Семь смертей чёрного демона - Ольга Морох

— Сказал, неверно место определили они, где будет удар нанесён, отчего потеряли в метаниях половину ночи, — вздохнул хозяин, — а мы меж тем потеряли людей и сами чуть с жизнью не расстались. Но то полбеды. После боя заинтересовал я гордарского рыцаря ещё сильнее. Ибо не можно стольких порешить да живым средь мертвяков остаться. О том он мне и сказал.

*****

К рыцарю меж тем подошел один из его свиты, многозначительно сделал движение головой в сторону поверженных демонитов. Рыцарь сделал деловое лицо.

— Прости, купец. Пора и нам свое дело сделать, — и пошел, куда указали. А указали на меня. Морхей двинулся следом. Я все еще сидел у стены возле трупов. Окружили меня адепты Воинства. За оружие не держались, но уйти сквозь кольцо было б затруднительно.

— Приветствую, господин Ахей Перфов, — приветливо улыбнулся рыцарь, подходя. Свита расступилась, пропуская его, рассыпалась по плеши, обозначая места где лежали тела демонитов. Я поднял голову, купец аж отпрянул, видать лицо моё явило ему воспоминание о недавних мертвяках, а может и ещё чего похуже. — Ранили тебя? Со мной лекарь приехал. Он посмотрит. — Участливо продолжил Игрим, оглядывая место побоища. Я отрицательно мотнул головой. Не желаю с ними якшаться. Раны заживут, а Девово воинство сделает мне сильно хуже. Игрим ткнул носком сапога голову оборотня.

— Сжечь, — сказал твердо. Голова медленно моргнула. Морхей вздрогнул. Игрим походил по плеши, вернулся ко мне.

— Твоя работа? — я не ответил. От горячки не отошёл ещё, да и зов демонитский утихал медленно, волнуя и ум, и душу ненужными желаниям. Воткнуть глинок сейчас под кадык вот этому рыцарю, чтоб кровь текла по пальцам, тёплая, липкая, солёная…

— Нда, — Игрим посмотрел на суровые лица своих людей. — Повезло тебе, господин Перфов, что не успел их магик свои заклинания сказать. Не говорили бы мы с тобой более… — И наклонился к самому лицу, ожидая ответа. Я снова молчал, только дрожали сложенные на коленях руки с зажатыми в них клинками.

— Может, головой ударился? Упал, безумец, за стену. Думал, потеряли и его, — Морхей решил, что пора и ему что-то сказать, а то уж и на допрос похоже.

Рыцарь выпрямился, окинул меня взглядом.

— Может быть. Но больше похоже на нежелание говорить со мной. Так? — Снова рыцарь наклонился, выжидая, но и в этот раз я промолчал, желая, чтоб поскорее они от меня отвязались.

— Ладно, — рыцарь посмотрел вокруг. — Сделаем так. Мои люди помогут вам убрать все это. — Кивнул на горы останков у стены. — А потом и поговорим. — И повернулся к своим людям.

— Сложите костер. Надо сжечь все. — И продолжил что-то говорить, раздавая указания. Морхей сквозь кольцо подошел ко мне.

— Пойди домой. Помочь тебе? — Я покачал головой. Без труда встал, протиснулся боком между широких рыцарских плеч, пошел к воротам, на ходу сложив сабли в ножны.

*****

— Ты говорил, что в Ардени жизнь твоя была спокойной, — усмехнулся гость.

— Так и было. До того момента. Думаю, по моей вине пробудились демониты. Коль сдержался б я тогда, в Бору, то и они б не принесли столько бед.

— Что ж надо было сделать? — гость чуть откинулся назад, — позволить одолеть себя?

— Не знаю, благородный асатр дома Лир. Не ведаю. Но судьба вела меня через череду потерь, и то была одна из самых значимых. Я расстался с иллюзией, что могу жить, как все. Коль силы судьбы или другие выбрали меня своей игрушкой, что ж мне оставалось? Сохранить себя. А уж там, как получится.

— И что ж далее?

— Далее? — хозяин задумался и сделал паузу. — Далее потерял я свою тихую гавань. Но о том в другой раз. Испей своих капель для сердца прежде, чем я начну рассказ.

Глава 8. Грязь человеческая

— Отчего ж? — усмехнулся гость. — Я, право, не взял свои капли. Жизнь моя не столь насыщена, как у тебя. И теперь самое большее, что меня тревожит — это разбитые окна у соседей, — сказал и рассмеялся. — Мара всё время колотит их мячом, когда играет с товарищем.

— Она непоседлива, — согласился хозяин. — Это второй мой подарок от судьбы.

— А первый, надо полагать, супруга, — участливо уточнил гость.

— Да… — хозяин на минуту задержал взгляд на занавеске, за которой спали девы. — Ради них я, пожалуй, пройду свой путь ещё раз. Сколь много мне это не стоило.

— Но неужели он был так ужасен? Неужели ничего светлого в нем не было? — удивился гость.

— Это как взглянуть, благородный асатр дома Лир, как взглянуть. Я б тогда предложил тебе чаю с мятным листом. Супруга говорит, успокаивает, — сказал хозяин, почти не видный в полумраке.

— Неужто твой рассказ так ужасен? — удивился гость.

— Не рассказ… ну, да ладно! Расскажу о нравах, с коими имел дело, чтоб ты понял, каков был фон для моих деяний. Прежде главного.

*****

После той ночи всё переменилось. Никто больше не чувствовал себя в безопасности. Со всех сторон зрела, как гнойная язва, усобица, грозила затопить каждого. И купец решил увезти семью прочь от войны. Взять с собой верных ему людей и направиться на север, к брату. Я же получил свободу, одёжу, клинки в дар и напутствие более свою жизнь никому не продавать.

Если подумать, немалое наследство. Всё, что мне было нужно уже было со мной, остальное я планировал добыть в пути. И направился я к южному порталу, чтобы попасть через него в Гордарию, ибо там мои умения сгодились бы в дело. Не думай, что демон уснул, вовсе нет, но вышел у нас с ним договор, что коль я пою его кровью, то он меня не трогает. Ежели спросишь, почему в Ардени не остался? Хоть страна мне и нравилась, но люди там совсем другие. Не привык я к ним. И желал чего-то более привычного. Иль демон гнал меня к финалу, не ведаю. Так или иначе отправился я в путь.

У портала за последние годы уж нарос небольшой городишко под названием Махлейм. И, как истинно придонный обитатель, оброс он торговыми площадями, аренами кулачного боя и ярмарками, как