Повседневные разборки в мире монстродевушек - Вячеслав Танков
Аришка разводит лапками в стороны, строя многозначительную гримаску, а рыжая бормочет:
— Я же говорила тебе, сестра, он только притворяется глупым. На самом деле Магнус давно просчитал нас и теперь он диктует нам условия, а не мы ему. Будь так добра, наберись терпения!
Та вздыхает и кивает, соглашаясь. Тогда Тама подытоживает:
— Все верно, Истинный Хозяин. Мы хотим… Очень хотим стать тебе как можно ближе и войти в твою Семью. От твоего решения будет зависеть не только наше будущее, но и будущее всех зверолюдов!
— О чем ты говоришь⁈ Причем тут…
— Святые небеса! Перестань тупить! — взрывается Ариша. — Как до тебя не дойдет, что нас просто развеют в случае твоего отказа! Да хорошо если Владыки решат поступить с нами таким образом, а ведь могут в наказание оставить нас вечно наблюдать за муками наших детей! Ибо надеяться им больше будет не на кого! Говоришь, ты не Избранный! А кто тогда Избранный? Герой, которого Элуна отдала эльфам⁈ Думаешь, она его так просто выпустит из своих владений, чтобы он вступился за зверолюдов⁈ Да у тебя котелок вместо головы, если ты так думаешь!
— Сестра…
— Тама! Да приди ты в себя! Раскрой глаза! Ему нет дела до наших страдающих детей! Я даже не уверена, что там, в его гребанном Оазисе они нашли уют и покой! Не может быть человек с таким каменным сердцем тем, кого мы ищем! Мы ошиблись! Я хочу верить, что мы ошиблись!
— Ариша…
— Что «Ариша»⁈ — взорвалась брюнетка. — Я уже тыщу лет как Ариша! И что⁈ В чем ты пытаешься меня убедить⁈ Что вот это чмо, отдаленно похожее на разумного, и есть тот, кого мы ищем? «Истинный Хозяин»⁈ Мы ошиблись… Нет, это не наша вина! Нас подставили, Тама!
— Ариш…
— Я поняла, сестра! До меня только что дошло! Нас подставили! Это все проклятая Элуна! Она никак не уймется после того собрания, помнишь⁈ Все из-за той иголки на стуле!
— Ариш, это было триста лет тому назад… Она…
— Нет-нет-нет! Она все помнит! Она нам подставила этого… этого бездушного мерзавца! — заливаясь слезами, вскричала девушка. — Думаешь, я не знаю, что наш путь окончен? Элуна все точно рассчитала! Мы должны были повестись на него и оставить путь! И мы повелись! А теперь назад дороги нет! Нам ни за что не справиться и Владыки второго шанса не дадут! Ты, человек! Думаешь, я плачу из-за того, что ты оказался дерьмом⁈ Нет, я проливаю слезы по нашим детям, жизни которых уже никому не спасти! Других защитников не будет! Не будет!
Лисица падает на колени в придорожную пыль, роняя горькие слезы и крича в небо. К ней подходит рыжая, обнимая ту за плечи и отворачиваясь от меня. Ее рыданий не слышно, но плечи также содрогаются.
— Магнус… Уходи, — слышу ее глухой голос. — Просто иди своим путем. Мы не держим на тебя зла. Мы… поспешили с выводами, так сказать. Нельзя было требовать от тебя невозможного. Просто, прошу, продолжай и дальше помогать нашим детям. Большего от тебя мы ждать не будем…
У меня в груди что-то сжимается при виде двух плачущих лисиц. Странно, но я молчал все время, пока Аришка поносила меня последними словами. Перед глазами проносились молчаливые лица всех, кто остался в Оазисе: Чана, Шайса, Ника, Тали, Муана, Ольга и другие… Они смотрели неприязненно, осуждающе, некоторые так и вовсе отворачивались. Я и сам начинал осознавать, что что-то внутри меня начало трескаться и разрушаться. Должно быть, это была стена отчуждения, которую сам же строил годами! Голова вдруг начала отчаянно болеть и я усиленно потер виски. Перед глазами вдруг все зарябило и я поспешно зажмурился, но это не помогло. Мир вокруг померк, остановился и перед взором вдруг возник новый, незнакомый мне образ женского лица! Или… знакомый? Словно… словно я уже ее где-то видел?
— Сынок… — шевельнулись губы женщины. — Ты уже совсем вырос! Но взгляни на себя… Разве такому я тебя учила? Почему ты стал таким жестоким?
— М-мама…?
— Посмотри на своих друзей. На мир вокруг. Он прекрасен! Почему же ты стал таким холодным злым? Вспомни! Вспоминай мои слова! Вспомни, как я пела тебе… Мой мальчик…
Ее вдруг заслонил другой образ. Мужчина с грубым обветренным лицом. Отец. Его я помнил лучше.
— Сын! — произнес он тем самым голосом, который впился в мои воспоминания куда сильнее, чем мамин. — Сын! Мы оба всегда наблюдаем за тобой! Я могу сказать, что мы гордимся тобой! Ты идешь верным путем! Но тебе все еще есть чему учиться! Запомни, главное — это Семья! Долг! Честь! Помогать слабым и беззащитным — прерогатива всего нашего рода! Да, ты родился в суровой Семье и вокруг нас царило беззаконие! Но каждый раз, когда ты протягивал руку помощи слабым, наши сердца наполнялись светом и теплом! И пусть сейчас ты носишь другое имя, но род Танковых не прервется! Сын! Иди и неси свет и добро в этот мир! А нам пора… Прощай! И помни! Мы всегда с тобой!
— Прощай, сынок…
— Мама… Папа!
Открыл глаза. Мир вокруг постепенно обретал четкость и контрастность. Время снова ускорялось и я понял, что образы давно ушедших самых близких мне людей не привиделись. Боги все же пытались указать мне правильный путь… с которого я едва не сошел.
— Не знаю, кто ты и какова твоя цель, — пробормотал я, чувствуя, как в груди потеплело, — но спасибо за родителей… И за то, что открыл мне глаза. Постараюсь вернуть долг. При случае. А теперь…
Шагнул к плачущим лисицам, понимая, что в реальном мире не прошло и секунды. Падаю на колени, несмело протягивая к ним руки. Примут ли они меня после всего, что я им наговорил? Попытка не пытка. Касаюсь их вздрогнувших ушек, начиная медленно поглаживать головки.
— Простите меня, — говорю негромко, но отчетливо. — Вы ни в чем не виноваты. Никто вас не подставлял. Это только моя вина. Я был тупым, холодным и жестоким.
— Был? — тихо переспрашивает Тама. — Что-то произошло? Мне показалось…
— Я тоже что-то ощутила, сестра, — переставая плакать, прошептала Ариша. — Как будто Владыки вмешались лично… Но… Это же невозможно? Разве стали бы они стараться ради таких ничтожных, как мы?
— Я потом вам все расскажу, — сказал, не переставая гладить их между ушек. Чувствую, как всхипы девушек постепенно затихают и они инстинктивно тянутся макушками к рукам. — Пока что давайте начнем все сначала. Я… решил все изменить.
— Правда⁈ — восклицает Ариша, поднимая голову и глядя на меня блестящими глазами. —
