Избранная для магната с планеты Аксилор - Ксения Хоши

19.

Я не понимаю, о чем он. Я полностью готова к экспедиции! Меня распирает профессиональное желание воочию увидеть наконец саркофаг Эйри. И очередное промедление вызывает досаду.

Наверное, эмоции слишком ярко отражаются на моем лице. Трой мягко улыбается и поднимается из-за стола. Подходит ко мне.

— Дай левую руку, Весна, — рокочет он.

Ловлю взгляд его невероятных бездонных глаз, в которых то мелькает огонь, то всепоглощающий холод. Подчиняюсь и подаю ему руку. Трой берет ее за тонкое запястье. От его касания по коже разбегаются мурашки.

Я ощущаю, как теплеют, а затем начинают пылать мои щеки, и наклоняю голову, упираясь взглядом в стол. Волосы падают мне на лицо и закрывают его.

Я не вижу, что делает Трой, только чувствую его горячие пальцы на своей коже.

— Вот так будет лучше… — в его голосе слышится спокойное удовлетворение.

Он отпускает мою руку, напоследок прочертив пальцем дорожку на внутренней части запястья, где проступают веточки вен. И отходит.

Я перевожу взгляд на руку и вижу браслет. Как тот, который вручал мне Энс. Трой тем временем достает наладонник и изучает его. Кивнув, убирает в карман.

— Теперь ты в безопасности, — сообщает будничным тоном.

Горько улыбаюсь.

— Ты имел в виду: теперь я под контролем? — с вызовом заглядываю ему в глаза.

Трой не отвечает, но и взгляда не отводит. Смотрит уверенно, спокойно, как хозяин положения.

Он стоит спиной к окну, и утренние яркие лучи солнца бьют мне прямо в глаза. Щурюсь и в конце концов моргаю.

— Мы вроде бы спешили на… объект, — поворачиваюсь к сумке, которую оставила на соседнем стуле, и подхватываю ее.

Мы направляемся на площадку в полном молчании. Проходим симметричными коридорами, движемся через комнаты со стеклянными стенами, спускаемся на лифте.

Отслеживающий браслет на руке не дает расслабиться. Ощущаю себя скованно.

Когда мы садимся в гравикар, Трой вдруг наклоняется и пристегивает меня ремнем безопасности. На секунду его дыхание обжигает кожу на шее, заставляя сердце пуститься вскачь.

Из его кармана вдруг раздается тревожный писк. Он достает наладонник, смотрит на него, переводит взгляд на меня.

— Всё в порядке, Весна? — в его голосе участливое беспокойство. — У тебя подскочил пульс… И дыхание сбилось…

Так это не только трекер! Он еще и мои показатели отслеживает… Это как-то ненормально — так контролировать другого человека. Меня словно в грудь ударили. Сначала там, в подвале, щелкнули по носу, а теперь окончательно дали понять, где мое место.

Глаза жжет. Отворачиваюсь, делаю вид, что смотрю в окно.

— Просто волнуюсь… — тихо, стараясь говорить равнодушно, отвечаю я. Для убедительности добавляю: — Перед встречей с… объектом.

Мы взмываем и несемся над землей. Утро солнечное, приятное, облака чистые и мягкие. Снаружи красиво и спокойно, а у меня внутри крутится иссушающий горячий вихрь. Во рту горечь.

Но вскоре пейзаж меняется. Покрытые зеленью горы, прозрачные реки, безмятежные озера и густые леса остаются позади. Мы приближаемся к пустыне.

Тут даже небо кажется другим — тяжелым и недружелюбным. На горизонте появляются черные скалы. Их обглоданные ветрами пики напоминают акульи зубы.

Мы движемся именно туда, в эту хищное место, окруженное кроваво-красными песками. Теперь пульс у меня учащается не от обиды, а от предвкушения. Я вот-вот увижу редчайшую реликвию. Покидая Землю, я и подумать о таком не могла!

Трой мастерски лавирует между скал. Гравикар ныряет в ущелье, в конце которого я замечаю светлые купола мобильного исследовательского центра. Вскоре мы приземляемся рядом с ними.

Выбираюсь наружу и осматриваю место. Передо мной пять надувных полусфер, соединенных узкими коридорами. В центре — самая большая полусфера, размером с трехэтажный дом, скорее всего, она расположена прямо над раскопом.

Пахнет озоном, песком и горячим камнем.

Голова кружится. Смотрю на трекер. Так и есть: большая концентрация вольтена. Не смертельно, но неприятно. Дышать тяжело. Вдохи получаются глубокими, медленными, словно в сауне. Только тут сухо до трещин в горле.

— Пойдем, я все тебе покажу, — голос Троя, подошедшего со спины, обволакивает.

До купола чуть больше десяти метров. Но когда я делаю первые шаги, меня заносит в сторону. Трой вмиг оказывается рядом и, обвив мою талию рукой, мягко поддерживая меня, ведет к полусфере.

Для меня его касания как сладкая пытка с привкусом горечи. От них горячо, тепло и нега волнами расходятся по телу, разгоняя сердце и будоража.

Пульс быстро и сильно стучит в висках. И мне не до конца понятно — это от высокого содержания вольтена в воздухе или от присутствия Троя.

Мы заходим под первый купол. Тут дышится легче. Воздух прохладный и наполнен едва уловимым тонким пряным ароматом.

Сбоку из-за стойки с множеством закрепленных друг над другом мониторов поднимаются несколько Вексов — охрана.

— Доброе утро, ксинт Дайрен! — произносят почти в унисон, вытягиваются по стойке смирно.

Он лишь коротко кивает и, положив руку мне на талию, влечет меня дальше. В узкий коридор.

Мы доходим до главного большого купола. Под ним расположены светильники с холодным светом, в котором видна любая малейшая трещинка и неровность.

В центре трехглазый провал. Над ним парит гравиплатформа. Значит, в раскопе сейчас никого.

По периметру столы с разложенными светящимися золотистыми находками. Откуда они — сомнений не возникает.

Здесь, кроме нас, находится ещё несколько Вексов. Один прильнул к микроскопу. Двое замерли у спектрометра с планшетами в руках. Еще один очищает находку от пыли. Трой ведет меня к пятому исследователю — Вексу, который склонился над разложенными на столе документами.

— Кейсар! — окликает Трой Векса. — Познакомься, Весна Данич — специалист с Земли, она поможет расшифровать надписи.

Кейсар выпрямляется и упирает в меня холодный взгляд. У него короткие зачесанные наверх волосы и строгое лицо, от которого веет профессиональной жесткостью.

Кейсар Итер

Когда я подхожу, протягивает руку. Я пожимаю ее.

— Ксинта Данич, — сразу переходит к делу он. — Рад с вами познакомиться. Показать вам наши находки?

Хочется с восторгом кричать: «Конечно, да!» — но я, с трудом утихомиривая дрожь в руках, сдержанно киваю.

Кейсар демонстрирует реликвии. Осколки, амулеты, надписи… Я как запойный алкоголик в вино-водочном