Семь смертей чёрного демона - Ольга Морох
Горг сжал зубы, отошел.
— Почему они так говорят? — Он повернулся к Крысолову. Тот пожал плечами.
— Спросим твоего Гордарика?
Горг подумал. Потом кивнул. Уж очень чудной этот Гордарик.
— Спросим. Дьявола узнать сумеешь?
— Как не суметь. У него поди рога, и кровь черная.
— И святого слова боится! — Добавил рядом стоящий рядом воин.
— У Гордарика, поди, рогов-то нету, — хохотнул Горг. — Привиделось им. Со страху…
— Мыслимо ли одному против целой армии? — прошептал на ухо Крысолов. — Еще неясно, как он в крепость попал. Нечисто тут дело. Истину говорю.
— Что ж, пускай так, — Горг подумал немного. — Спросим еще…
— Беда случится, ей-е, — Крысолов покачал головой. — Не будет удачи от такой победы.
- Замолчи, — Горг поднял руку. — Не говори, что мои люди зря здесь свои головы положили. Как появится Гордарик, ко мне его приведешь. А пока ша…
*****
— Чёрная кровь? — удивлённо спросил гость. — У дьявола?
На это хозяин рассмеялся.
— Не обижайся на тёмных людей, благородный асатр. Откуда им знать, что чёрная кровь только у потомков последних богов. — И подмигнул. — У дьявола-то она красная.
*****
Усталость навалилась на меня как-то сразу. Едва демон ушел, тело человеческое, не сдержав чрезмерных нагрузок, дало сбой. Холод доламывал последние барьеры. Когда йорманд подошел ко мне, я едва стоял на ногах.
А как добрался до подобия кровати, уж и вовсе не помню. Уснул, как в обморок упал. Никаких снов в этот раз не снилось. Проснулся — точно вынырнул с глубины. Как-то сразу вернулись звуки и краски. Крепость жила теперь жизнью новых хозяев. Стучали молотки, скрипели пилы. Доносилась брань и говор.
Поднялся, понял, что голоден, как пятеро мужчин. Отправился на поиски съестного. Пока еще не началась круговерть в брюхе. Все смотрели на меня с опаской. Это казалось странным. Но к странностям я уже привык.
По запахам нашел кухонную залу. Там кухарка из пленных налила мне в миску похлебки и отрезала приличный ломоть хлеба. Я, предвкушая обильную трапезу, уселся за стол. Подсел рядом Къелингвар, кровавая тряпка пересекала его голову.
— Жив? — Я усмехнулся. — Поздравляю…
— Тебя тан к себе зовет… — Загадочно кивая промолвил Къелингвар.
— Че вот так сразу? — спросил я, не отрываясь от занятия. Прогрохотали сапоги, в кухню вошли Крысолов и еще двое молодцев.
— Гордарик, — усмехнулся Крысолов. — Здоров же ты спать!
— Угу.
— Двое суток…
— Бывает…
— Пойдем, Горг хочет тебя видеть…
— Пожрать-то можно? — Я обернулся.
— Потом доешь, — Крысолов положил руку мне на плечо. — Пойдем.
Я позволил себя увести. Я примерно представлял, о чём пойдет речь. Но, скажу тебе, не желал покидать этого мира, и думал остаться при Горге Доенвальде мечником. Мы шагали по гулким коридорам на самый верх, где раньше располагался Тан северных кланов, а теперь обитал Горг Доенвальд, будущий тьярд северных земель. В богато обставленной комнате Горг был не один. С ним за резным столом сидел хорошо одетый старик в расшитом золотом плаще. Его я еще не видел ни разу.
Крысолов прошел так же к столу, присел на скамью. Двое молодчиков, что были с нами, вышли прочь, а я остался стоять посреди комнаты.
— Мой тан? — я с недоумением взглянул на йорманда. К чему театр?
Горг покосился на старика.
— Вот это Гордарик. Как тебя?..
— Эрих, мой тан, рода Атилла, — с готовностью ответил я. Старик смерил меня тяжелым взглядом.
— Подойди, — выдохнул он голосом человека, тяжко больного легочной горячкой. Я приблизился на два шага.
— Еще, не бойся, не съем тебя, — улыбнулся старик. Я подошел вплотную, на всякий случай, приготавливаясь к худшему. Что я творил на стене, помнил смутно. Может статься, что и для этих мужей то было через край. Старик придирчиво оглядел меня, сухими костлявыми руками взял меня за запястья, помял их так, точно хотел выдавить пару костей.
— Что такое? — я вопросительно взглянул на тана. Горг, внимательно следящий за стариком, вздохнул.
— Ничего. Удивляются все, как ты живым вышел из того боя.
— Я чрезвычайно везуч… — Усмехнулся я. Старик меж тем вытащил нож, уколол моё запястье. Я молча стерпел, даже с интересом понаблюдал, как кровяная слеза стекла по коже и капнула на подставленный под каплю амулет. Старик покосился на серебряный круг с зеленой прозрачной горошиной внутри. От крови горошина нисколько не потемнела, осталась как и была дивного изумрудного цвета.
— Нет, не вижу я следов Черного всадника.
— Черного Всадника? — Я приподнял бровь.
— Дьявола, — пояснил Горг. — Тут среди моих людей ходит байка, что ты продал душу Дьяволу и я вместе с тобой. Почтенный Сильзений успокоит моих людей, коли это не так.
— На вот, — Сильзений поднялся, взял в руки кубок с бултыхающейся на дне зеленоватой жижей. — Испей настой с добавлением освященного праха. Коль стерпишь, знать чист.
— Чего? — я с отвращение дернулся. — На рвоту похоже, не стану.
Благо, пожрать не дали, скажу я тебе.
— Тогда не смогу сказать слово в твою защиту…
— И я не смогу, — кинул Горг. — По другому станем разговаривать…
— Ты навроде братом меня назвал…
— Потому Сильзений с тобой толкует раньше палача…
Я прикинул последствия отказа, взял кубок, осушил одним глотком. На вкус напоминало разведенную известку с чем-то кислым. Старик с интересом поглядел на моё лицо. Меня дернуло от отвращения.
— Чего ты ждешь? — Скривившись спросил я старика.
— Дьявол явит себя, ежели ты с ним в сговоре…
Голова закружилась, но я стоял на ногах твердо. Настой ожёг желудок, я сглотнул кислую отрыжку. Лицо покрылось липким потом. Горг встал держа наизготовку боевой топор. Я спокойно взглянул на него. К слову, я потом стравил это дерьмо во дворе за постройками.
— Опусти оружие…
— Либо он сильно крепок, либо демон в нем слаб… — Ответствовал наконец старик. — Для дьявола слишком слабая реакция… Кровь не черна. Молитва святая не стала ему препятствием. И знак на полу пропустил его без препонов. Мое мнение такое, что если и есть тут черная кровь, то чуть. Угрозы для человеков нету. Но очищающая молитва не помешала бы. Это ты хотел узнать?
