Хоккей без ошибок. Джексон и Кейтлин - С. Тилли

в Филадельфии врасплох, и Стеф позвонила ему на следующий же день, прямо перед интервью для прессы. А потом она сказала, что Джексон вернулся домой, обнаружил в своей квартире Лейси и сразу же вызвал охрану. Он расстроился, когда я не пришла на его игру. Генри сообщил Джексону о том, что я выбежала из его дома в слезах, и Джексон был буквально опустошен, когда понял, что произошло. Он отчаянно хотел поговорить со мной.

Но чего она мнене говорила, так это того, что этот парень меня любит.

Джексон все еще держит меня за руку и ведет к мусорным контейнерам в дальней части парковки.

– Джексон, а куда мы направляемся?

– Домой.

Тут мы наконец-то огибаем мусорные контейнеры, и я вижу его машину.

Он подводит меня к пассажирской двери, открывает ее, а потом снова захлопывает, не дав мне сесть.

– Я знаю, мне еще многое нужно объяснить. Но ты должна знать, что все, что я там сказал, – правда. Каждое слово. Я не хочу иметь ничего общего с Лейси. Я не хотел бы иметь ничего общего с этой женщиной, даже если бы я никогда не встретил тебя. Но явстретил. И – независимо от того, кто еще есть в этом мире, – мне нужна ты. Я люблю тебя, Котенок.

Опускаю ладонь на широкую грудь, пытаясь унять его волнение.

– Я знаю. Джексон, я все знаю. И мне очень жаль.

– Котенок, ты не…

Я не даю ему продолжить.

– Да. Мне жаль, что не доверяла тебе. Что не дала тебе возможность объясниться и не стала тебя слушать. – Он качает головой, но я продолжаю. – Последние несколько дней были поистине ужасными для нас обоих. Есть вещи, которые мы оба должны были сделать по-другому, но теперь все кончено. И прежде чем мы продолжим, не могли бы мы сесть в машину? Здесь пахнет мусором.

Джексон смеется.

– Просто я не хотел, чтобы ты увидела мою машину и ушла. Поэтому спрятал ее. За мусоркой.

– Умница. Но я бы не ушла.

Джексон наклоняется и целует меня, на этот раз нежно.

Он отстраняется слишком быстро; его взгляд меняется. Раньше его глаза были полны нежности и любви. Теперь они полны жара.

– Мне нужно отвезти тебя домой. Срочно.

Глава 50

Джексон

Я не могу в это поверить. Котенок снова здесь – сидит в моей машине и держит меня за руку. И она любит меня. Онавсе ещелюбит меня и хочет быть со мной, даже после пережитого ада. Я слышал ее маленькое заявление, что виноваты мы оба, но это полная чушь. Это полностью моя вина. Моя череда ошибок. И чтобы загладить свою вину перед ней, я потрачу столько времени, сколько потребуется.

Всю дорогу мы ехали в почти полной тишине. Адреналин от нашего воссоединения начал выветриваться, и все это переросло в сексуальную потребность. Мне срочно нужно привезти ее домой, снять с нее одежду, войти в нее.

Я подъезжаю к своему дому и сигналю парковщику. Быстро выскакиваю из машины, подбегаю к двери Котенка и открываю ее. Она смеется надо мной. Мое нетерпение явно забавляет ее.

Хватаю ее за руку и веду в вестибюль. Должно быть, Генри сегодня пришел пораньше, потому что он уже за стойкой.

Приветствуя нас, он так и сияет:

– Мисс Кейтлин, я очень рад вас видеть.

Котенок сразу меняет направление, чтобы переговорить с ним.

– Я тоже рада вас видеть, Генри. Мне так жаль за…

Не успевает Котенок дойти до стойки, как я хватаю ее за талию и перекидываю через плечо. Она вскрикивает, но меня это не останавливает.

Удаляясь, я машу рукой через плечо.

– Хорошего вечера, Генри.

Он хихикает.

– Я бы пожелал вам того же, но, полагаю, это само собой разумеется.

Пока мы ждем лифт, Котенок шлепает меня по заднице.

– Джексон, ты можешь меня опустить.

– Нет, не могу.

Я чувствую, как вздымается ее грудь, когда она глубоко вздыхает.

– Тогда, может быть, ты хотя бы разместишь меня под другим углом, чтобы моя задница не была первым, что бросится в глаза, на случай если в этом лифте кто-нибудь окажется?

На ней черные обтягивающие колготки, но она права. Однако вместо того, чтобы повернуться, я просто переставляю руку так, чтобы прижимать ее платье к бедрам. И это хорошо, потому что через мгновение двери открываются, и из лифта выходит пожилая пара. Женщина бросает на меня неодобрительный взгляд, а мужчина, похоже, находится на грани сердечного приступа. В хорошем смысле.

Кивнув им в знак приветствия, вхожу в лифт.

Я не опускаю Котенка на пол, пока мы не оказываемся в моей квартире. И технически я вообще не опускаю ее. Лишь позволяю ей соскользнуть ниже, пока наши глаза не оказываются на одном уровне. Тогда ее инстинкты срабатывают – она обхватывает меня ногами и прижимается губами к моим.

И я отвечаю ей.

Ее губы раздвигаются, и я пользуюсь этим, проникая языком внутрь. На вкус она как обещания. Обещания будущего. Я больше не отпущу ее. Не уверен, смогу ли когда-нибудь вообще выпустить ее из виду.

Воспоминания о прошедших днях накатывают на меня, и эмоции берут верх. Не отрываясь от ее губ, я иду в сторону кухни. Найдя стол, я сажаю Котенка на его край.

Чувствую себя обезумевшим. Мне кажется, что если не потороплюсь, то она исчезнет. И когда Котенок прикусывает мою нижнюю губу, боль от ее укуса пронзает меня до самого члена. Он уже оттягивает молнию на моих брюках, но один этот укус – и я уже готов кончить. Поймав ее губу своими зубами, я медленно провожу по ней языком.

Она стонет, и я срываю с нее пиджак.

Ткань рвется, но мне все равно. Я куплю ей дюжину новых. Она возится с пуговицами на моей рубашке, и я делаю то же самое с ее блейзером. Кажется, я слышу треск, но рубашка на полу, и это главное.

– Котенок, детка, в следующий раз мы можем сделать это медленнее. Но сейчас – сейчас ты мне нужна. Я не могу ждать. Мне очень нужно оказаться внутри тебя.

Она кивает, и ее руки оказываются на моем ремне.

– Да. Да, Джексон, сделай это сейчас.

Котенок снимает с меня ремень и расстегивает брюки. Я подаюсь назад. Забираюсь руками под ее платье, и мне требуется мгновение, чтобы