Иран от Хомейни до Хаменеи - Дмитрий Анатольевич Жуков

В 2000 году, уже после последней поездки в Иран, я встретился с главой администрации духовного руководителя Ирана. Меня попрежнему мучил вопрос, не является ли противостояние консерваторов и либералов политической игрой власти предержащей. Я задал этот вопрос, и мой собеседник ответил на него весьма пространно.

Он говорил, что шиизм охватывает около 300 миллионов мусульманского населения мира. В шиизме есть свои течения, свои традиции, но главная задача руководства Ирана заключается в том, чтобы адаптировать исламские правила к нынешним условиям. Именно к этому стремился имам Хомейни, который выдвинул целый ряд новаторских идей. И правоверные воспринимали эти идеи, потому что верили ему, потому что он достиг иджтихада.

– Сейчас общество управляется принципами, завещанными нам имамом Хомейни, ради чего он воспитал своих преемников. Некоторые считали, что с кончиной имама наступит и конец революции. Но мудрость Хомейни сломала их планы. Враги знали о его плохом здоровье, поздравляли друг друга, надеясь, что он быстро умрет. Но Аллах сохранил его на 10 лет, за которые он многому научил своих преемников. Он прощупывал каждого, и после его кончины был избран тот, на кого он указал. Американцы очень хотели свержения исламского строя. Личность имама не давала им возможности действовать не военными способами. Падение режима планировалось через переворот, но они не понимали сущности революции. Руководители её – люди широко образованные. Противоречия между ними были, но для себя каждый считал главным сохранение революции. Духовного лидера избрали единогласно.

– Аятолла Хаменеи, – продолжал он, – человек, хорошо знающий историю. Он считает, что в общественной жизни должна воцариться интеллектуальность, нравственность, духовность. Аятолла является крупным специалистом в персидском языке и литературе. Именно он мог объединить интеллигенцию различных направлений.

Дальше он долго говорил о красоте и богатстве фарси, о его распространенности, позволившей ему стать носителем богатой культуры. Фарси служил распространению ислама. И сегодня, когда торжествует исламская революция, философия имама Хомейни изложена именно на нем. На нем же написано знаменитое письмо Горбачеву. С помощью этого письма, имам хотел воздействовать на мир.

И мой собеседник снова вернулся к личности нынешнего духовного руководителя Ирана, называл его активнейшим борцом за дело революции, сидевшим в шахских тюрьмах. После революции на него было совершено покушение, но он остался в живых.

– Это очень прогрессивный человек. До революции он был центром притяжения интеллигенции. Я знаю его 30 лет, еще с подросткового возраста. Можно сказать, вся его жизнь прошла на моих глазах. Интеллигенты в общении с ним чувствуют себя спокойно. Они знают, что он всегда защитит их от фанатиков. Он как бы является точкой пересечения религиозной и прочей интеллигенции, поскольку обладает и знаниями богословскими, и историко-литературными. Он был знаком с марксистами, социалистами и их взглядами, это расширило его мировоззрение.

Глава администрации рахбара уверял меня, что именно нынешний духовный руководитель Ирана дает правильное истолкование личности имама Хомейни. Он не только исследовал все стороны деятельности имама, но и сделал поведение того примером для себя. Исторические события развиваются согласно предсказаниям имама Хомейни. Враги стараются свергнуть революционную верхушку, действуя изнутри, но ничего не выходит. Полем борьбы стали реформы. Они думали, что после выборов, когда президентом стал Хатами, дело сделано. Но это не их человек. Хатами после выборов высказал свою точку зрения. Враги хотели бы злоупотреблять его именем. Спустя 20 лет после революции всякие настроения естественны. Революционные лозунги уже не действуют на людей так сильно, но общество остается религиозным.

Он подтвердил мое предположение о том, что между духовным лидером и президентом конфронтации нет. И тот, и другой стоят за реформы, направленные на процветание Исламской республики. Соединенные Штаты будут продолжать свою подрывную работу, но иранцы также будут защищать свою революцию.

– Я близок к нашему духовному лидеру и могу сказать, что с правильного пути мы не свернем. Чужие идеи не пройдут. Остановить лидера может только насильственная смерть. Аятолла Хаменеи сказал, что пока он жив, не даст восторжествовать реформам американского образца. Мы видим, что происходит в России. Народ верит в серьезность революции. Идеи имама Хомейни подхвачены и распространены в обществе. Нравственные основы непоколебимы. Западные политики не учитывают способности лидера управлять. Его позиция не может быть шаткой, пока наше общество религиозно.

* * *

Вскоре после нашего разговора вышла книга аятоллы Хаменеи «Свет Исламской революции», в которой собраны его выступления. В предисловии к ней Чрезвычайный и Полномочный Посол Исламской Республики Иран в РФ господин Мехди Сафари сделал весьма интересное замечание, что за последние столетия в отношениях между Ираном и Россией было всякое, как он осторожно выразился, периоды дружбы и охлаждения. Он даже назвал отношения между нашими странами «энциклопедией изменений в международных отношениях», так они были разнообразны.

И в той же книге есть краткая биография аятоллы хаджи сейида Али Хосейни Хаменеи, приставки к имени которого говорят о том, что он совершил паломничество в Мекку и является одним из отдаленных потомков пророка Мухаммеда. Он родился в 1939 году в Мешхеде в семье священнослужителей, до 1964 года учился в религиозной семинарии в Куме, когда там преподавал будущий имам Хомейни.

Видимо, тогда он и стал на революционный путь, провел в общей сложности три года в тюрьмах, а потом был сослан в район, который можно назвать иранской Сибирью, только там зверская температура со знаком плюс. С началом революции он оказался в Хорасане. Еще во время пребывания имама Хомейни под Парижем будущий рахбар, духовный руководитель страны был назначен членом Революционного совета. После революции он был заместителем министра обороны и командующим Корпуса стражей Исламской революции. В 1981 году на него совершили покушение, он получил серьезные ранения в области предплечья и груди. Его чудом спасли от смерти, и он до сих пор плохо владеет правой рукой. В том же году его избрали президентом Ирана, через четыре года переизбрали. Он женат, и у него две дочери и четыре сына.

Уже в первой же своей речи на этом посту он напомнил, что для имама Хомейни едва ли не самым главным вопросом, с революционной точки зрения, был вопрос высшего образования для молодых людей, потому что от них зависит будущность страны.

Можно проследить его взгляды. Он считает, что следующий век по христианскому летоисчислению будет веком ислама. В самом исламе есть две опасные тенденции. Одна из них заключается в том, что вера сводится к ряду культовых моментов. Ислам как бы становится личным делом человека, семьи. Но ислам – это не только вера, но и