Убийца Шарпа - Бернард Корнуэлл

— Разве можно его за это винить, сэр?

— Он заслуживает лучшего, хотя я не уверен, что пожелал бы ему в компанию эту вдову. — Холкотт, человек добродушный, внезапно ухмыльнулся: — Вы и вправду грозились выпороть своего нового майора?

— Так точно, сэр.

— Он пожаловался мне на вас!

«Так вот как Герцог об этом узнал», — подумал Шарп.

— Прошу прощения, сэр.

— Но за что, Шарп? Малый кажется вполне безобидным.

— Давным-давно, сэр, он велел меня выпороть за то, чего я не совершал. И он прекрасно об этом знал.

— Боже правый, Шарп! Вас пороли?

— Было дело, сэр. И это было крайне болезненно.

— В этом-то и смысл, не так ли? Впрочем, не похоже, чтобы это повредило вашему продвижению по службе.

Разговор прервался: ординарец поставил перед Шарпом тарелку, а другой плеснул в неё темный прозрачный бульон. Третий наполнил один из трех бокалов белым вином.

— Фазаний консоме, — объявил дворецкий Герцога, — подается с «Мюскаде».

Вдова снова фыркнула.

— И без клецек? — спросила она.

— Клецки, мадам? — осведомился Герцог.

— Клецки из воробьев. Они очень хороши с консоме. Из жаворонков еще лучше, если удастся их раздобыть. Обваливаете в тесте и варите. Объедение.

— Вы и вправду выпороли бы Морриса? — вполголоса спросил Холкотт.

— С превеликим удовольствием, сэр.

— Да, я так и сказал Герцогу. Его это тоже позабавило.

— По его голосу я бы этого не сказал, сэр.

— Он и не должен был подавать виду, верно? А суп, надо признать, отменный.

Шарп только поднес ко рту первую ложку, как по дому разнесся оглушительный грохот, заставивший гостей вздрогнуть.

— Что за чертовщина там творится? — Герцог поднял голову, нахмурившись.

Следом донесся треск, будто выламывали дверь, а затем зловещий гул, похожий на раскат грома. Раздался еще один удар, вскрик, и мгновение спустя в дверях появился капитан Баррелл. Он поспешил к Герцогу и что-то зашептал ему на ухо. Герцог выслушал, поморщился и посмотрел на Шарпа.

— Полковник, мне неприятно отрывать вас от обеда, но какие-то люди выломали внешнюю дверь подвала. Скажите им, чтобы прекратили этот чертов шум!

— С радостью, сэр, — ответил Шарп, поднимаясь.

Люсиль выглядела встревоженной, но Шарп втайне радовался возможности сбежать из чопорной столовой. К тому же ему польстило, что Герцог в экстренной ситуации снова обратился именно к нему. Он кивнул капитану Барреллу:

— Покажете дорогу?

— Да, сэр.

Баррелл вывел его в холл.

— Они доставляют вино, полковник. Решили воспользоваться уличным входом в подвал, но тот был заперт. Они просто вышибли двери!

Шарп последовал за Барреллом к боковому фасаду дома, где стояла повозка, запряженная парой лошадей. Работяги, Шарп насчитал шестерых, скатывали бочонки по наклонным доскам с кузова. Еще двое направляли их вниз по другим доскам, уложенным прямо на ступени подвала. Грохот повторялся всякий раз, когда очередная бочка ударялась о каменный пол.

— А ну прекратить! — крикнул Шарп, хватая одного из рабочих за локоть. — Будете сносить бочки в подвал на руках.

Человек, которого он схватил, просто развернулся и попытался ударить Шарпа в живот. Ричард подался навстречу, уходя от удара, и резко вскинул колено. Малый рухнул, стеная, и Шарп обрушил кулак ему на затылок.

— Я сказал, прекратить!

Второй рабочий шагнул к Шарпу, но тут раздался резкий голос:

— Довольно, сержант!

Человек замер. Тот, кто это произнес, стоял у подножия лестницы и теперь поднимался к Шарпу.

— Какие-то проблемы, месье? — спросил он.

— Герцог требует тишины. Так что прекращайте этот балаган.

— Мы разгружаем подарок Герцогу, бочки с вином! — ответил мужчина, выходя на дорожку.

Он был одет в простой коричневый сюртук и черные кюлоты, но его военную выправку невозможно было скрыть. Лицо оставалось в тени, но Шарп без труда узнал это мрачное лицо, которое столько раз наблюдал в подзорную трубу. Это был полковник Ланье.

— Двенадцать бочонков лучшего красного вина, — произнес Ланье с усмешкой. — Герцогу не по нраву подарок?

— Герцог хочет, чтобы при доставке подарка, соблюдали тишину, — отрезал Шарп. — Ваши люди снесут бочки по ступеням на руках.

— Ах! Так мы помешали Герцогу ужинать?

— Несите на руках! — приказал Шарп. — И поаккуратнее там!

— Вы слышали его, — бросил Ланье своим людям. — На цыпочках вниз, парни, и аккуратнее!

Шарп протиснулся мимо Ланье и спустился в подвал, где на каменном полу уже лежали три бочонка. Фонарь давал тусклый свет. Шарп подкатил одну из бочек к стеллажам с бутылками и рывком поставил её вертикально. Пока он ворочал тяжелый бочонок, что-то показалось ему странным, но времени на раздумья у него не было, Ланье спустился вслед за ним.

— Желаете поставить бочки здесь, месье? — Он заговорил по-английски.

— Здесь, — ответил Шарп. — А вы, собственно, кто такой?

— Я Анри Феллион, один из виноделов мадам Делоне. А вы, месье?

— Шарп. Полковник Шарп.

— Этому вину четыре года, его уже пора пить. Мадам проявила неслыханную щедрость. Восемьсот одиннадцатый был отличным годом для вина!

— Вы выломали дверь, — обвиняющим тоном произнес Шарп, всё еще пытаясь понять, что же в этой тяжелой бочке показалось ему неправильным.

— Прошу прощения, месье, но ключа от этих дверей ни у кого не нашлось. Позже мы можем прислать людей для их ремонта.

Капитан Баррелл спустился по лестнице и наблюдал, как рабочие убирают доски и заносят в подвал остальные бочонки.

— Совсем ещё мальчишка, — заметил Ланье Шарпу, кивнув на Баррелла.

— В вашей армии хватает таких же мальчишек.

Ланье едва заметно улыбнулся, словно признавая, что Шарп не настолько глуп, чтобы верить в его сказку про винодела.

— Есть и такие. Они хороши для парадов, храбры и бесполезны. И мрут быстрее всех.

— А кто же тогда полезен?

— Люди, знающие свое дело, полковник. Дайте мне офицеров, которые пробились с самых низов, из рядовых.

— Значит, вы служили, месье Феллион? — спросил Шарп.

— У нас нет выбора, полковник. Конскрипция[26].

— И смею предположить, — прищурился Шарп, — вы были отличным сержантом.

Ланье рассмеялся.

— Я был превосходным сержантом! Даже генералы меня побаивались.

— И сам Император тоже?

— Мы все его боялись, полковник. А вы? Вы