Семь смертей чёрного демона - Ольга Морох
Они были уже рядом, когда я подхватил ее за талию и потащил прочь. Она сначала ничего не поняла. Дернулась, принялась извиваться, хотела дотянуться и расцарапать мне лицо. «Нет, нет, нет», — билась как птица в моей голове её мысль. Я тащил ее в самое пекло, так казалось, но я видел, знал, что там можно уйти. Мимо бежали люди, спасая собственные жизни, пылали остатки торговых палаток. Никому не было до нас дела.
«Скажи ей, пусть успокоится!»
Но Жнец замолчал. Я дошёл до цели, нечаянно сильно бросил ее спиной на деревянную стенку торгового лабаза.
Тиана не больно ударившись со страхом взглянула мне в лицо. Сначала испугалась, но после успокоилась немного. От облегчения расплакалась. Я оперся о стенку левой рукой, навис над ней. Жар от моего тела достигал её и пугал с силой не меньшей, чем взрывы. Земля снова содрогнулась и рядом в стену начали врезаться мелкая щепа и комья земли. Я стоял, жарко и тяжело дыша Тиане в лицо, собой закрывая ее от щепы и стали. По спине били долетающие обломки бочек и шипы, коими те бочки были начинены. Она растерянно огляделась. отметила про себя, что правая рука у меня висит плетью. Я качнулся в сторону девы, и она подняла глаза на моё лицо. Прочитала по губам — «Беги» И побежала. За деревянную стенку, туда, где ад заканчивался и начиналась самая обычная осень. Скатилась в овраг, перепачкавшись с ног до головы в земле, побежала со всех ног в сторону города.
Я проводил Тиану взглядом, развернулся, чтобы попытаться найти хоть кого-то, кто сможет помочь дать отпор непонятному неприятелю, и получил жестокий удар по лицу. Упал на спину, тревожа и без того неприятные раны. Надо мною двое в черных колпаках жестами делили добычу. Один направился следом за беглянкой, а второй поднял меч, чтобы добить оглушенного противника. Я в тот миг шарил левой рукой по земле. В ладонь легло топорище отброшенного взрывом плотницкого топора. И в момент, когда меч уже опустился на незащищенную грудь, топор вошел в плечо нападавшего. Черноголовый вскрикнул, меч ушел в сторону и воткнулся в землю рядом с моей головой. Спустя миг я был уж на ногах, и вторым ударом топора перерубил шейную вену своему противнику. Фигура в балахоне обмякла и упала бесформенной кучей под ноги. Я выдернул меч из земли правой рукой. Из-за плеча она все одно не поднималась, но держать оружие можно. Хоть в другую руку перекинуть, коль нужда. Я стиснул зубы и побежал следом за Тианой и ушедшим по ее следам черноголовым.
Я видел черноголового. Далеко впереди они были, она уж выдохлась от бега и шла, а черноголовый быстро ее догонял. Я прибавил шагу, но быстро расстояние сократить не сумел.
«Я успею». И я заставил усталые ноги бежать быстрее. «Успею». Черноголовый уже догнал деву, и они теперь боролись. Тиана царапалась и кусалась, одолеть супостата не могла, но она дала мне время приблизиться. Когда я подбежал, черноголовый развернулся ко мне лицом, прижал Тиану к себе и приставив к ее шее нож.
— Ни шагу больше! — Голос его из-за черной маки звучал глухо. Я остановился. Расстояние достаточно для броска. Если бы был нож. Но ножа у меня не было. Лезвие коснулось молочной кожи на шее. Свой новый платок она потеряла в драке, и теперь он валялся куском лазоревого неба в стороне.
Я переложил в левую руку меч. Черноголовый напрягся, и лезвие ножа выдавило каплю крови из-под кожи. «Скажи ей, чтобы, как только я двинусь вперед подалась по левую руку». Я не задавал себе вопроса, почему Жнец притих во время всего происшествия, почему не предупредил меня, и почему не отозвался, когда я тащил Тиану прочь от надвигающихся конников. Условия нашей сделки включали людские страдания, и ему было безразлично, чьи они. Я просто надеялся, даже не надеялся, верил, что вот именно сейчас демон все сделает как надо. Я быстро сделал четыре последних шага, черноголовый выставил девушку перед собой щитом, а я сделал выпад, пропорол Тиане платье на боку, в тело черноголового клинок вошел основательно. Человек в балахоне выпустил нож, дева тотчас оттолкнула его, порвав окончательно ткань, дёрнулась ко мне, встала за моей спиной.
Я сдернул черный колпак. Открылось нестарое лицо, наголо обритый череп украшала перламутровая клякса на лбу. Человек мутнеющими глазами посмотрел на меня.
— Ты? — Произнес он.
— Я, — согласился я, подобрал нож с земли и воткнул его лезвие в глаз умирающему. Я не помнил лица этого демонита, даже не знал лично, но в этот момент мне захотелось каждого из них располосовать, как я это сделал с иритийским палачом. Я подобрал платок, потом взял Тиану за руку.
— До города тебе не добраться, — сказал я в пустоту. — Я спрячу тебя здесь, а потом вернусь за тобой.
Мне было не важно, слышит ли она, важно было объяснить самому себе, что делать дальше. Азарт боя схлынул, и теперь я отчетливо слышал, как пульсировала боль в правом плече и ныли многочисленные порезы и раны от щепы после взрывов.
Мы добрались до огороженного поля. На площадке, где еще час назад играла музыка теперь шел бой. Из города на подмогу своим прибыла дружина Крысолова и теперь они бились в меньшинстве с черными всадниками. Люди поспешили забрать раненых и теперь на подходы к городу заполнили повозки и пешие. Я затащил Тиану в уцелевшую клеть.
— Жди меня тут.
Тиана растерянно кивнула и опустилась на какой-то ящик.
*****
— Ее могли найти, — возразил гость. — Неосторожно!
— Я следил за тем лабазом, не думай, — усмехнулся хозяин. — Я тогда знатно накормил демона. Ярость, созревшая во мне искала выхода. И я впервые убивал с ней. До сей поры мною двигал расчёт. Теперь же я дал себе волю. Я мстил за испуганный взгляд и свой страх потери. И даже Крысолов обходил меня стороной. А когда в лабаз заглянули люди Крысолова, то никто не посмел тронуть Тиану, потому что все видели её со мной. И как я бил, тоже видели.
