Семь смертей чёрного демона - Ольга Морох
— Что ты делаешь? — Я дернулся, но не смог отойти. Тело потеряло волю.
«Не дергайся, она говорит».
Мир вокруг потерял краски, в груди похолодело, свет почти погас.
— Ч-что… — только и выдавил из себя я. Ноги подогнулись, и я, победитель многих схваток, упал на колени перед девкой. — Т-тыы…
Сначала я ярился, как зверь, внутри безвольного тела, но после злоба отступила, пришло спокойствие. В голове прояснилось, и впервые за долгое время я смог вдохнуть полной грудью. Отступил кровавый туман, и желание чужой смерти пропало. Это было так неожиданно и приятно, что я даже остался стоять на коленях, наслаждаясь, наконец, контролем на собственным телом и разумом. Как давно со мной такого не было. Считай с первой моей смерти. Девица с ее домашней волшбой победила и монахов-магиков, и мать его, демона. Я посмеялся, взглянул в ей лицо.
— Сама судьба нас столкнула, — усмехнулся я. А девица сморгнула, перебарывая слабость. — Не чаял увидеть тебя тут.
«Она говорит, так и есть»
Я поднялся.
— Ты опять спасла меня… — я взял холодную влажную ладонь в свою руку, не зная, как отблагодарить за неожиданное избавление. Ведь, возможно, к вечеру натворил бы я бед, каких ещё не видывали здешние места. Девица снова моргнула, а затем глаза её закатились, она медленно осела на землю. Я подхватил легкое тело у самой земли. Подцепил с земли ее корзинку и понес обе ноши под сень деревьев, растущих недалеко. Кобыла плелась следом.
— Только не умирай, слышишь? — Бормотал я, укладывая ее у корней дерева. — Мы ещё даже не знакомы…, а заради незнакомца помирать — последнее дело.
— Воды, — бормотал я скорее себе, чем ей, вынул из седельной сумки флягу с водой, побрызгал на лицо своей спасительнице. Она дернулась, потом открыла глаза.
— Что ж ты… — Сказал я с укором. — Взялась за меня, я тело-то пропащее…
Уж не знаю, по губам она читала, иль демон ей передавал, но она меня понимала и так. Девица слабо улыбнулась и положила холодную ладонь поверх моей руки.
«Говорит, навроде тебя всегда знала»
— Вряд ли. Мы близко не знакомы… — Усмехнулся я. — Я тут недавно, и врагов завел больше чем друзей…
Девица села, и внимательно посмотрела в лицо, так что смутила меня совсем. Что за взгляд, думалось мне, огненная спица, а не взгляд, как будто просвечивает все тайные страхи и знания.
«Она говорит, что дядя ее продал, потому что ему тоже не нравилось, как она смотрит».
Я сел рядом, чтобы девица не могла смущать меня взглядом. Помолчали. Я думал, чего мне в ней? Девка и девка, как таких много вокруг. Вон, в соседнем доме, девицы на выданье, да в соку, только руку протяни. Но… Я впервые услышал тишину внутри. Как хочешь, назови. Покой. Благость. Озарение. И подумалось, на что мне те магики и рыцари Девы, катились бы они к чертям парою. А я б так и сидел тут, под берёзой. Хучь один, хучь в компании. День, что начался погано, как и все предыдущие, вдруг стал лучшим за последнее время.
— Благодарю тебя, — в пустоту сказал я. — За это.
Девица сжала мою ладонь холодными пальцами.
«Она говорит, что она живет в доме Калевала. Если тебе будет надобно, ты можешь к ней обратиться»
— Тебе за то делается обморок… — заметил я ни к кому не обращаясь. — Я не могу просить.
«Все в вашей жизни требует больших усилий, но некоторые уравновешиваются желанием», — парировал Жнец
«Я не хочу слышать это от тебя»
Снова помолчали. Птицы надрывались вовсю, предчувствуя скорое наступление осени. Солнце жгло в полную силу, но под берёзами было благостно. Я вдохнул полной грудью. Тишина и счастье. Так хотелось, чтоб момент этот длился, не заканчиваясь. Не было бы больше голода, не стало бы Серых. Вообще ничего. Только солнце и поле… Как давно, в Ардени… Потянуло к разговору. Она ж глухая, всё равно не услышит.
— Ты ведь знаешь, кто я… — в пустоту спросил я, даже не позаботившись, чтобы она поняла. — Я тот, кто всех погубит… Так все вокруг говорят.
Девица, как и ожидалось, не ответила.
— Лучше б дать мне помереть тут, на дороге, — усмехнулся я. — Для всех лучше… Да только некому этого сделать. Разве я сам себя вот тут закончу.
Девица снова сжала руку своими пальцами. Присела возле меня на колени, снова взглянула в глаза. Затрясла жарко головой. Нет.
— Чего нет? — Устало переспросил я. — Откуда тебе знать? Ты ж глухая… Не знаешь ничего обо мне… Да и не узнаешь. Куда тебе?
«Говорит, что все видела».
— Что ты видела? — Я совсем расслабившись, не стал отнимать руку, которую девица сжала уже обеими руками, прижала к своей груди.
«Говорит, все…», — даже демон, при всём его безразличии к моей судьбе, похоже, был удивлен.
«Крепость видела, неволю видела и меня… Меня она тоже видела… Она — ведьма, гони ее. Иль лучше убей».
Что-то в голосе демона заставило меня насторожиться. Ранее он не говорил так ни о ком. Что в этой девице заставляет Жнеца беспокоиться? Разве магичка в Гордарии не видела меня? Иль дед Кехай? Но столько паники я ещё не слыхал.
— И что же? Коль видела, не отвратно тебе? — Усмехнулся я. Девица жарко затрясла головой. Нет.
— Но почему? Я несу погибель, понимаешь ты? Всем погибель! — Я и сам поверил. Подумал, что так и видят меня девовы рыцари, да и простой люд бы таким представлял, коль знал, кто перед ними. — Если Дракон вырвется, никто не останется живым, понимаешь ты? Только я… Возможно…
Девица же, от нетерпения не усидев на месте, переминалась на траве передо мною, трясла головой. Нет. Нет. Нет.
Я вытянул ладонь из ее пальцев, взял за плечи. Встряхнул.
— Что нет? Откуда тебе знать, — встряхнул ее снова. — Откуда тебе знать. — А девица все трясла головой.
«Что она говорит?»
Но демон молчал.
«Что она говорит?»
— Что ты говоришь? — Отчаяние вдруг охватило меня. — Что ты знаешь? — Я сжал худенькие плечи так, что она вздрогнула от боли. — Что ты знаешь? — опомнившись, отпустил ее.
