Рунистка из глубин. Том 1 - Владимир Сергеевич Лукин

Я глубоко вдыхаю влажный прохладный подводный воздух, пропахший глубинными водорослями и свежей выпечкой из ближайших домашних печей, и ускоряю шаг в сторону вокзала, чтобы точно не опоздать на нужный рейс.

На вокзале в кассе я быстро покупаю недорогой билет, прохожу через турникет и успеваю запрыгнуть в вагон прямо перед тем, как двери с шипением закрываются. Поезд мягко трогается с места, равномерно стуча колёсами по рельсам, проложенным в туннелях между районами, и я через пятнадцать минут доезжаю до нужной остановки в тихом жилом квартале.

Я выхожу из вагона на небольшую каменную платформу, поправляю ремень сумки на плече и направляюсь по извилистой улице в сторону дома Марты.

Я толкаю входную дверь, прохожу в тесный коридор и сразу чувствую волну тяжёлого жара, который окутывает меня с головы до ног. Воздух здесь плотный, пропахший ванилью, вчерашней выпечкой и связками сушёных водорослей которые висят под самым потолком вдоль всей стены, покачиваясь от сквозняка.

Я разуваюсь у порога, стряхиваю мелкую уличную пыль с джинсы, снимаю с плеча тяжёлую сумку и иду к хозяйке на небольшую светлую кухню, где та как раз возится у рунной печи, помешивая густое варево в глубоком чугунном котле длинной потрескавшейся деревянной ложкой.

— Марта, почему у вас всегда так невыносимо жарко? — спрашиваю я, присаживаясь на старый скрипучий стул у приоткрытого окна и вытирая капельку пота со лба тыльной стороной ладони.

Марта поворачивается ко мне, и вытирает вспотевшие красные руки о свой клетчатый передник, потом тяжело вздыхает и улыбается виновато:

— А это старый рунный кондиционер сломался, дорогая. Я всё время забываю вызвать мастера, да и ремонт сейчас очень дорого стоит — не хочу тратить лишние монеты из своей пенсии.

Я молча киваю, потирая рукой вспотевшую шею, а потом тянусь к кувшину с прохладной водой на столе, наливаю себе полстакана и делаю медленный глоток, после чего улыбаюсь Марте.

— Мой отец рунный мастер и он меня многому научил. Я как раз хорошо разбираюсь в подобных старых бытовых вещах. Могу подняться с вами на чердак и посмотреть, что там сломалось — наверняка какая-то совсем простая поломка, я точно справлюсь, — я слегка пожимаю плечами, не решаясь навязываться со своими услугами, потому что она ещё не сказала, согласна ли.

Марта замирает с деревянной ложкой над чугунным котлом, широко раскрывает карие глаза и удивлённо смотрит на меня, потом прикладывает тыльную сторону руки ко лбу:

— Ты разбираешься в рунной технике? Я даже не подозревала, дорогая, ты же такая молодая! Конечно, пойдём сейчас, поднимемся, посмотрим. Если починишь, я тебе хорошо заплачу и за комнату даже сделаю приличную скидку на следующий месяц.

Марта тут же снимает со ржавого гвоздя у входной двери старый медный фонарь с потёртой рунной панелью, крутит маленький пластиковый регулятор — и тот сразу загорается мягким жёлтым светом, разогнав полумрак коридора. После чего она ведёт меня по узкому проходу сквозь развешанные по стенам покрывала к деревянной лестнице на чердак, но я мягко останавливаю её у двери моей комнаты.

— Погодите буквально пару минут, я достану свои рабочие инструменты из рюкзака, — я вставляю ключ в замочную скважину, поворачиваю его, открываю дверь и захожу в свою комнату. Прохожу прямо к простому деревянному столу у стены и вытаскиваю из-под него свой рюкзак, развязываю тесёмки и достаю сложенный кожаный чехол с отвёртками, кусачками и набором рунных зажимов. Я закидываю чехол за плечо и выхожу обратно в коридор, где Марта уже ждёт меня, придерживая фонарь.

— Готова, пойдём, — я улыбаюсь и поправляю лямку чехла на плече.

Мы медленно поднимаемся по шатающимся ступеням, я крепко держусь за шершавую каменную стену, чтобы не оступиться, и наконец оказываемся на чердаке. Желтоватый дрожащий свет фонаря скользит по стопкам старых картонных коробок и связкам пожелтевшей от времени ненужной одежды, что висят на грубом деревянном стеллаже у стены.

Когда Марта начинает отодвигать в сторону тяжёлую стопку старых газет, из-под них раздаётся низкое недовольное мяуканье — мы потревожили трёхцветную кошку, которая сладко свернулась калачиком и спала в этом тепле на старом шерстяном одеяле прямо рядом с кондиционером. Она медленно потягивается всеми четырьмя лапами, поднимает круглую голову и недовольно смотрит на нас своими янтарными глазами, потом лениво перепрыгивает на соседнюю целую коробку, стряхивает с шерсти пару пылинок и снова сворачивается аккуратным клубочком. Марта прикрывает рот ладонью и тихонько смеётся:

— Это моя Янка, она всегда любит здесь спать. Ей нравится когда тепло.

Наконец перед нами открывается потрёпанный серый корпус кондиционера, весь покрытый густым слоем серой чердачной пыли и мелкой паутины по углам.

— Вот он, дорогая, стоит тут уже больше месяца, с той поры, как внезапно перестал охлаждать, — Марта махает рукой на агрегат и отходит в сторону, давая мне свободно подойти и осмотреть поломку.

Я кладу кожаный чехол с инструментами на ближайшую свободную чистую доску, лежавшую рядом с коробками, расстёгиваю потёртую медную пряжку. Пальцы перебирают гладкие ручки инструментов, пока я нащупываю крестовую отвёртку нужного размера.

Трёхцветная Янка приоткрывает один янтарный глаз, лениво косится на меня с пыльной картонной коробки, медленно моргает и снова закрывает глаз, уютнее укутываясь пушистым полосатым хвостом.

— Ну что, посмотрим, что с тобой случилось, старый друг, — я негромко говорю, обращаясь к кондиционеру, подношу отвёртку к первым ржавым винтам на крышке и начинаю аккуратно их откручивать, стараясь не сорвать резьбу.

Марта стоит за моей спиной, держит фонарь повыше, чтобы свет падал прямо на крышку, и тихо дышит, стараясь не мешать мне работать.

Я быстро откручиваю все четыре ржавых винта, поддеваю край крышки кончиком плоской отвёртки и аккуратно снимаю её с корпуса, стряхивая налипшую пыль в сторону от Янкиной коробки.

Янка на коробке снова недовольно мяукает и приподнимает голову, но не уходит, только чихает от пыли и снова опускает её на лапы.

Когда облако пыли оседает, я присматриваюсь к внутренним тонким рунным проводам и сразу замечаю проблему — отошёл тонкий проводок от рунной схемы терморегулятора, он просто отвалился от контакта из-за вибрации.

— Смотрите, вот и вся поломка, ничего сложного нет вообще, — говорю я, указывая пальцем на оторванный конец провода, и