Артефакты - Альбе Альбертова
Тип обернулся и, увидев его глаза, поняла, он один из той троицы. Вор. Мило. Значит, здесь меня ждут. Что ж спасибо буду настороже...
Магическое зрение сразу показало несколько выделяющихся пятен явно магических по основе, больше всего фона от лавки Тори. Остальные непонятны или люди, или что-то еще. В этом городе, когда бывшем владением Древних, любой камень запросто может обладать собственной магией.
В лавке как обычно немноголюдно, всего двое посетителей, рассматривающих выставленные экземпляры. Около них крутился Тори, кивнув ему в качестве приветствия, я смело прошла во внутреннюю комнату и почти не удивилась, увидев знакомую парочку забулдыг. Не уверена насколько настоящая эта их внешность, но теперь различать научусь. Вчерашний убийца, с которым я так мило пообщалась, удивленно съязвил:
— Надо же кто пришел? Мы тебя практически уже и не ждали!
— Знала бы, что вы тут, осталась дома, — возмутилась я. — Так, кстати о хорошем, ваш милый друг забрал у меня нож и три золотых, учтите это при высчитывании своей доли.
— Присматривать лучше надо, — наставительно заметил другой. — Присаживайся. Не воспринимая близко, но ты предсказуема. Мы знали, куда тебя приведет любопытство.
— Спасибо на добром слове, пока не выясню что и как, предпочту постоять, — по-прежнему возмущенно отозвалась я.
— Как хочешь, — не стал спорить и тут же уточнил он. — Что выясняем?
— Мой нож и деньги!
— А мы здесь при чем? — искренне удивился убийца.
— Нож и деньги!
— Увидишь его, сама попроси, может и отдаст, — судя по тону, он сам в это верил слабо.
— Нет, так дело не пойдет, — я развернулась, собираясь уйти.
Убийца моментально перегородил мне дорогу:
— Не торопись, мы ведь культурные люди и можем договориться по-хорошему. Вряд ли ты захочешь получить столько неприятностей.
Интересная фраза.
— Угрожаешь?
— Предупреждаю, — и миролюбивее добавил. — Садись и переводи, мы учтем твои три золотых.
— Идет. Но нож, чтобы вернул, он мне дорог, — сказав эту фразу, я пожалела практически мгновенно, но было уже поздно.
Сев за стол на донельзя неудобный табурет и где такие откопал Тори, я протянула руки к свитку. Мне осторожно передали древний жутко испорченный, почти изувеченный документ. Судя по внешнему виду, он подвергся всевозможным агрессивным средам, просто чудо, как смог перенести все это и не рассыпаться.
Древний язык. Непонятные, не совсем понятные слова. Диалект? Не похоже, до этого не встречались ни диалекты и ни местные изменения, только основной чистый язык.
Создав огонек, я погрузилась в чтение. Буквы неровные, множество то ли ошибок, то ли такое изменение слов. Не знаю, подобное мне еще не встречалось.
Взяв чистый лист бумаги, я засела за перевод. По опыту знаю, сначала надо перевести понятное, остальное придет во время прочтения. Буквы небольшие, свиток длинный, смысла может быть как много, так и мало. Потом, со всем разберемся потом....
Не могу сказать, сколько времени я так просидела. В такие моменты оно совершенно не воспринимается. Идет и идет, что с того?
Чьи-то руки выхватили листок, на котором я писала перевод. Я возмутилась, но на меня сердито рыкнули, это слегка отрезвило.
Когда я достаточно пришла в себя, чтобы понять, кто я и где, оба типа с увлечением читали написанное.
— А мне прочитать?
— Ты лучше скажи, что это такое?
Убийца положил на стол коробочку, в ней лежал нож. Работа не Древних, вернее не совсем их. Повертев его в руках, на обеих сторонах, там, где лезвие сливается с рукоятью, обнаружилась странная фраза, написанная мелкими буквами, причем кривой вязью, это точно не язык Древних. Где-то подобное я уже встречала.
Потерев камень, оказавшийся темным погасшим рубином — вспомнила где...
— Все. Я пошла. До свидания и так далее, — я быстренько попробовала смотаться.
— Стоп. Что это? — мастер по артефактам удивленно на меня посмотрел.
Наверное, странное зрелище — до полусмерти перепуганная девица, да это и не важно.
— Все пока, мне пора. Совсем опаздываю...
Я попыталась пройти мимо. Мне не дали. По дороге возник убийца и перегородил собой дверь.
— Ты что спятила?
— Да, — огрызнулась я. — Да я спятила и хочу оказаться как можно дальше от этого.
— Спокойно. Мы не понимаем, что это и почему ты так нервничаешь?
— Надо уехать как можно дальше и побыстрее, — я попыталась успокоиться, но получилось плохо.
— Что это?
— Арискар. Тритий. По имени Ольрруттло.
Одинаковое недоумение.
— А что это значит? — на меня как на дуру посмотрели оба.
— Вы что... совсем и кроме себя ничего не видите? — не сдержалась я.
Они ничего не ответили, просто выжидающе смотрели и все. Я провела рукой по лицу и начала рассказ:
— Вы знаете, почему погибла, сошла на нет, цивилизация Древних? Могущественная, динамично развивающаяся, стабильная? Она не угасла и не была порабощена как другие, а просто однажды развалилась.
Оба отрицательно покачали головами. Точно придурки...
— Однажды лет за двести — триста до момента известного нам как Крах, когда магия отказала и источники опустели, кто-то не сильно талантливый в плане магии и рождения, считающий себя выше всех остальных привел в исполнение ритуал призыва. Вызова Темных Богов. Это событие осталось не замеченным на общем магическом фоне, так небольшая помеха. Новоявленные боги мало на что были способны, и надежды того, кто их призвал, на могущество и господство не оправдались. Любой бог тем сильнее, чем больше у него верующих, это давно известная аксиома. При десятке верующих бог способен жить, даже скорее, выживать, но не более. Правда, темный бог в этом смысле живучее, он сам способен добывать себе пищу — души умерших. В принципе получилось неприятное стечение обстоятельств: сама цивилизация Древних в богов не верила уже давно, мелкие божества они изучали, а сильные боги или умерли или ушли в иные миры. Как-то они установили, да такие были, но к моменту высшего развития их цивилизации, их уже не стало. Не принципиально, но важно. Каждый умерший становился законной добычей бога. Несколько веков они просто набиралась сил, сменилось одно поколение, пришло другое. Боги росли в своем могуществе, но медленно, очень медленно. Тогда кто-то из людей, верующих, предложил обряд. Древние много знали о магии и душе, как и о прочих энергиях. До этого момента подобное знание носило чисто теоретический характер и на практике даже если где-то применялось, то не в подобных масштабах. В
