Хоккей без ошибок. Джексон и Кейтлин - С. Тилли

– Конечно. Мистер Вайлдер внес вас в список разрешенных посетителей.

– О, эм, это мило.

Он улыбается.

– Вы можете воспользоваться лифтом слева.

– Спасибо.

Нажимаю кнопку «Вверх» и жду. То, что я все еще числюсь в списке разрешенных посетителей, должно быть хорошим знаком. Если бы он хотел, чтобы мы расстались, то уже исправил бы это.

Лифт прибывает, и я вхожу в него. Нажимаю на кнопку верхнего этажа и заставляю тело расслабиться. Уже через минуту я увижу Джексона, и он все мне объяснит. Обнимет меня своими удивительно огромными мужскими руками. Я уткнусь носом в его шею. И все снова станет хорошо.

Лифт останавливается, и двери открываются.

Хорошо, все будет хорошо. Расслабься.

Я останавливаюсь перед дверью Джексона и делаю еще один успокаивающий вдох, прежде чем поднять кулак и постучать.

Мгновение спустя слышу, как поворачивается замок и дверь открывается. Улыбка, которую я натянула на свое лицо, застывает. Передо мной стоит Лейси. В тонком шелковом халате.

Время замедляется, словно в кино, как когда герой может проследить за взмахом крыльев мухи или медленным морганием своего врага. И это ужасно.

Я чувствую, как моя броня трескается прямо посередине. И вместо медленного моргания наблюдаю, как взгляд Лейси скользит по мне, а ее губы растягиваются в ухмылке. Она по-прежнему совершенна, как и в последний раз, когда я видела ее. Идеальные волосы, идеальный макияж, идеальное тело. Ее халат белого цвета, почти прозрачный и до неприличия короткий. Судя по тому, сколько кожи выставлено напоказ, я бы предположила, что под ним она голая. Но почему-то самое ужасное в ее внешности – это то, что она босая. И выглядит совершенно по-домашнему. В доме Джексона.

– О, это ты.

Ее тон такой невероятно снисходительный, что при любых других обстоятельствах у меня возник бы соблазн закатить глаза. Но не сейчас. Не в этой ситуации. И я вряд ли могу винить Лейси за очевидное чувство превосходства. С высоты своего модельного роста она смотрит на меня буквально сверху вниз.

Мне приходится сглотнуть дважды, прежде чем я обретаю голос.

– Джексон дома?

Это такой глупый вопрос. Но я не могу придумать, что еще сказать.

– Он… занят. – Произнося это, она взмахивает левой рукой, указывая куда-то вглубь квартиры.

И тут я вижу его. Блеск. Переливы света, отражающегося от огромного бриллианта на ее левом безымянном пальце.

Она замечает, на что я смотрю, и ее взгляд также устремляется на огромный камень.

– Я знаю, что у вас с Джексоном была небольшая попытка. Но время истекло.

– Нет. – Это слово вырывается у меня словно вопрос, и я едва узнаю собственный голос. Это не может быть правдой.

– Да. Мы обручились задолго до того, как Джексон познакомился с тобой. Мы сделали перерыв на некоторое время, но сейчасвоссоединились.

Ее намек очевиден.

И я не знаю, что ответить. Я не могу даже начать анализировать свои эмоции. И тут вижу, что ее взгляд меняется. Он по-прежнему хищный, но теперь будто бы имитирует жалость.

– О, милая, ты же не думала, что вы с Джексоном действительно станете парой? Правда?

Ее слова ударяют меня как пощечина. Я думала. Я правда так думала.

– Прости, но в следующий раз, может быть, стоит выбрать кого-нибудь из своего круга.

И она закрывает дверь.

Я пячусь от квартиры Джексона. Должно быть, именно так и ощущается шок. Я знаю, где нахожусь, но не чувствую, что присутствую. Это не похоже на настоящий момент.

К горлу подползает какой-то звук.

В груди раздается треск, и я почти слышу, как мои доспехи разваливаются, падая на пол. И пока они падают, боль уже начинает просачиваться внутрь.

Мне нужно убраться отсюда. Нужно выйти из этого здания и убежать от этого чувства. Я даже не помню, как нажимала кнопку вызова лифта, но, когда двери раздвигаются, я слышу, как мой телефон пищит – новое сообщение.

Даже не знаю, зачем его достаю, однако делаю это.

Джексон: Извини, что отменяю встречу в самую последнюю минуту, но я не могу увидеться с тобой сегодня вечером. Надеюсь, ты еще не вышла из дома. Мы можем поговорить завтра после игры?

Грудь будто сжимают, и вдруг становится трудно дышать. В один болезненный момент вся моя защита исчезает.

Спотыкаясь, вхожу в лифт.

Как я могла быть такой глупой? Почему решила, что то, что между нами случилось, было особенным? В каком мире мы с Джексоном действительно могли бы быть вместе? Он получил то, что хотел. Вирусное видео, которое повысило его популярность. Ночь секса. А теперь он вернулся к своей прежней возлюбленной. К женщине, которая является полной противоположностью мне во всех возможных отношениях.

Вспоминаю, как выглядела Лейси в дверях Джексона… Никогда в жизни я не чувствовала себя такой никчемной. Такой ничтожной. Наконец мои слезы находят выход наружу. Одна за другой.

Я не могу их сдержать. Я так зла. Зла на Джексона. Зла на всех, с кем он меня познакомил. Зла на Лейси. Но больше всего зла на саму себя. Я так чертовски зла на себя! Мне следовало догадаться. Я должна была понимать, что не создана для такой жизни. Что меня ему было бы недостаточно.

В сознание врезается воспоминание, и мне приходится сжать губы, чтобы не закричать. Он слышал, как я почти призналась ему в любви. Я остановилась, но он понял, что́ я хотела сказать. Боже, должно быть, он так сильно скривился! Я скучала по нему, уже любила его, в то время как он покончил со мной. Меня накрывает стыд, отчего я чувствую себя еще хуже.

Двери лифта открываются, и я оказываюсь в вестибюле. Здесь есть люди, но я не поднимаю глаз. Просто бегу прочь. Бегу, как глупый ребенок, коим я и являюсь. Мне кажется, я слышу, как Генри зовет меня по имени, но не останавливаюсь. Я не делаю этого, даже когда оказываюсь на улице. Мне нужно быть в другом месте.

Где угодно.

Я замедляю шаг только за углом. Единственное, что может сделать этот момент еще более ужасным, – это если споткнусь и упаду на тротуар. Я и так чувствую себя жалкой, к чему добавлять порванные джинсы и разбитые колени?

Поднимаю руку, чтобы вытереть очередную пелену слез. Я делала это уже столько раз, что чувствую, как тушь оставляет потеки на щеках.

Краешком рукава я пытаюсь стереть следы своего отчаяния. На меня пялятся другие пешеходы, но