Седьмой предок. Том 1 - Александр Владимирович Пивко
— Умный культиватор всегда должен знать, когда нужно отступить, — пробормотал юноша, скрывшись в густых зарослях сбоку.
А буквально через пару минут вернулся остальной отряд.
— Зимхин! Райогнан! Что с ними⁈
— Не ори! Они живы. Но ребята крепко получили по голове…
Неофициальный глава стихийно образованного отряда, который пытался поймать воровку, вздохнул:
— Потащили их назад. Лекари разберутся.
— А как же…
— Никак! — жестко прервал разговор мужчина. — Гонятся за дурной девкой, только и умеющей убегать — одно. А за этим… помощничком, по лесам… как бы он нас всех не оставил тут, если примется всерьез. Парни живы — и ладно.
Тем временем Руэри тихо обошел полукругом, и спустился вниз по тропе, с которой только что и пришел отряд, после чего затаился на высоком, густом дереве. Хорошая маскировка, отличный обзор, плюс — тихое место, чтобы основательно проверить только что полученную добычу. Любопытно же!
Глава 3
Руэри раскрыл первый мешочек, и принялся осматривать его содержимое. Мелкие медные монеты с квадратным отверстием посредине, пара крохотных духовных кристаллов, пакетик с какой-то травой, и совсем небольшой свиток, больше похожий на сувенир, перевязанный красной ленточкой. От последнего тянуло энергией. Юноша машинально почесал подбородок, глядя на него и пытаясь вспомнить, что это такое.
— А! Да это же свиток-талисман! Никогда не видел такой штуки! Любопытно, любопытно…
Свитки-талисманы, насколько он помнил, были весьма распространены в мире Смертных. По сути, это одноразовый артефакт, имитирующий действие какой-то одной, конкретной техники. Ничего учить не надо, отрабатывать тоже… Влил энергию и получил то, что вложил в него создатель свитка-талисмана. Правда, в мире Культиваторов он из мощного оружия превращается в странный раскрашенный кусочек бумаги из-за более насыщенной энергией окружающей среды.
— Но здесь они могут представлять проблему… А вообще, любопытно, почему его не использовали против меня? Неподходящая техника? Или просто не успели вытащить?
На наружной части крохотного свитка были какие-то обозначения. Наверное, чтобы его не перепутать с другими. К сожалению, Руэри их не знал, так что даже не мог воспользоваться им. С другой стороны — он обязательно должен чего-то стоить… Немного повертев в руках свиток-талисман, юноша продолжил перебирать трофеи.
— О! А вот это очень кстати!
В самом низу лежал небольшой полотняный мешочек с солью и специями. И ему Руэри обрадовался даже больше, чем всему остальному. Высокий уровень культивации, при котором можно сидеть в медитации столетиями, без маковой росинки во рту, остался там, в прошлом. Молодое тело требовало соответствующего «обращения». Поймать что-нибудь в окружающем лесу — дело не сложное. Но есть без соли и специй не хотелось. Правда, остается еще одна проблема — вода. И желательно решить ее в ближайшее время…
— Так, ладно. А чем нас порадует второй мешочек?
В нем оказался похожий набор — монетки, небольшой флакончик с каким-то снадобьем, пакетик с засахаренными фруктами, которыми тут же с удовольствием захрустел юноша, и маленькая деревянная пластина, с выжженным чьим-то именем и стилизованным рисунком цветка.
— Еще один «кот в мешке», — скривился Руэри, глядя на пластину. — Вот что это такое? От него нужно избавится или трепетно хранить? Личный жетон в каком-то клане? Поминальная табличка предков? Или бесплатный пропуск в местный бордель? Последнее было бы как раз неплохо… Ладно, может быть потом узнаю.
Спрятав обратно добычу, юноша поудобнее перетянул оружейный пояс, на котором висела трофейная сабля, а железный посох оставил в руках. Никакой особой пользы от последнего не было — Руэри не очень хорошо умел работать с подобным оружием, так что планировал продать его в первом же попавшемся поселении.
Ловко соскользнув с дерева, он, немного пригибаясь, отправился назад, по собственным следам. Семерка мужчин уже явно убрались, так что он достаточно быстро дошел до места, где разошелся с женщиной. И вглядевшись в достаточно ясные следы, пошел по ним. Ему в любом случае нужно было выходить к людям. Но идти за отрядом юноша не рискнул. Все же, он ограбил их и даже отобрал одежду… По которой, кстати, его вполне реально опознать. К тому же, что если этот отряд возвращается в какую-нибудь закрытую деревню? На этом фоне выйти на контакт с женщиной было предпочтительнее. Она ведь не из пустоты пришла? Дорожного баула у нее с собой не было, да и не похожа она на бродягу, скитающуюся без жилья. Так что наверняка пойдет обратно, к людям…
Руэри быстро шел по следам. Сначала расстояние между шагами было большим, и немного хаотичным. Тут женщина явно бежала изо всех сил. Чуть позже расстояние уменьшилось, и они стали более незаметными — с этого места беглянка, похоже, обнаружила, что он увел за собой всех преследователей, поэтому расслабилась…
* * *
… Жизнь для Доренн никогда не была легкой. Еще с самой юности девочка помогала родителям, державшим крохотный лоток на улице с рисовыми лепешками. Вместе с сестрой толочь в ступе рис, таскать дрова и воду, помогать в торговле… Это была тяжелая жизнь. Единственный лучик света — мечта стать культиватором. Но для этого нужно было открыть даньтянь. И с этим у Доренн оказались большие проблемы — то ли сказывалось полуголодное детство, то ли просто духи судьбы так подшутили над нею… Но маниакально пытавшаяся переломить судьбу, девушка добилась своего лишь после двадцати трех. А значит, шансов на дальнейшее развитие при и так слабых изначальных данных не было никаких. К этому времени сестра успела сойтись с парнем из соседской семьи, выйти замуж, и даже родить мелкого племянника, который обожал свою тетю. Но потом пошла по-настоящему черная полоса в жизни — сменился чиновник, приглядывавший за этим районом города. Подручные нового — откровенные бандиты, которые поспешили взвинтить все пошлины и поборы втрое. Семейство, и так выживавшее на самом дне, принялось стремительно тонуть… Слег отец семейства, не выдержав тяжелый, почти непрерывный труд. Стало еще хуже. Через несколько месяцев в городе появилась странная болячка. Судя по слухам, ее принесли какие-то твари Темного мира. Из целой улицы выжило всего пять человек, среди которых как-то оказались сама Доренн и ее малолетний племянник, которого она взяла под опеку. Власти поступили очень просто — выдали копеечную компенсацию оставшимся в живых… и спалили дотла вымерший квартал, чтобы через какое-то время не получить новую эпидемию той же заразы.
Так она оказалась на улице, причем
