Она твоя дочь! Мы не семья - Валентина Маслова

— Как это все связанно с этим? — спросила, отталкивая от себя конверт. — Мог бы просто проигнорировать мои слова, забыть о Крис и жить дальше. Зачем нужно заходить так далеко?

— С самого начала я знал, что ты была беременна не от меня. Но после того как ты появилась на пороге моего дома и так уверенно заявила, что Крис — моя дочь, у меня появились сомнения, — ответил он. — Я видел Крис в деле и ее стремления добиться всего самостоятельно. Имея обеспеченную жизнь, многие бы на ее месте просто развлекались в этом возрасте. Наверное, именно поэтому мне захотелось, чтобы она оказалась моей дочерью. Я тешил себя иллюзией, когда согласился на тест, заранее зная его результат.

Страх и потрясение распространились по всему телу, заставляя кожу покалывать, а сердце учащенно биться. У меня перехватило дыхание оттого, что я пыталась переварить информацию.

— Зачем ты ложью пытаешься скрыть очередную ложь? — едва ли не шепотом спросила, пытаясь взять эмоции под контроль. — Ленка мне все рассказала. О том, что ты просто струсил и бросил меня! Какой смысл сейчас это скрывать⁈

На губах у Олега появилась легкая усмешка, как будто он не воспринимает ситуацию серьезно. Его глаза прищурены, словно он пытается казаться жестким, но в них также есть странное выражение, как будто Олег пытается скрыть свою вину.

— Как много она тебе рассказала? — спросил он. И тут же продолжил: — Думаю, самое главное она упустила. Хочешь правду? Будет тебе правда! Помнишь нашу ссору?

Губ коснулась грустная улыбка. Разве можно такое забыть?

— Еще бы! Ты тогда почти месяц не объявлялся! Мне даже показалось, что ты хочешь расстаться. Впрочем, это все же случилось. Только чуть позже, — проговорила, смотря на него.

— Значит, ты так же помнишь, из-за чего мы поссорились?

— Да!

Он был зол и расстроен моим поведением, когда забрал меня с Ленкиной вечеринки. Настолько злого своего парня я еще не видела. Тогда я впервые так сильно напилась, что ничего не помнила. И я и правда думала, что Олег после той ссоры предложит мне расстаться.

— Мне позвонила одна из девчонок, которая тоже присутствовала на той вечеринке. Сейчас и не вспомню, как ее звали. Девушка сказала, что ты напилась и в квартире происходит что-то неладное. В подробности она не вдавалась, но попросила как можно быстрее прийти за тобой. Когда я все же добрался до места, то было уже поздно, — губ Олега коснулась печальная улыбка, и он отвел от меня взгляд. — Я нашел тебя в одной из спален в объятьях какого-то парня.

— Бред! — не веря ни единому его слову, проговорила я, сжимая с силой кулаки.

— Я как обезумевший накинулся на придурка, чтобы выбить из него всю дурь. Наверное, я бы его там и прибил, но ты начала приходить в себя. И мне пришлось остановиться, — продолжил он, игнорируя мое замечание. — Я забрал тебя оттуда. Сколько бы я ни пытался расспросить тебя о том вечере, ты ничего не могла вспомнить. И тогда я решил сделать все, чтобы ты об этом никогда не узнала.

Правда обрушилась на меня как лавина.

— Это не правда!

Я не хочу принимать такую правду! Все что угодно, только не это!

Сердце учащенно бьется, а дыхание перехватывает в горле. Я чувствую боль и уязвлена от этого откровения. Разум наполнен чувствами предательства и обиды, смешанными с гневом и даже ненавистью к тому, кому, как я думала когда-то, могла доверять. Я почувствовала, как мой мир рушится, и ничто уже никогда не будет прежним.

Вот только в голове так не вовремя всплыли слова бывшей подруги. Она призналась, что планировала сотворить со мной нечто подобное. Только Ленка сказала, что у нее ничего не вышло.

Значит, она солгала?

И после всего, что Ленка сделала, Олег вместе с ней придумал, как скрыть от меня правду? Даже не знаю, что в этой ситуации больше всего ранит. Предательство подруги или парня?

— Я думал, что смогу справиться с твоей изменой. Проведя долгое время за размышлениями после ссоры, я все же решился сохранить наши отношения, потому что любил тебя. Но известие о твоей беременности меня шокировало, — Олег посмотрел на меня и продолжил: — Мы с тобой столько раз говорили о детях. О том, что пока не готовы становиться родителями, что нужно сначала закончить учебу, найти работу, пожениться и вот тогда… Я не готов был становиться отцом, к тому же чужому ребенку. И тогда…

— Ты решил со мной расстаться, — продолжила за него. Картинка начала складываться. Как бы я ни хотела все отрицать, но воспоминания, всплывающие так вовремя, лишь подтверждали его слова. — Но к чему тогда этот цирк с фотографиями? Почему Ленка не рассказала мне правду? Зачем нужно было все скрывать?

— Ты еще не поняла? — усмехнулся Олег. — Все эти годы ты ненавидела меня за предательство. Но что было бы, узнай ты правду в то время? Я готов был сохранить наши отношения, но беременность все испортила. Потребуй я тогда аборт, ты бы его сделала и ненавидела меня за это. Ты бы считала, что я убил нашего ребенка. А расскажи я правду, что ребенок не мой, значило раскрыть твою измену. Тогда ты была слишком ранимая и вряд ли бы смогла спокойно к этому отнестись. Ты бы возненавидела весь мир и вряд ли смогла добиться того, что имеешь сейчас.

— Хочешь сказать, что поступил подобным образом лишь потому, что желал мне добра? — спросила, не сумев сдержать нервного смеха.

Меня охватил внезапный прилив печали, но почему-то хочется посмеяться над этой ситуацией. Я почувствовала жжение в глазах, угрожающее вырваться наружу слезами. Сейчас все мои эмоции перевернулись с ног на голову. Я не знаю, что чувствую и как реагировать на признание Олега.

— Да.

— Кто был тем парнем? — спросила то, что меня волнует в данный момент больше всего. Всю жизнь я считала Олега отцом своей дочери, а теперь даже не знаю, что и думать.

— А это тебе стоит спросить у бывшей подружки, — ответил он усмехнувшись. — После того вечера я больше не встречался с ним.

Глава 24

Я не верила ни единому его слову! Даже понимая, что некоторые слова Олега совпадают с фактами из прошлого, все равно не верю!

Паника — это чувство страха и ужаса. Сердце замирает, когда правда доходит до разума, а мысли мечутся, пытаясь сложиться в нужный пазл. Я почувствовала, что вот-вот потеряю контроль. Я