

Промка затягивала сапёров всё глубже и глубже в своё нутро, отрезая пути к отступлению, стремясь разжевать и проглотить двух мелких насекомых, залетевших в её владения по неосторожности.

Выскочили из подвала… Одним рывком пробежали пятьдесят метров… Вожак слышал, как гудит кровь в висках, как крошится мёрзлая земля под ногами. Но всё это казалось нереальным, происходящим не с ним. «Где прилёты? – подумал Вожак с тревогой. – Почему по нам не работают?»

Нырнули в ангар, спрятались за грудой бетона… Приводить в порядок дыхание не было времени. Калина на ходу наметил точку для стрельбы и уверенно двигался прямо к ней, перелезая через бетонные блоки и обломки стен. Вожак уже доставал из подсумка первую мину. Как и прошлый раз, пороха и движки были накручены заранее. Выстрел был готов.

– Сюда, – крикнул Калина и первым нырнул в огромную воронку рядом с ангаром. Над головой не было ни арматуры, ни перекрытий. Можно было работать.

– Быстрее, Кирюха, быстрее…

РПГ на плечо, выставил угол. Вожак уже снаряжал гранатомёт. Щелчок –