Архитектор Душ IX - Александр Вольт

— Ничего особо интересного, если честно. Рутина. Справки, архивы.

Алиса заметила, что подруга что-то недоговаривает.

— И всё? — прищурилась она.

Лидия вздохнула и отложила вилку.

— Ну… не совсем. После обеда Воронцова позвала меня в секционную.

— Ого! — Алиса подалась вперед. — И что там?

— Вскрывали молодого парня, — спокойно произнесла Лидия, словно рассказывала о походе в магазин. — Двадцать пять лет. Поступил с подозрением на отравление суррогатами алкоголя. Но Ольга сомневалась.

— И?

— И мы нашли странные изменения в печени и почках. Ольга дала мне скальпель. Позволила сделать разрез, осмотреть ткани. Мы взяли образцы на расширенную токсикологию. Ольга думает, что это может быть какой-то новый синтетический наркотик или редкий яд.

Лидия говорила об этом ровным, почти бесстрастным голосом, но в ее глазах, обычно холодных, появился какой-то новый, странный блеск.

— Тебе нравится это дело? — прямо спросила Алиса, глядя ей в глаза.

Лидия задумалась. Она покрутила в руках бокал с водой, глядя, как жидкость омывает стенки стекла.

— Нравится? — переспросила она. — Слово не совсем подходящее. Это не может «нравиться» в обычном понимании. Там смерть, запахи, неприятные вещи. Но…

Она подняла взгляд.

— Это просто интересно, Алиса. Это загадка. Это поиск истины. Когда ты видишь хаос и пытаешься найти в нем логику, причину, следствие. По крайней мере мне понятно, что делать. Медицина — это структура. Это правила. Это то, где я могу быть полезна.

Она грустно усмехнулась.

— В отличие от всего остального. Идти учиться магии мне все равно, наверное, поздно. Куда мне? В академию с подростками? Или искать учителей, которые будут смотреть на меня как на переростка? Время упущено. Мой лед — это так… случайность.

Алиса нахмурилась. Она отложила вилку и посмотрела на подругу с той же решимостью, с какой сегодня смотрела на сломанный гидравлический привод.

— Глупости, — отрезала она.

Лидия удивленно вскинула бровь.

— Что?

— Я говорю — глупости ты говоришь, Лидия Морозова, — Алиса подалась вперед через стол. — «Поздно», «переросток»… Кто тебе это сказал? Стереотипы? Общество?

— Ну, обычно одаренных выявляют в детстве… — начала было Лидия.

— Обычно люди живут скучную жизнь и умирают, ни черта не сделав! — перебила ее Алиса. — Ты — не обычная. В тебе проснулась сила. Настоящая, родовая сила. Криомантия! Ты можешь замораживать вещи, ты можешь создавать лед! Ты хоть понимаешь, насколько это круто и редко?

— И что мне с этим делать? Снеговиков лепить?

— Учиться! — Алиса ударила ладонью по столу. — Это никогда не поздно. Слышишь? Никогда. Если у тебя есть дар, ты обязана его развивать. Ты сама говорила, что твой род постепенно терял силу, а теперь… теперь он как феникс, только наоборот, во льду!

Она говорила горячо, убежденно.

— Если есть возможность, то надо действовать. Либо подавай документы на заочное обучение, либо на вечернее. Есть же курсы для взрослых, для тех, у кого дар проснулся поздно! Я читала об этом. Или, если не хочешь в казенные стены — нанимай частного мастера. Найдем лучшего мага льда в Крыму, заплатим ему, и он будет тебя учить индивидуально. Но ставить на себе крест только потому, что тебе не пятнадцать лет — это нелогично, тем более для тебя.

Лидия смотрела на подругу, и в ее взгляде сквозило удивление. Она привыкла видеть Алису легкой, иногда даже легкомысленной, но сейчас перед ней сидела женщина, которая знала цену шансам, которые дает жизнь. Алиса потеряла всё и строила свою жизнь заново на руинах верфи. Она имела право так говорить.

Лидия опустила глаза, разглядывая узор на скатерти, который напоминал рисунок льда морозным утром на стекле.

— Может быть… — тихо произнесла она. — Может ты и права.

— Я точно права, — уверенно кивнула Алиса.

— Хорошо, — Лидия тяжело вздохнула. — Я подумаю. Обещаю. Поищу информацию про частных наставников.

— Вот и умница, — улыбнулась Алиса, возвращаясь к остывающим спагетти.

Алиса теперь ела медленнее, ее энтузиазм немного угас, сменившись задумчивостью. Она накручивала макароны на вилку, но не спешила отправлять ее в рот, глядя куда-то сквозь стену, в темноту.

Лидия, заметив перемену в настроении подруги, отставила бокал с водой.

— О чем думаешь? — спросила она мягко.

Алиса вздрогнула, возвращаясь в реальность. Она положила вилку, подперла щеку рукой и вздохнула.

— Да вот думаю… — протянула она тихо. — Как там наш коронер.

Она перевела взгляд на пустой стул во главе стола, где обычно сидел Виктор.

— Он уже сто процентов доехал, — продолжала она, и в ее голосе проскользнули нотки беспокойства, которые она старалась скрыть за ворчливостью. — Поезд прибыл еще днем. Заселился уже наверняка, сходил на этот их брифинг, или что там у них… А от него ни слуху ни духу.

Она посмотрела на свой телефон, лежащий рядом с тарелкой. Экран был темным.

— Мог бы хоть смайлик прислать, что живой, — буркнула она. — Или написать, как устроился. А то тишина как в склепе.

Лидия улыбнулась, качая головой.

— Напишет, — успокоила она. — Ты же его знаешь. Он, наверное, уже влип в какую-нибудь историю или изучает местные достопримечательности. Или просто спит после дороги. Объявится.

— Надеюсь, — выдохнула Алиса. — Просто… в Москве у него всегда что-то случается. Неспокойно мне.

Она снова посмотрела на темный экран телефона, словно гипнотизируя его, призывая входящее сообщение. Но телефон молчал.

Глава 6

Прошло около получаса. Тишина в комнате нарушалась только звуком переворачивающихся страницы за страницей. И делала эльфийка это с поразительной скоростью.

Я сидел в кресле, наблюдая за Шаей. Назвать то, что она делала, чтением у меня язык не поворачивался, потому что больше это походило на сканирование по диагонали.

Ее глаза бегали по строчкам с нечеловеческой быстротой, будто она понимала смысл написанного, едва успевая взглянуть, и почти тут же переводила взгляд на следующую страницу.

Там, где мне требовалось около получаса сидеть и продираться через древнеэльфийский язык, напоминавший мне латынь в моем мире, Шая ловко, словно с самого детства только на нем и читала, проглатывала информацию.

Гримуар в ее руках вел себя на удивление смирно. Никаких попыток захлопнуться, никаких вибраций или ментальных тычков. То ли он действительно смирился со своей участью учебного пособия, то ли был так же заворожен процессом, как