Только для взрослых 18++ - Мария Вель

Глава 22

Тася

– Холодно, – шепчу, когда Даниил скрещивает руки на моей груди. Переступаем порог незнакомого дома в обеденный полдень. До сих пор не знаю, зачем мы сюда приехали. Загородный поселок в часе езды от столицы.

– Сейчас врублю отопление, – довольно улыбается, выпуская из объятий.

– Чей это дом? – спрашиваю я.

– Беркутовых. Предки Ярого проводят здесь практически всё лето. Можно сказать, что это их дача. Они здесь жили, когда только поженились.

– У Ярослава большая семья?

– О, да! Моя дядька постарался с наследниками. Авдей, Гордей, Ярослав, Мирослав, Святослав.

– Забавно, -усмехаюсь я. – Одни мальчики с красивыми именами.

– По всей видимости Демиду Беркутову с его супругой каждый раз при рождении детей приходили гениальные мысли, как назвать ребенка.

– А они не против, что мы здесь?

– С чего им быть против? Я сказал, что буду со своей девушкой. И к тому же они зимой здесь не частые гости. Мы тут вдвоём будем.

– И что мы здесь будем делать? – обнимает меня и притягивает к себе.

– Для начала давай поедим. Я голодный. А потом пойдем лепить снеговика во дворе. Ну, а после, тебя ждет подарок.

– Я не ослышалась? Ты сказал лепить снеговика?

Удивленно смотрю на него.

– Нет. Я считаю отличное занятие на романтическом свидании. Знаю, что ты считаешь меня избалованным пацаном. Мол я родился с серебряной ложкой во рту и мне чужды простые игры.

Распахиваю губы, чтобы возмутиться, но Даниил непринуждённо продолжает.

– Не такой я мажор, каким ты меня считаешь.

Он сжимает мою попку.

– Ну, так что, кормить меня будешь?

– У тебя будут пожелания? Предпочтения? – говорю тихо, закатывая глаза от удовольствия. Его пальцы блуждают по моей спине.

– Я бы хотел тебя попробовать, – с усмешкой произносит он. – Но ты будешь против, поэтому на твой выбор и вкус. У тебя не больше часа, – демонстративно смотрит на экран телефона. – Время пошло.

Смотрю на него с обидой, вызывая откровенный смех парня. Всё закончилось, не успев начаться.

Даниил уходит, а я погружаюсь в атмосферу приготовления лазаньи на скорую руку. Открываю пакеты с продуктами. Ощущение, что Громов скупил весь супермаркет. Столбенею на мгновение у плиты. Запоминаю ощущения. Мне так хорошо, как никогда прежде. Мы вдвоем в занесенном снегом доме. А больше и не надо, главное чувствовать его тепло, сильные руки, слушать гулкие удары его сердца.

Отправляю в духовку блюдо. Нарезаю салат, попутно сервируя стол. Несмотря на отсутствие постоянных жильцов, здесь много домашней утвари. Уютно и чисто.

– Пахнет вкусно, – обхватывает меня за талию, крепко прижимается к спине. – Готовишь точь -в -точь как моя мама, – он говорит, а у меня сердце сжимается.

– Серьезно? Твоя мама готовила? У вас же кухарка и куча прислуги.

– Наличие в доме помощников не мешало ей стоять у плиты. Иногда я задаю себе вопрос, как она всё успевала? Руководить огромной фирмой, уделять должное внимание семье, путешествовать, радовать людей своими работами.

– Я очень хочу, чтобы она к тебе вернулась, – выдыхаю со слезами на глазах.

– Не плачь, незабудка. Ты не представляешь, как я этого хочу. Всё на свете отдал, только бы услышать ее голос, обнять и больше не расставаться.

– Всё будет хорошо?

– Конечно, малыш. Всё будет просто замечательно. А теперь вытри слезы и давай садиться за стол.

Обед проходит непринуждённо и весело, мы обмениваемся смешными историями, шутим, кормим друг друга, в перерывах целуемся. Даня рассказывает веселую историю из детства, с нотками грусти, как они с Ярославом воровали яблоки у соседа.

– Он тебя ранил? – от напряжения почти давлюсь салатом.

– Да какой там ранил? У него патроны были холостые. Но памятные отметины за воровство я все же получил. Напоролся на гвозди в заборе. Два шрама на ноге, – хмыкает и смеется. А я шокировано охаю. Ничего смешного в этом не вижу.

– Хочешь ночью покажу, где мои шрамы?

– Зачем? – шепчу, отводя глаза. В миг Даниил смущает порочным взглядом, сиплым голосом. Почти в упор сталкиваюсь с его глазами. Громов на меня ужасно действует. Я натуральным образом каждый раз сгораю от стыда.

Остаток дня проводим у камина из-за поднявшегося ветра.

Мы стоим у окна. Я рисую на запотевшем стекле снежинки. Необычайно много эмоций внутри бушуют ураганом.

– Какой невероятный закат. Я никогда такой не видела.

Заход солнца поражает своей холодной красотой. Огненные рисунки проступают на белом покрывале из снега. Яркие, пурпурные.

– Я рад, что тебе нравится. Зимой здесь самые прекрасные виды.

Боюсь, что я захочу вернуться в чудесный дом.

Время неумолимо бежит, пора возвращаться. Если останемся до утра- будет секс. Тело откликается и хочет, но умом понимаю, что не готова к полноценной близости.

– Закрой глаза, – чувствую выдох у своего виска.

– Для чего? – отрывисто спрашиваю.

– Ты невыносимо упрямая, – выпаливает незамедлительно. – Закрывай и не двигайся.

С неохотой подчиняюсь, медленно прикрываю веки, и в ту же секунду моей шеи касается что-то очень холодное и тоненькое. Я тотчас понимаю, что это.

– Ты с ума сошел… – распахиваю глаза. Опускаю взгляд, пока Даниил застегивают цепочку. Моя ладонь тянется к тонкой полоске золота. Изящное украшение, невесомое. Провожу подушечками пальцев по подвеске с белыми, синими и розовыми незабудками.

– Очень красивое. Миниатюрное и нежное, подобно..

– Подобно тебе, Тася.

– Я не смогу принять. Слишком дорогой подарок, – мне ужасно неловко, но в то же время приятно его внимание. На какое-то время замираем, сосредотачиваем взгляды друг на друге. – Забери его, – пытаюсь расстегнуть цепочку.

– Глупенькая, – крепко обнимает. – Моя удивительная девочка. У меня никогда так не было, как с тобой, цветочек.

– Ой, щекотно, – губами касается шеи.

Прижимаю голову к его плечу. Иногда вроде кажется, что пора затормозить отношения, тайные встречи, свидания.