(не)верная. Я, мой парень и его брат - Джи Спот
— Ого! Так вкусно!
— Да, приятный вкус...
— В смысле? Это обалденно!
— Видишь ли, это особенность нашего организма. Ради выживания индивида, мозг при утрате одного органа чувств, усиливает восприятие других. Но это не длится вечно, человек ко всему привыкает.
— А ты представляешь себе, как выглядит то, что ты ешь?
— К сожалению, я уже не могу представить что-либо.
— Нужные нейронные связи утрачены, но, я надеюсь, что это обратимо.
— А чем это может грозить?
— Например, если зрение вернётся, могут быть побочные эффекты.
— Я не смогу распознавать лица, или цвета, или буду теряться на местности.
— Ничего себе, как всё сложно...
— Мне придётся заново учиться всему — читать, писать, даже ходить...
— Даже так?!
— Да, к сожалению, это так...
Тяжёлый вздох непроизвольно вырывается у меня из груди.
— Ты чего? — обеспокоенно спрашивает Матвей.
— Это всё... Очень... - мне трудно подобрать слова.
— Не забивай себе голову сейчас. Будем решать проблемы по мере их поступления. Сейчас твоя задача — съесть суп и не превратиться в поросёнка.
— Мне кажется я уже... К концу ужина начну хрюкать...
— Ты будешь самым милым поросёнком в мире...
Глупая улыбка не покидает моего лица, когда я рядом с Матвеем. Как он может быть таким милым, и как, при этом, его брат может быть таким засранцем. В зале играет тихая приятная музыка, чувствую как от звуков бегут мурашки по коже. Вскоре после супа вам приносят основное блюдо.
— Предлагаю вам попробовать гордость нашего шеф-повара — стейк рибай, — невидимый официант презентует новое невидимое блюдо. — Нежные куски говядины с душистыми специями, подаются с букетом из эстрагона, кинзы и укропа и четырьмя видами соусов.
— Я наелась одной презентацией...
— Приятного аппетита, — официант удаляется, оставляя нас с непростой задачей — съесть кусок мяса в кромешной темноте.
— Теперь я понимаю, почему ресторан называется "Сердце тьмы". Здесь просто ни лучика света.
— Это правда, темновато даже для меня. Обычно я вижу световые пятна, а сейчас как будто ночь.
— Ты там как справляешься?
— Прекрасно, мясо очень нежное, сочное и пряное... Восхитительно...
— А я съела только веточку кинзы...
— Хочешь я порежу мясо для тебя?
— Конечно. Я буду очень благодарна.
Он осторожно забирает тарелку и я слышу, как он методично отрезает кусочки.
— Мы с тобой поменялись местами. Помнишь наше первое свидание? — спрашивает Матвей.
— Ты хотел сказать "не свидание". Конечно помню...
— Ты тогда тоже нарезала для меня стейк... Теперь понимаешь, насколько ценно это было для меня?
— Понимаю...
— Забота без чувства жалости, это то, чего я искал... В женщине...
Вспоминаю свою вчерашнюю ложь "во благо", когда не рассказала Матвею про клуб.
— Знаешь... Я вчера соврала, сказав, что ложусь спать...
— Хм... Интересно...
— Я ходила в клуб с подругами...
— И не сказала мне потому что? — он ставит акцент на двух последних словах, и делает паузу, давая мне закончить предложение.
— Потому что не хотела тебя обидеть...
Слышу напряжённую паузу и его тяжёлый вздох.
— Ясно. Спасибо, что всё-таки сказала...
— Макар, говорил, что это глупо, — эти слова вырываются из моего рта ровно за секунду до того, как я осознаю их смысл.
— То есть, мой брат знал?!
ГЛАВА 29. ЭТО ФИАСКО
Несколько секунд напряжённого молчания, а потом снова стук приборов о тарелку.
— Ничего не скажешь? — с опаской спрашиваю я.
— А что я должен сказать? — нарочито спокойно отвечает Матвей.
— Я думала ты рассердишься...
— Так и есть. Я сейчас очень зол, поверь... Но это не значит, что ты не попробуешь этот дивный стейк...
— Ты меня пугаешь.
— Алина, уверяю, я сейчас делаю всё возможное, чтобы не испугать тебя. Мне кажется ты уже видела, какой может быть моя реакция.
— Прости, что я так поступила.
— Почему ты так поступила я примерно понимаю. Но почему мой родной брат имеет секреты с моей девушкой за моей спиной, вот это не понятно.
Слышу как он двигает ко мне тарелку.
— Попробуй мясо. Это лучше, чем выяснять отношения на свидании. Признаться, я ожидал немного другого, но раз уж так... Давай хотя бы поужинаем нормально.
В этот момент к столику подходит кто-то и я слышу приятный женский голос:
— Добрый день. Надеюсь вам нравится наш ресторан? Ваш молодой человек сочинил прекрасное стихотворение для вас, а я удостоена чести зачитать его.
— Прошу прощения, но, пожалуй, не стоит, — неожиданно резко прерывает её Матвей. Кажется тьма вокруг сгустилась ещё больше от его тяжёлого тона.
— Нет, нет, пожалуйста зачитайте! — прошу я.
— Простите, так что мне делать? — растерянно вопрошает девушка.
— Ладно, будьте любезны. И простите, что перебил вас, — смягчается Матвей.
— Поэзия любви полна речей о красоте
В ней воспевают лица, губы, формы...
Но как в стихах любовь опишут те
Кто от зрячего мира оторван?
Вот я слышу шаги и на сердце тепло
Прикоснёшься и я весь горю...
Мне с тобой и во тьме так светло, так светло
И сейчас понимаю... люблю
Запах твой для меня будто цвет для пчелы
Я лечу на него сквозь туман
Расстоянья тогда, все ничтожно малы
Ты мой тёплый любви океан...
И пусть твердят невежи, что любовь — слепа
Но то глупцов дурной удел
Слепым я был, пока меня ты не нашла
С твоей любовью, милая, прозрел...
На последних строках чувствую, как слёзы прожигают горячие дорожки на щеках.
— Это прекрасно... Матвей, это потрясающе, — пытаюсь найти его руку, но он убирает её подальше. Мужчина прокашливается, видимо, чтобы убрать ком в горле.
— Кхм кхм, от десерта я, пожалуй откажусь... Уже сыт.
— Матвей...
— Что? — бесцветным голосом спрашивает темнота передо мной.
— Я не хотела тебя обидеть... Прости.
— А я и не обижен, Алина. Я разочарован... Это немного разные вещи, — холодно отвечает он, так, что желудок у меня сжимается в узел. — С твоего позволения, я пойду. Ты можешь остаться, десерты здесь потрясающие.
— Но! — моё возражение скромно тает в темноте.
— Всё оплачено... Наслаждайся, — последнее, что я слышу от него. Он встаёт и уходит, как бесплотная тень, без единого шороха.
Я же полностью дезориентирована и не знаю даже в какой стороне выход из зала.
